Консультант - Александра Торн

– Ну, эта, как ее – телепортация… – пробормотал комиссар.

– Маргарита права, – ответил Редферн. – Для создания портала нужна подготовка, причем весьма серьезная. Нельзя перенестись в пространстве, просто щелкнув пальцами. Для места назначения необходимы строго определенные точки выхода и входа, к тому же неподвижные, то есть на плывущем корабле это заклятие не сработает. Зеркальной тропой толпу нежити не провести – чем больше тел, тем выше расход энергии на переход. У человека просто не хватит на это сил.

Бреннон потер бородку. Ему не хотелось плодить воображаемые сущности, но…

– Другой корабль. Самое простое. У хозяина нежити был другой корабль, на который он и перевел свое стадо. Он превратил людей в нежить, перешел с ней на другую лоханку, а фрегат… – Тут мысль Натана останавливалась. – Но ведь его можно было попросту сжечь!

– Нельзя, если дело происходило в порту, – возразил Лонгсдейл. – Пожар привлечет слишком много внимания.

– Да без разницы! Вывел бы посудину в открытое море и спалил бы там. Что же ему помешало, черт возьми? Но нет же, отправил фрегат по месту доставки, как посылку, словно… хотел привлечь внимание. – Бреннон смолк: это предположение уже не казалось ему таким диким. Редферн пристально посмотрел на него, и комиссар с досадой подумал, что, похоже, их размышления в чем-то совпадают.

– Чье внимание, Натан? – спросил пироман. – Мое или ваше?

Комиссар поморщился. Его раздражало то, что этот тип обрался к нему по имени. Это было даже не фамильярно, а, черт возьми, снисходительно!

– Наше общее. Проще всего выманить жертву, заставив ее выдать себя какими-то действиями. Думаю, хозяин тварей знал, кто будет плыть на «Кайзерштерн», и выбрал этот корабль намеренно.

– Интересно, почему это кайзерская полиция захотела изучить именно ваш бесценный блэкуитский опыт, а, Натан? – вкрадчиво осведомился Редферн. Сущий змий! Но Бреннон не стал отвечать на такой провокационный вопрос – потому что и сам пока не знал.

Из темноты вынырнул пес, подошел к Натану и отрицательно помотал головой.

– Якоря нет, – перевел Лонгсдейл. – Видимо, чудовище его оторвало.

Редферн бросил на пол коробок, ткнул его каблуком и пробормотал заклинание. Коробок мигом вырос до размеров сундука, и пироман откинул крышку.

– Наполните его обломками, – приказал он, – и ждите меня снаружи.

Бреннон чуть не задохнулся:

– Вы что, собрались спереть отсюда улики?!

– А как еще, по-вашему, я смогу реконструировать последние часы корабля? Не здесь же этим заниматься, тут не хватит места.

– Куда вы? – с любопытством и тревогой спросила Маргарет.

– В кабинет главы ОРБ, – глаза Редферна азартно блеснули. – Я знаю, где добыть путевой лист «Кайзерштерн».

* * *

– Как я мог на такое согласиться? – горестно пробормотал Бреннон. Пес сочувственно вздохнул.

Над морем светилась луна, разливая бледное сияние вдоль горизонта. Лошади, запряженные в два экипажа, мирно щипали травку, пока Лонгсдейл и Маргарет раскладывали на песке обломки фрегата. Редферн сосредоточенно высчитывал что-то в блокноте. Комиссар вернулся к изучению путевого листа, который прислал в ОРБ начальник порта Линденштрассе. В документе на двух языках – доргернском и риадском – был зафиксирован маршрут «Кайзерштерн» с датами прибытия в каждый порт и длительностью стоянки.

Впервые бааван ши объявились в Блэуките второго сентября, значит, нужна более ранняя дата. Бреннон нашел двадцать восьмое августа – на этот день был намечен заход в Виллер-Руа. К счастью, Редферн предусмотрительно уволок запрос начальника ОРБ, ответ из порта Виллер-Руа и перевод оного ответа.

«Кайзерштерн» должна была провести там два дня и тридцатого августа отбыть в Бресвейн. Однако вечером двадцать девятого числа корабль по неизвестной причине покинул Виллер-Руа, причем капитан не сообщил об этом и даже не запросил лоцмана для выхода в открытое море. Фрегат отчалил с отливом и шел с необычно высокой скоростью. Спустя сутки в порту был найден якорь с «Кайзерштерн». Начальник порта терялся в догадках и просил по возможности объяснить, что же произошло.

Комиссар вполголоса прочитал письмо и спросил:

– Ну, Кусач, что думаешь?

Псина сосредоточенно почесала за ухом, провела лапой по песку извилистую линию и наступила на один из ее концов. Получилось нечто вроде гигантского головастика. Поразмыслив еще немного, пес добавил вокруг что-то вроде морщин и довольно уселся рядом со своим шедевром. Бреннон долго изучал головастика среди морщин и наконец неуверенно предположил:

– Морской змей? – Пес энергично закивал. Комиссар сразу отринул мелочи вроде «А они существуют?», «Почему я говорю с собакой?», «Почему я ее понимаю?» и перешел к сути: – Их можно подчинить?

Пес кивнул.

– Эта холера достаточно сильна, чтобы волочить за собой корабль. Вопрос в том, когда началась оргия с превращениями людей в нежить: до отбытия корабля из Виллер-Руа или после, в открытом море? Когда хозяин нежити пролез на фрегат и начал там свое черное дело? В Виллере или еще раньше, в Доргерне? Вампирши появились в Блэкуите второго сентября. Думаю, к тому моменту с экипажем фрегата уже было покончено. В конце концов, пропихнуть по зеркальной тропе трех-четырех бааван ши хозяину всяко под силу. А это значит, Кусач, что вдоль берегов Риады курсирует набитый нежитью корабль с очередным свихнувшимся чародеем на борту.

Пес понимающе повздыхал.

– И этот чародей чертовски жаждет заполучить и пиромана, и почему-то – меня. На что ему Редферн – я еще могу понять, но я-то? Полагаю, дело все-таки не во мне, а в консультанте. Я же лишь наживка, чтобы его привлечь. Хозяин же тварей проник на фрегат еще в Доргенрне.

Собака недоверчиво подняла уши топориком.

– Кто-то в Доргерне решил, что именно наш блэкуитский опыт совершенно бесценен для кайзерских полицейских. Но блэкуитский департамент ничем не выделяется из прочих, за исключением… – Натан кивнул на Лонгсдейла. – А кому, кроме хозяина нежити, могут быть интересны консультанты, а?

Пес в размышлении склонил башку набок.

– Вот потому-то я и думаю, что наш злодей не просто один из пассажиров, а кто-то из числа кайзерских посланников, – со вздохом признался комиссар. Ему не хотелось думать о коллегах так дурно, и он был бы рад ошибиться, если затеянная Редферном «реконструкция» покажет другую картину.

– Дядя! – мелодично окликнула его Маргарет.

Натан встал с валуна и подошел к племяннице. Она вместе с Лонгсдейлом стояла сбоку от хаотично раскиданных кусков фрегата, а пироман ползал вокруг оных, набрасывая на песке рисунок длинным трехгранником и бормоча себе под нос.

– Что это он делает? – подозрительно поинтересовался комиссар.

– Ш-ш-ш, не отвлекай! Это герон и заклятие