Фантастика 2026-76 - Константин Николаевич Буланов

При всём этом, Гримм — блогер. С аудиторией. Подписчиками, которые привыкли видеть его рожу на экране. Убей его — и через час появятся заголовки «даргский вождь убил журналиста». Петиции. Расследования. Внимание, которого не хочется. Я буду в своём праве целиком и полностью. Но общественное мнение ориентируется совсем не на юриспруденцию.

— Эй! Народ! — Гоша взобрался на стол. — Я не могу больше от вас это скрывать!

Гоблин осторожно положил кота на столешницу. Достал из кармана знакомую стеклянную колбу.

— Уникальное предложение! Ограниченный объём! — обвёл он зал взглядом коммивояжёра. — Вы все знали Бараза. Мощный был дарг, пусть и сволочь! Огонь!

Пауза. Скорбное лицо.

— Буквально огонь, — добавил Гоша, смотря на лица гигантских орков, которые выражали занятный спектр эмоций. — Сгорел на работе. Пока пытался убить шефа.

Дарги притихли. Принялись настороженно переглядываться.

— Но его дух с нами! И не только он! — потряс колбой. — «Пыль Бараза»! Настоящий прах вашего вождя!

Собравшиеся внутри салра дружно выдохнули. Шаманка прекратила разглядывать Арину и повернув голову, уставилась на ушастика. Хорг поперхнулся пивом.

— Это не просто пепел! Перед вами инвестиционный актив! — Гоша поднял палец. — Кто хочет прикоснуться к легенде? Начальная цена — всего тысяча за грамм! Курс растёт! Покупайте фьючерсы на деда! Вы обязаны верить в котировки! Это ваш долг!

Я ждал линчевания. Осквернение праха — такая себе тема. Особенно, если речь идёт о вожде даргов.

Но орки заинтересовались. Принялись переглядываться. Шептаться. Интересоваться друг у друга, что такое фьючерс и для чего он нужен?

Время шло. Мясо жарилось. Пиво текло. Зал наполнился гулом, который бывает, когда чужие начинают привыкать друг к другу. Не дружба. Совместная попойка, стирающая углы.

Когда я разобрался с первым подносом мяса и влил в себя поистине гигантскую кружку пива, около трона появился Пикс. С ноутом в одной руке и банкой пива во второй.

— Босс, — негромко сказал он, усаживаясь около престола и опираясь на него спиной. — Есть контакт.

Я подобрался. Опустил взгляд на изрядно вымотанного ушастика.

— Нашёл я про эту белую хреновину, — покосился на меня коротышка, клацая по клавиатуре. — Тока не знаю даж, чё сказать. Тут лучше самому посмотреть.

Сделав глоток пива я посмотрел на зал, где не совсем трезвый дарг пытался научить Гошу метать топор. Потом снова глянул на Пикса.

— Показывай, — вздохнул я. — Посмотрим, что ты там нарыл.

Глава IV

Пикс развернул ноут так, чтобы экран был виден только мне. Устроился на ступеньке трона и принялся клацать по клавишам. Банку пива поставил рядом. Профессионал, хрен ли.

В салре царило то, что можно было назвать похмельем после революции. Дарги, насытившись, разбились на группы. Кто-то спал прямо у стен, другие тихо переговаривались. Арина дремала на лавке, положив голову на рюкзак с аппаратурой. Нарга куда-то исчезла. Гоша собрал вокруг себя кружок частных инвесторов, готовых вложить пару монет в своего мёртвого вождя.

— Значит так, босс, — начал Пикс, не оборачиваясь. — Я в этот раз закинул реально широкую сеть. Ключевые слова, визуальные маркеры, описания. Искал везде — от социалок до форумов фетишистов.

— Ближе к делу, — вздохнул я, борясь со сном. Интересно, внутри салра есть отдельная постель для вождя? И если да — меняли ли там бельё?

— Следы нашлись в Дальнем, — сказал Пикс. — Знаешь такой?

Мне потребовалось немного времени, чтобы вспомнить. Дальний. Портовый город на Ляодунском полуострове, рядом с Порт-Артуром. Торговые ворота в Азию и, по совместительству, дыра, где контрабандистов и криминала больше, чем чаек. Противоположный конец империи.

В моём старом мире город был потерян после войны с Японией. В Янтаре — остался внутри империи. Став той ещё клоакой.

— Пару недель назад там произошёл пожар, — Пикс открыл первую вкладку. — Рыбный цех. Небольшое предприятие на берегу. Сильно горело. Так, что аж из моря было видно.

На экране — заметка в блоге. Мелкий автор, подписчиков всего около трёхсот. Само по себе — ерунда. Но продемонстрировать шевельнувшееся внутри раздражение я не успел.

— Вот тут начинается интересное, — Пикс свернул заметку и открыл видеоролик. — В тот момент мимо Дальнего шёл прогулочный лайнер. На борту — компания аристократов. Маги. Выпившие и скучающие. Увидели дым с палубы и решили развлечься.

— Развлечься? — машинально уточнил я. — На пожаре?

— Ага, — невозмутимо отозвался гоблин. — Заставили экипаж поднять вертолёт, погрузились и полетели тушить пожар. Лично. Своей собственной силой. Совместить приятное с полезным.

Я представил картину. Компания подвыпивших аристократов вываливается из вертолёта на полыхающий рыбный цех и начинает куражиться. Хренача пламя кто во что горазд. Вроде и экшен себе устроили, но при этом ещё и героями всегда можно назваться.

— Потушили? — поинтересовался я.

— Минут за двадцать, — ответил ушастик. — Фишка не в этом.

Пикс запустил видео, пост с которым только что открыл. Повернул ко мне голову.

— Этот парень — член экипажа вертолёта. Бортмеханик. Шёл за магами по пятам и снимал всё на камеру, — объяснил Пикс. — Комментировал в реальном времени. Потом залил в свой личный блог. Просмотров почти нет, поэтому запись и цела.

Картинка тряслась. Ручная съёмка, плохой свет, дым. Голос за кадром — молодой, возбуждённый, с непонятным акцентом — тараторил, описывая, как один из магов гасит пламя потоком сжатого воздуха, а другой заливает тлеющие балки водой, которую тянет прямо из моря.

Потом камера опустилась вниз. Цех. Обгоревшие стены, рухнувшие стеллажи. Дохрена дыма. Настоящий хаос, который остался после пожара.

— Вот, — Пикс едва заметно кивнул. — Щас будет.

Камера дёрнулась. Оператор споткнулся, выругался. Потом выровнял кадр.

Твою мать! В кадре была вовсе не рыба. Человеческие тела. Много. Большая часть обуглены и частично сгорели. Хотя некоторые оставались целыми.

А это ещё что? Нахрена в них трубки воткнули? Вот эти вот тонкие и прозрачные, уходящие куда-то в переплетение шлангов и ёмкостей, оплавленных жаром.

Голос за кадром изменился. Стал тише. Оператор перестал тараторить. В тембре послышались нотки тотального шока.

«…воняет жжёной резиной… и тухлятиной…»

Камера медленно двигалась вдоль ряда металлических столов, и с каждой секундой становилось яснее, что этот цех никогда не имел отношения к рыбе.

— Часть из