Герой на полставки (Genshin Impact) - Мистер Ву

новой силой, пытаясь подавить меня своим авторитетом. — Ты используешь даже не свои силы, ты притащил грязь из-за пределов системы! Тебя снова используют, глупый мальчишка! Ты решил стать марионеткой безмозглой твари из Пустоты ради призрачного шанса?!

— На войне все средства хороши… — я сделал шаг вперед, и под моим ботинком мрамор мгновенно почернел и рассыпался. — Я уже не жилец, моя оболочка сгорела, мне нечего терять. Но ты…

Я поднял руку, покрытую черной, клубящейся эктоплазмой, сквозь которую проглядывали последние искры умирающего Анемо.

— Ты — моя батарейка, и ты уйдешь вместе со мной.

Фанет не стал ждать.

— Изменение законов: Абсолютное Отторжение! Стирание концепции! — сказал он.

От него во все стороны ударила волна чистого, концентрированного созидания, это был свет, который формировал мир, он должен был стереть саму идею моего существования.

Волна врезалась в меня… и просто исчезла. Чернота, окутывающая мое тело, не отразила свет, законы Тейвата не работали на то, что пришло из места, где законов не существовало в принципе. Фанет отшатнулся, впервые за тысячелетия сделав шаг назад, и схватился за лицо. Когда он убрал руку, на его пустом лице с треском прорезалась неестественно широкая улыбка, а там, где должны были быть глаза, зияли две чёрные пробоины.

Он был рад.

Глава 55 финал

Это чудовище, дало волю своей истинной силе, отбросив ограничения. Он материализовался прямо передо мной — его кулак врезался мне в подбородок. Мощнейший апперкот просто взорвал мою голову, всё в вперемешку с черной эктоплазмой брызнули во все стороны, орошая белый мрамор, преодолев законы Архонтов и элементалей, у которых и тела нет в привычном понимании, он уломал меня, не успело мое обезглавленное тело упасть, как клубящийся мрак мгновенно втянулся обратно, голова встала на место, и я не моргнув, перехватил его бьющую руку своей ладонью. Мои пальцы с впились в его золотую плоть.

Улыбка Фанета стала еще шире, он щелкнул пальцами свободной руки.

Как пунктуально с его стороны — решил не разносить свою драгоценную Селестию в пыль, пространство вокруг нас вывернулось и мы рухнули в пустое, некое мертвое измерение, сотканное из багровых небес и пепла.

Не успел я оглядеться, как Фанет взмахнул рукой, воздух вокруг меня вспыхнул кроваво-красным. Пространство исказилось, и со всех сторон на меня обрушились гигантские, пульсирующие кубы — точно такие же, как у Асмодей. Они захлопнулись вокруг меня, а я почувствовал, как сама структура пространства разрезает меня. Кубы безжалостно порезала мое тело, остатки элементальной ауры, на сотни ровных кубиков, подвешенных в воздухе.

— Обожаю видеть живого противника, — промурлыкал Фанет, глядя на парящие в воздухе куски моего тела. — Когда ты можешь получать урон по моей прихоти, в такие моменты я чувствую, что сражаюсь с живым существом. От этого на душе становится только приятнее.

Черная слизь, сочившаяся из обрубков, вскипела, кубики слиплись обратно, сшивая за мгновение. Я выпрямился, стряхивая с себя остатки красных кубов Асмодей, и нарочито плавно сложил руки перед грудью в сложный, неестественный для человеческих суставов знак.

Пальцы выгнулись под немыслимыми углами, образуя фигуру, от которой само пространство вокруг меня начало гнить.

— Знак Седьмого Пожирателя! — голос Фанета лязгнул паникой, он то сразу узнал этот прием, пришедший из-за края мироздания.

Я не произнёс ни слова и сжал сложенные пальцы. Хвалёное тело карикатурного божества покрылось чёрными язвами, его сияющая плоть начала стремительно истлевать, осыпаясь гнилью. Золото почернело, обнажая под собой пульсирующие сгустки чистого света.

Но Фанет был Первозданным не просто так, не обращая внимания на гниющую оболочку, его шея провернулась ровно на 180 градусов. Пустое лицо с зияющими черными пробоинами уставилось на меня, а затем его грудная клетка — весь его "фронт" — с треском разорвалась надвое.

Из развороченной груди ударил свет. Я успел среагировать исключительно чудом. Вскинув руки, я создал перед собой искаженную воронку из помех и умирающего Анемо, луч врезался в мой щит, обжигая даже сквозь пустоту. Меня протащило назад на сотни метров, я вывернул запястья, перенаправляя этот поток разрушения вверх и в сторону.

Золотой луч прошел по касательной, устремляясь за мою спину.

Если бы мы были в Тейвате, этот выстрел прошил бы планету насквозь и испепелил всю жизнь на континенте, здесь же, в карманном измерении, луч врезался в багровые небеса, за моей спиной расцвела сверхновая, всколыхнув мою одежду.

Фанет не стал терпеть гниение и сорвал с себя зараженную плоть, истлевшая оболочка осыпалась пеплом, а из-под неё вырвалось сияние нового тела. Он взмыл высоко в багровые небеса карманного измерения, раскинув руки в стороны. И там, где его свет касался мертвой земли, происходило возвращение, сквозь слой серого пепла начала пробиваться изумрудная трава. За считанные секунды пустошь покрылась ковром зелени, расцвели цветы, а в воздухе запахло весной.

Я склонил голову стоял посреди внезапного Эдема, истекая черной слизью, видимо как грязное пятно на холсте.

— В этом и есть смысл, понимаешь? — голос Фанета зазвучал мягче, окутывая пространство эхом, пока он парил надо мной, глядя вниз своими черными провалами вместо глаз. — Я люблю жизнь, и люблю смотреть, как она совершенствуется.

Он плавно опустился чуть ниже, его ноги едва каснулись верхушек новорожденной травы.

— Я открою тебе маленький секрет, Странник, почему в поисках достойного противника я не ушел дальше? Почему я остановился здесь и накрыл Тейват своей живой дланью, отгородив его от остального космоса? Всё очень просто, как два плюс два равно четыре…

Фанет склонил голову, и его широкая улыбка стала ещё более жуткой.

— Там было невыносимо скучно, понимаешь? Пустота и мрак где Пожиратели, жуют сами себя… Я — проявление Жизни и есть сам Закон. И я зародился там, где этой жизни изначально не было. Я стал аномалией в абсолютном ничто, и я отправился путешествовать, чтобы сеять хаос созидания. А остальное ты знаешь, я нашел этот мир, очистил его от ящериц.

Он развел руками, демонстрируя цветущий луг, раскинувшийся посреди адского измерения.

Сколько уже можно болтать… Я скривился, чувствуя, как от его пафосных речей сводит скулы, и изогнул пальцы в новом, ещё более неестественном жесте кости хрустнули, выстраивая геометрию абсолютного отрицания, свет вокруг Фанета маргнул.

— Откуда ты знаешь Третий Знак?!

— Быстро учусь, — бросил я, чувствуя, как черная эктоплазма закипает в венах.

— Ложь! — Фанет рванул ко мне, искажая пространство. — Ты не мог заключить контракт сразу с двумя Пожирателями! Их концепции уничтожили бы твой сосуд изнутри!

Я не сдвинулся с места,