Фантастика 2026-76 - Константин Николаевич Буланов

В следующую секунду он радостно хлопнул по ладони. Потом отступил назад, чуть нахмурившись и бормоча что-то о «бро, которые на самом деле не бро».

— Баг коллизии, — Арина наклонилась ближе, разглядывая гибрид дерева и мяса. — Чувак застрял в текстурах при загрузке локации. Жёсткий рассинхрон.

Угу. Основной вопрос — жива ли остальная часть. И кто это такой? Один из пары свенгов-шаманов? Или нет?

— Шеф, — Гоша присел на корточки и деловито осмотрел пальцы. — Тут всё понятно. Его дверью прихватило. Когда эта хрень трансформировалась, он был на стыке. Половина туда, половина сюда. И — хрясь. Как в мясорубке, только медленнее.

— Спасибо за художественное описание, — кивнул я, присматриваясь к двери.

— Пожалуйста, — поднявшись на ноги, отвесил поклон гоблин. — Эт чё получается? Я ещё и сценарист?

Арина посмотрела на дверь. Потом на руку. Следом на меня. Вздохнула.

— И как люди жили без телефонов, — достав свой аппарат, блонда снова потыкала в кнопки. — Захочешь показать что-то интересное, а как? Зарисовывать?

Увидев как я кладу пальцы на металлическую ручку, иллюзионистка немедленно спрятала телефон. Снова схватила автомат. А я потянул дверь на себя.

В лицо сразу же ударил ветер. Пропитанный запахом морских водорослей. Ну вот этого вот всего, что попадает в воздух после отлива. Каждый, кто бывал на море, сейчас меня отлично поймёт.

Пахло так по вполне объективной причине — за дверью был берег.

Валуны тёмного цвета, мокрые от брызг, уходили к воде метрах в двадцати. Между нами — труп. Массивное тело орка, лежащее лицом вниз. Вернее — то, что от него осталось.

Левой руки не было. Обрубок торчал из плеча, бурый, с рваными краями. Не отрезан. Оторван. Та самая рука, которая осталась с нашей стороны двери. Его прихватило на стыке двух миров, оторвало конечность, а тело осталось здесь. Дальше — то ли дополз сам, то ли помогли крабы.

Крабы, спросите вы? Да, отвечу вам я. Их вокруг тела копошилось не меньше пары десятков.

Каждый — размером с пылесос. Панцирь тёмно-бурый, блестящий. Восемь ног. И четыре клешни. Не две, как у нормальных — четыре. Передняя пара массивная, рабочая. Задняя — тоньше и подвижнее.

Они жрали. Деловито, спокойно, без суеты. Разве что боками толкались немного.

А когда за моей спиной охреневающе ахнула Аня — все двадцать одновременно развернулись ко мне. Замерли.

Клешни приподняты. Глаза — по четыре на каждом, чёрные бусины на стебельках — уставились на дверной проём.

Я смотрел на них. Они — на меня. Секунда. Две. Три.

Знаете, есть такой момент в природе, когда хищник и случайный гость встречаются взглядами и оба решают, стоит ли начинать конфликт. Обычно побеждает тот, кто первым демонстрирует уверенность. Именно этим мы сейчас и занимались.

Кстати. А что у них так светит, интересно? Равномерное синеватое свечение, как от неоновой вывески за тучами. Рассвет?

Даргское любопытство заставило чуть продвинуться вперёд. Луна. Крупная. Синяя. Не бледно-голубая, как на Земле в ясную ночь, — густо-синяя, как если бы её выкрасили нужной краской. Не. Две луны! Охренеть же.

Стоп. У меня же не глюки? Тут их три. Разноразмерных и чуть иных оттенков синего, но сразу три. Япнуться, не встать. Красиво — закачаешься. Если бы не крабы и вся эта ситуация, я бы ещё и по пляжу прогулялся.

Хм. Кстати говоря — дверь, которая с нашей стороны выглядит обычной, здесь врезана прям в скалу. Или сама и есть кусок той же самой скалы — мне внешнюю сторону сейчас не видно. Вон чего крабы ещё наверное удивляются и не атакуют. Я бы тоже напрягся, если бы в горном склоне вдруг обнаружился люк, откуда на меня бы стало пялиться нечто непонятное.

Деталь, которую я заметил в последний момент: с той стороны дверного проёма не было. Трещина в скале. Кусок камня, который вдруг раскрылся и закрылся обратно. Для крабов я был странной зелёной мордой, высунувшейся из валуна.

Ещё раз глянув на трёхлуние, я сделал шаг назад. И решительно захлопнул дверь.

— Шеф, ты чё? — раздался непонимающий голос Гоши. — Я тока веревку нарезал, чтобы им клешни крутить.

И правда — в руках ушастика была тонкая верёвка, которая на всякий случай входила в наш комплект. От которой он сейчас радостно отрезал куски.

— Нахрена? — задал я логичный вопрос.

— В смысле? — изумлённый ушастик. — Пожарить! Размер-то у них — мечта повара! С маслом да на камнях!

Ну нихрена себе гурман. Наклонности к пожиранию крабов я за гоблинов раньше не замечал. Собственно, как и вообще любви к морепродуктам.

— Мы не будем жарить иномирных крабов, — отрезал я.

— Вот всегда так, — вздохнул Гоша с видом непризнанного кулинарного гения. — Весь деликатес мимо рта.

— Три луны? — Арина сокрушённо вздохнула. — Три синих луны, океан и гигантские крабы, а у меня нет камеры. Ты понимаешь, Тони? Я это даже потом выложить не смогу!

Прыгнувшая за нами эльфийка за всем эти процессом наблюдала с широко распахнутыми глазами.

— Другой мир? — девушка всхлипнула. — Ещё один?

— Да их полно, — махнул рукой Гоша. — Тока в этом крабы вон какие! Тони, может откроем? Ты одного хлыстом словишь, подтащишь, а я уже повяжу.

От заманчивого предложения переквалифицироваться в охотника на крабов, я отказался. Хрен его знает, что ещё могло водиться в том мире. Вряд ли свенг умер из-за того, что ему оторвало ладонь. Его что-то убило.

Поэтому мы двинулись дальше. Вперёд по тоннелю, мимо ещё двух дверей, которые никто из нас трогать не стал.

Следующие часа два мы блуждали.

Звучит просто и незамысловато. На деле — довольно муторно. Коридоры разветвлялись, сходились, обрывались тупиками. Дважды мы возвращались в одно и то же место. Небольшой зал с колонной посередине и трещиной в полу. Я запоминал метки и ставил новые. Но это срабатывало далеко не всегда. Порой, возвращаясь назад, мы обнаруживали, что всё уже изменилось — вокруг совсем другой коридор.

Здание менялось. Мутировало. Постоянно и безостановочно. А потом обрисовалась ещё одна проблема. «Пропасть», которая рассекала пространство внутри.

Натуральная такая. Глубокая. И фактически непреодолимая. Расстояние было слишком велико, чтобы перепрыгнуть. А все найденные нами коридоры шла параллельно или тупо обрывались.

Ради интереса, я к слову смотрел и наверх. Мало ли — вдруг там вид на небо. Ещё прикидывали — не выйдет ли устроить экстренный спуск. Было бы эпично закрепить тут верёвку и проскользить ниже.

Наверху было что-то жёлтое. Не слишком похожее на небо. Внизу — тьма, периодически разрываемая всполохами огня.