Фантастика 2026-134 - Мария Заболотская

Надежда вдруг вспомнила, что наступающий сороковой год останется в памяти москвичей, как один из самых холодных в истории двадцатого века. Уже в январе в Москву придут настоящие Крещенские морозы.

Шестнадцатого, семнадцатого и восемнадцатого января температура в столице опускалась ниже сорока двух градусов, что явно было нетипичным для этой местности.

В целом же зима наступающего года выдалась очень морозной, но именно эти три дня стали самыми холодными за всю историю метеонаблюдений в Москве.

Встанут предприятия, полопаются трубы, находиться, а уж тем более работать, на улице при такой температуре будет практически невозможно. Эти морозы причинят немало проблем не только людям, но и природе.

В подмосковных лесах на корню вымерзнут неустойчивые к таким температурам деревья, практически полностью исчезнут дубы и клёны, погибнут многие животные. Замерзнут даже лебеди, которые традиционно гнездились на Чистых прудах и других водоемах в черте столицы.

И Надя решила предупредить Николая Николаевича об этом катаклизме, как обычно выдав его как один из снов - предвидений. Все было выслушано с большим вниманием и сказано, что соответствующие органы будут поставлены в известность.

Надя сразу заметила изменение отношений мужчины к своим предсказаниям. Если раньше чувствовалось несколько снисходительное их восприятие, как нечто туманного и неопределенного, "то ли будет, то ли нет", то после того, как ее слова начали сбываться, и события в Польше и в Финляндии пошли именно по тому сценарию, что, хотя и расплывчато, но точно и правильно описала девушка, сейчас все выслушивалось, записывалось и принималось к действию сразу и без вопросов.

Николай Николаевич также сообщил, что полушубки, валенки и теплое белье, приобретенное на деньги девушки, поступили по назначению в войска, участвовавшие в боях с белофиннами, как сейчас называли эти военные действия.

Туда же отправились и дивизии, сформированные из сибиряков, в которые входили и охотники - снайперы, и бойцы - лыжники, и другие военные специалисты.

Поскольку деньги от песен все поступали, было решено еще раз отправить их на закупки одежды, но уже самостоятельно и без ведома администрации, чтобы поменьше ругались, и отослать их в авиачасть, где служил Михась, как подарки к Новому году, что и было сделано.

Вспомнив о предстоящих морозах, стала действовать и Надя. По ее просьбе Анна Ивановна проверила наличие теплой одежды у ребятишек, которые резко выросли за это время, а у испанских детей ее и не было в достатке, и записала все размеры, по которым и были закуплены на авторские деньги хорошие, добротные вещи.

Кроме того, под руководством Рины и ее сестры Нины все девчонки увлеклись вязанием. Опять же из купленной шерсти они готовили для всех носки, варежки, шарфы и даже кофты. А уж воротнички и манжеты, связанные крючком под руководством Аглаи Сергеевны, поражали своей красотой и изяществом.

Приехала с гастролей Сима, довольная и счастливая. Концерты оркестра прошли с огромным успехом, все песни воспринимались с восторгом, выступления даже продлили на десять дней, никак не хотела публика отпускать артистов.

Похвасталась девушка перед подругами и тоненьким обручальным колечком и с гордостью сказала, что теперь они с Александром Цфасманом официально являются мужем и женой. Колечко она спрятала, тогда не было модным их носить, да и зависть одногруппниц в очередной раз вызывать не хотелось.

Родители Симы вначале несколько настороженно отнеслись к выбору дочери, их смущала разница в возрасте девушки и ее избранника. Но видя сердечное, заботливое отношение Александра к своей "яфА – («красавица» на иврите), они согласились с этой партией, тем более, что и отец Симы был несколько старше жены.

А уж когда мужчина смог договориться и тайком пригласил ребе, который провел закрепление их союза и по религиозным канонам, их сердца окончательно растаяли.

Согласились они и на переезд в Москву, смогли уговорить на это и некоторых своих родственников. Расположились они пока в доме Михайловых, но Надя искала для них и другие варианты, тем более что Николай Николаевич тоже заинтересовался этой проблемой.

Рассказала Сима, что в тех местах, где они выступали, идет активная агитация молодежи на стройки Сибири и Дальнего Востока.

И хотя многие побаивались, что это будет еще одна скрытая волна депортации их народа отнюдь не на "землю обетованную", но молодежь задумывалась, самые решительные парни и девушки все же записывались в эти молодежные стройотряды, как их и назвали по предложению Надежды. Их привлекала возможность вырваться из-под опеки старших, возможность увидеть новые места, да и красивая форма стройотрядовцев, которую выдавали, тоже была одной из "заманух", которая подталкивала молодежь к этому поступку.

Но она радовалась и этим небольшим подвижкам и все же надеялась, что хотя бы часть людей таким образом будут спасено от Войны.

Возможно, часть молодежи будет позже призвана на фронт и неизвестно, как сложится их судьба, но все же Надя считала, что даже и погибнуть, защищая своих родных, лучше, правильнее, хотя это слово сюда не очень подходит, но как есть, чем пропасть в концлагере, быть расстрелянными фашистскими оккупантами, или заживо сожженными в своих местечках.

Активно стали девушки готовиться к празднованию Нового года. Этот любимый всеми праздник был "реабилитирован" совсем недавно, впервые после долгого перерыва новогодье отметили в Кремле в тридцать пятом году с традиционным Дедом Морозом, а в январе тридцать седьмого у него появилась спутница — внучка Снегурочка.

Надя с удовольствием встретила знакомую фамилию, прочитав, как одним из первых описал это торжество Аркадий Гайдар в рассказе «Чук и Гек» перед новым, тридцать девятым годом:

«Днем чистились, брились и мылись. А вечером была для всех елка, и все дружно встречали Новый год. Когда был накрыт стол, потушили лампу и зажгли свечи. Но так как, кроме Чука с Геком, остальные все были взрослые, то они, конечно, не знали, что теперь нужно делать. Хорошо, что у одного человека был баян и он заиграл веселый танец.

Тогда все повскакали, и всем захотелось танцевать. Потом танец окончился, и люди попросили, чтобы Гек спел песню. Гек не стал ломаться.

— Теперь садитесь, — взглянув на часы, сказал отец. — Сейчас начнется самое главное. Он пошел и включил радиоприемник. Все сели и замолчали. Потом что-то стукнуло, зашипело, и откуда-то издалека донесся мелодичный звон. Чук с Геком переглянулись. Они гадали, что это. Это в далекой-далекой Москве, под красной звездой, на Спасской башне звонили золотые кремлевские часы. И тогда все люди встали, поздравили друг друга с Новым годом и пожелали всем счастья».

Именно тогда и зародилась традиция дожидаться