Герой на полставки (Genshin Impact) - Мистер Ву

Глава 54

Координаты были получены буквально через пару минут, к моему приятному удивлению, Руккхадевата выдала мне информацию не только по местному региону, а вообще по всем известным Тейвату захоронениям и руинам. Книжные черви из Академии очень ценили такие исторические объекты, дотошно изучали их, конспектировали каждую трещинку и наносили на подробнейшие карты.

То, что мне было нужно, оказалось у меня в руках: увесистый тубус с картами, на которых красными чернилами было отмечено около двадцати статуй забытых богов разной степени сохранности и ипостаси. Точно таких же как и в Мондштадте. Я вышел из кабинета, затем из Храма, а после и из самой Академии, не глядя ни на кого, ученые, стражники, студенты — все они слились для меня в одну не имеющую значения декорацию, местный цирк с его интригами остался позади.

Спустившись к основанию древа, я глубоко вдохнул влажный сумерский воздух и активировал Анемо. Воздух вокруг меня сжался, и я ускорился в десятки раз, столица Сумеру, джунгли, реки — всё это исчезло из виду за считанные секунды, превратившись в зелено-коричневое пятно под ногами. Первая точка на карте находилась на границе с пустыней, там, где зелень обрывалась, уступая место пескам пустыни.

Я с приземлился посреди полузасыпанных руин, ударная волна от моего падения подняла в воздух тонны песка и пыли, расчищая площадь, когда пыль осела, я увидел её: статуя неизвестного божества, наполовину ушедшая в дюну, к которой я подошёл. Девушка на статуе Архонта Пищи была разговорчивой, я без прикрас вывалил ей весь свой план: про Ирминсуль, про Фанета, про то, что мне нужна батарейка, чтобы пробить дыру в мироздании и свалить домой. Она внимательно выслушала, тяжело вздохнула, и… наотрез отказалась помогать.

Я не стал настаивать, после кринжового опыта с Архонтом Любви в Мондштадте, выполнять чьи-то предсмертные прихоти или снова целовать холодный камень в щеку я совершенно не собирался. Вторая статуя, наполовину погребенная под барханом, придерживалась того же мнения, как и третья, четвертая и пятая.

Тянуть общий замысел и расписывать каждую встречу не имело смысла, местные мертвые боги оказались куда более консервативными и привязанными к своему клочку земли, чем мондштадтские. Многие просто боялись гнева Селестии даже после своей смерти, другие не хотели участвовать в разрушении устоев. По итогу, из двадцати отмеченных на карте статуй, ко мне присоединились лишь три.

Один был каким-то древним божеством песчаных бурь, которому просто осточертело лежать в забвении, вторая оказалась богиней засухи, жаждавшей хоть напоследок выплеснуть свою ярость. А третий вообще не представился, просто молча влился в меня потоком энергии. Но и на этом спасибо, лишняя сила всегда к добру, особенно когда собираешься бросить вызов местному демиургу. Я сжал кулак, воздух вокруг дрогнул. Это был мой предел за которым начиналось полное небытие. Пятнадцать сгустков сплелись в один уровень. Даже перестав быть человеком и мутировав в чистейшего элементаля Анемо, я теперь отчетливо видел внутреннее строение своей собственной оболочки.

И она разваливалась на куски.

Тонкая сеть светящихся разломов покрывала изнутри мои руки, грудь, подобное было у Люмин, когда она выходила за пределы своих возможностей, но сейчас все было иным. Чем дольше сила находилась во мне, тем быстрее она разъедала внутреннюю структуру, мой элементальный сосуд умирал. Был шанс, что я выживу, лишившись оболочки, превратившись в бестелесный сгусток мыслей, который просто разнесет по Тейвату вольными ветрами, но кого это сейчас волновало?

Сильнее стать я уже физически не мог, любая лишняя капля энергии просто разорвала бы меня. Я поднял голову и перевел взгляд на небо, где парил этот проклятый кусок камня. Она была видна с любой точки Тейвата, напоминания о том, кто здесь хозяин. Я провел рукой по лицу, стирая несуществующий пот, и криво усмехнулся.

Я сделал шаг, нога ступила на спрессованный поток Анемо-энергии. Я сделал второй шаг, поднимаясь выше, затем третий, по невидимой лестнице, я начал свой подъем в небеса, прямо к зависшему острову.

Система хранила гробовое молчание ровно до того момента, пока я не приблизился вплотную к барьеру, окружавшему парящий остров. Это был монолитный купол из концентрированного божественного закона, который не пропускал ни смертных, ни богов. Кроме самого Фанета и его ручных Теней, никто не имел права ступать на эту территорию.

Первой мыслью было разнести эту преграду Но… ломать барьер и тем самым играть на руку Бездне? Ну уж нет, спасибо. Даже на тайном собрании Архонтов было принято весьма прагматичное решение: лишь отрезать Селестию от Тейвата, но не уничтожать её физически. Как ни крути, а этот пафосный кусок камня служил гигантским бактерицидным светильником — его свет и аура эффективно отгоняли разную скверну и тварей из Бездны, избавляться от такого бесплатного очистителя атмосферы было бы сущим кощунством.

Я завис в воздухе, прикидывая, как аккуратно проковырять здесь дырку, как по расписанию перед глазами вспыхнуло системное сообщение в красном окошке:

Добро пожаловать

Непроницаемый барьер разошелся в стороны пропуская меня внутрь, я молча скользнул в образовавшуюся брешь, и купол за моей спиной тут же сомкнулся. Мои ботинки коснулись отполированного до зеркального блеска пола, я осмотрелся по сторонам, впитывая атмосферу обители богов. Монументальное сооружение, спору нет, очень красиво. Классический стиль древнегреческих храмов, белоснежные мраморные колонны, изящные арки и портики, всё это великолепие было щедро увито золотыми лозами и диковинными цветами.

Но за всем этим пафосным антуражем скрывалась пустота, здесь не было ощущения жизни. Все это выражалось в стерильной красоте гробницы, ожидающей своего хозяина. Я покрепче сжал кулаки, медленно зашагал по мраморной аллее прямо к главному дворцу.

Я прошел по мраморной аллее до местного аналога дворца римского императора, двери здесь были под стать архитектуре — рассчитанные на великанов, я без труда толкнул их одной рукой. Тяжелые створки беззвучно разошлись, пропуская меня в огромный залитый светом зал. Антураж полностью соответствовал тронному залу слетевшего с катушек императора: колонны, золото, фрески на потолке.

Я перевел взгляд в дальний конец зала, там, на возвышении в шелковых пуховиках и подушках, восседала до боли знакомая фигура. Она лениво кушала виноград с золотой ветви, у кого-то здесь был явный фетиш на древнегреческую культуру. Может, это существо изначально оттуда и сбежало?

Я медленно подошел ближе, девушка откусила сочную ягоду от крупной грозди и изящно провела пальчиком по своим губам, стирая каплю сока.

— Слишком быстро ты пришел, — протянула она с интонацией ленивой кошки. — И даже без своей жалкой поддержки, как мило… Прямо как я и просила. Может, ты