"Фантастика 2026-186". Компиляция. Книги 1-25 - Айлин Лин

На непослушных ногах Джу сделал несколько шагов, стараясь держаться от женщины подальше, и сел на единственный в комнате стул. Он сдвинул локтем документы на столе и ладонью закрыл лицо от света, чувствуя, что щеки у него горят. Удалось ли ему скрыть, какое впечатление она на него произвела? Хорошо бы, если да. Не так уж много при лампе разглядишь…

Он жалел, что она такая. Слишком хорошая.

В голосе своей гостьи и в ее движениях Джу узнавал холодные и расчетливые повадки великолепной маленькой суки. Замерзшая, мокрая, жалкая – она все равно продолжала набивать себе цену. Джу пожалел ее на старой дамбе, не зная, кто она, как она выглядит. Ему вначале вообще показалось, что он нашел ребенка. Но сейчас жалости Джу не испытывал. Желание она вызывала, да. Но не жалость. С этой девочкой все ему было ясно: она наглая, сильная, хоть и притворяется слабой, и себе на уме. Не понял Джу только одно: почему она продолжает говорить о себе в мужском роде. Вроде бы, она хорошо знала таргский – даже акцент в ее речи уловить можно было не сразу. Наверное, в Большом Улье так принято…

Она ступила чуть ближе по направлению к нему, в интонации проскользнула капризная нотка, как будто Джу не сидел тут, словно глотком подавившись, а наоборот, не верил в ее слова и пытался спорить:

– Это все серьезно, молодой господин. Я даже не спрашиваю, как тебя зовут, мне лучше не знать, чтоб я не проговорился. Мне неизвестно, как в вашем обществе, а в нашем будущим супругам нехорошо накануне свадьбы находиться наедине с… посторонними людьми.

Джу лицемерно повел бровью, чудовищным усилием воли изображая спокойствие небожителя. По крайней мере один убедительный довод за то, чтобы не сообщать ничего в префектуру, она ему привела: отправься он туда с новостями – Джу навеки приобретет репутацию человека, который имел шанс потискать белые бока будущей государыни и не воспользовался этим шансом. Если она, конечно, не лжет.

– Ну и как? Решение принято? – поинтересовался Джу.

Змеиные темные глаза долго смотрели на него, испытывая его терпение, потом взгляд ушел куда-то к ножкам стола. Женщина неопределенно качнула головой. Взгляд у нее был точно такой, как у Иля: словно человек смотрит на тебя сквозь закопченное стеклышко, что-то думает о тебе, а плохо или хорошо – узнаешь, только когда гром грянет прямо над головой.

– Мне неизвестно, как в вашем обществе, – медленно произнес Джу, – но в нашем выйти замуж за государя считается наилучшей перспективой для… честной девушки.

Она шагнула еще чуть-чуть. Господи, зачем она к нему идет?! Не понимает, что ли?..

– А я не честная, – сказала она. – И я не девушка.

Повернулась и побрела на кухню. Залезла на сундук, поджала колени к подбородку, положила на них голову.

Джу сглотнул сухой ком в горле. Что-то надо было с этим делать. Причем срочно. Кое-как он скатал в трубку переворошенные листки дела, сунул в голенище и бросил его к стене, за изголовье кровати. Пробежал мимо женщины, схватил с поленницы свой плащ и был таков.

– Вы сознаете, эргр, что мы уже начали действовать по принципу «побеждай или погибни»? Раскройся все – государь нам не простит.

– Дорога назад отрезана.

– И все же, мне мало верится, что Шаджаннар – тот безответный простачок, который охотно повинуется кому угодно.

– Ну, почему «кому угодно». Он не совсем простачок. Он молод, а это недостаток временный. Впрочем, я без преувеличения могу сказать, что всего лишь за два месяца приобрел на него немалое влияние. Да и вы, как будущий тесть, для него человек не последний. Ведь мы с вами не допустим к принцу кого угодно, верно? Недородка Дина и всяких северных друзей мы подвинем. У вас умная дочка. Как говорят здесь, в Эгироссе: есть два истинно вольных – Бог и жена, коли волю взяла… Ну, даже если принц не захочет никого слушать – ему все равно придется перепоручать кому-то часть ответственности. Никакого опыта у него нет, он вынужден будет принимать советы.

– Выгод я не отрицаю, но все же ему придется занять место своего отца, которое тот по доброй воле не освободит. Боюсь, что убийство прежнего государя окажется для принца… несколько неожиданным обстоятельством.

– А кто говорит об убийстве? Государь нужен нам живым. По крайней мере, на первых порах. А уж дальше – как Единый рассудит. Наш с вами принц – молод и тщеславен. От таких перспектив, как у него, запросто не отказываются. Позвольте ему только начать, сиятельный кир, и вы увидите, что ему трудно будет остановиться.

– Есть люди, которые станут требовать немедленной смерти Аджаннара.

– Наш северный союзник? Знаю. Но этот живодер много на себя берет. Он сам нам нужен только потому, что у него больше друзей на Севере, чем у меня, вас и у всех столичных таргов вместе взятых. Однажды он только своим именем собрал армию. Он сделал это раз – сделает еще раз. Если я правильно понимаю намерения савров – об остальном его никто спрашивать не будет. Либо наш союзник приобретет Столицу, либо потеряет обе Агиллеи, Гем, Дэм и Карию.

– Все же будьте осторожны, эргр Инай, не пугайте нашего маленького государя, не говорите ему много.

– Кир Аксагор, вы ведь сами знаете: быть палачом и действовать осторожно – нельзя. Так же, как нельзя быть врачом и не причинять боли. Всегда лучше говорить правду. Не сразу, не всю, но правда – лучше всего. А вон, кстати, и наследник идет. Ни о чем еще не подозревает…

Государь вызвал Дина среди ночи. Сказать, что вид у государя был недовольный – ничего не сказать. В парчовом халате поверх спальной рубахи, в туфлях на босу ногу, без маски, с растрепанными волосами, император Аджаннар быстро ходил по смежному со спальней малому кабинету от стены к стене, заложив за спину руки. Дин поклонился, но не успел разогнуть спину, как ему уже было выдано срочное задание.

– К утру ты сделаешь вот что, – не дав советнику опомниться, быстро произнес государь. – Прямо сейчас поедешь к Домовому. В канцелярии Тайной Стражи Царского Города возьмешь дело по убийству кира Энигора. Вместе с этим делом лежит дело из Первой префектуры по убийству гадателя Дарга от первой декады прошлого месяца. Домового особо не тревожь,