"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

— Скотина! — зарычал граф. — Я этого так не оставлю!

— Не оставишь, — начальника охраны страшно веселил этот разговор. — А пока готовь денежки, сорок мультов. Срок тебе неделя.

— У меня столько нет! — крикнул он. — Все деньги в производствах и счетах.

— Для тебя не проблема вывести нужную сумму. Бывай. — И начальник отключил телефон. — Н-да, парень, прилетит тебе от отца. — Он почесал подбородок. — Но тебе повезло. Походу батя тебя любит. Так что можешь рассчитывать на то, что твоя задница будет спасена.

Дверь в помещение открылась и вошла женщина… Та самая, которая играла на контрабасе в зале, когда мы пришли!

За ней зашел мужик в форме. Китель, фуражка. Он прикрыл дверь и встал рядом.

— Доброй ночи, госпожа! — Все в помещении поклонились ей.

— Ну и что тут у нас? О, Сережа Сурков! Привет! — веселясь, женщина прошла вглубь комнаты. Ей тут же подставили кресло, в которое она и упала. — Мне сказали, что ты пытался нас нае… обмануть?

— Нет, что вы, я не хотел! Меня подставили! — опять завел он старую шарманку, но пощечина от женщины его быстро успокоила.

— Покажите камеры! — приказала она, и ей включили несколько мониторов.

Она долго наблюдала за игрой. Когда же на мониторах появилась сцена, где под руки выводили Суркова, она разразилась громким смехом.

Затем вскочила и поцеловала удивленного Суркова в лоб. Еще смеясь, она опустилась обратно в кресло.

— Боже, какие же вы все идиоты! — прикрыв лицо, сказала она сквозь улыбку.

— Моя госпожа, я не понимаю, о чем вы? — подошел начальник охраны к мониторам.

— Значит, ты привел Кузнецова⁈ — она посмотрела на испуганного парня. — А вы, болваны, не проверили и не спросили этого идиота, кого он приведет? — она ткнула в Суркова. — Это говорит о некомпетентности моей службы безопасности!

— Простите! — упал на колени начальник безопасности, а за ним следом и остальные помощники.

— Ничего, ничего, — она погладила его по голове. — Вашей вины тут нет, — и посмотрела на Сережу. — И твой тоже. Ты не знал, кого привел, и я тебя не виню. Наоборот, ты сделал нам большой подарок! О долге можешь забыть, и папочку обрадуешь. Но ты нам еще пригодишься. Витя, отпусти мальчика, у нас много дел.

Когда же Сурков вышел за дверь, весь в слезах и соплях, Вика Контрабас продолжила:

— А теперь слушайте внимательно. Если заметите еще раз этого парня, — она ткнула пальцем в монитор, который показывал мое лицо, — немедленно вызывайте всех солдат и звоните мне. В любое время дня и ночи.

— Это же просто пацан… Госпожа, — начал бормотать Витя.

— Нет, мой дорогой, это не просто пацан! — оскалилась Вика. — Этот парень уничтожил лаборатории и испытательный центр!

Мы с Лорой наблюдали за развитием событий. Женщина назначила за нас награду в десять миллионов, что было совсем неплохо.

— Герхард! — окликнула она своего охранника у двери. — Сможешь перехватить его? Думаю, до института он еще не добрался.

— Да, моя госпожа! — он отдал честь и вышел за дверь.

— Милый Герхард, как же не повезло этому мальчику! — она провела пальцами по экрану. — А ведь такой красивый. Мог бы жить и жить.

От этой сцены меня аж передернуло.

— Я не особо по дамам в возрасте, — не удержавшись, произнес я, ретранслируя свой голос через Болванчика.

Как же она подпрыгнула от неожиданности.

— Охрана! — завопил мужик с кружкой. — Быстро сюда! От здесь!

— Успокоиться! — рявкнула Вика. — Его тут нет, иначе бы Герхард его уже прикончил. Это какой-то фокус. — Она прошлась по комнате, оглядываясь. — Эй, Кузнецов, ты тут?

— Да тут я, тут. Чего хотела, старая карга? — ухмыльнулся я.

Она даже бровью не повела. Неужели ко мне начали относиться куда серьезнее? Даже приятно как-то.

— Зря ты перешел нам дорогу, Кузнецов! Мы тебя из-под земли достанем, — сквозь зубы прошипела она. — Пока можешь прятаться в своем институте. Мы тебя достанем даже в Дикой Зоне.

— Дура, кто сказал, что я буду прятаться? — рассмеялся я. — Тебе старый хрен Скрипач не сказал, сколько раз он уже мне подобное говорил?

— Вот только я не Леня, — хмыкнула она. — Вика Контрабас куда опаснее.

— Эти ваши фразы меня не сильно пугают. Ты даже меня не узнала, когда я был у вас под носом.

— Я играла на инструменте! — по-девчачьи обиделась она. — Если бы я присматривалась к каждой роже, игра вышла бы не такой идеальной!

— Ладно, должен признать, играешь ты неплохо…

— Ох, спасибо! — искренне улыбнулась она. — За такой комплимент попрошу Герхарда убить тебя быстро, ладно?

— Боюсь, Герхарда ты больше не увидишь.

Я призвал все детальки Болванчика.

* * *

Комната допроса.

Сейчас.

Вика Контрабас испытывала множество ярких эмоций. Гнев, азарт, любопытство и обиду. Злилась она на то, что ее обозвали старой каргой. Азарт был ей присущ по натуре, и теперь они с Кузнецовым играли в догонялки. Любопытство по той же причине. Как такой молодой и привлекательный парень, может быть настолько силен и опасен? Ну и обижалась она на себя. Когда Кузнецов сказал, что она говорит те же слова, что и Скрипач, ей стало обидно. Разве она похожа на этого старого дурака⁈

Вика Контрабас вышла из служебных помещений, обошла залы и поболтала с оркестром, который она лично отбирала. Затем проследовала на улицу, где ее ждала машина.

— Госпожа, — слуга открыл перед ней дверь и поклонился.

— Секунду, Стасик. Надо позвонить.

Вика набрала Герхарда.

— Алло, Гера, дорогой, ты скоро? — нежным голосом пролепетала она.

— Я же сказал, что ты его больше не увидишь. Что непонятного, господи… Понаберут по объявлению… — и связь оборвалась.

Вика Контрабас еще несколько секунд стояла неподвижно, соображая, что произошло. А потом со всей силы швырнула телефон в стену.

— Ненавижу! — запрокинув голову, завизжала она.

— Госпожа… — к ней подошел слуга, который держал дверь, но договорить он не успел. Его голова отлетела в ту же сторону, что и телефон.

Женщина не рассчитала силы и влепила ему кулаком. Вот только удар был такой силы, что шея не выдержала.

От автора: Дорогие друзья и читатели, осталось чуть-чуть до круглой суммы по сердечкам. Буду признателен! С меня, как всегда, чибик с Лорой! (Ну вы уже, наверное, и так знаете)

Глава 25

Великолепная девятка

Должен признать, противник был довольно силен. Он быстро нашел меня в кафе и по-офицерски бросил перчатку, вызывая на дуэль. Необычно и тупо. Он же бандит, а не какой-то аристократ с рыцарскими замашками?

Я сражался с ним только своими силами, без помощи Лоры и Болванчика. И должен заметить, что мои навыки владения магией и мечом значительно улучшились. Правда, когда я выбил оружие из рук этого Герхарда, мы перешли в рукопашную.

Тут он меня разочаровал. Приемы какие-то показушные, удары чересчур широкие и совсем неэффективные. А жаль.

У него прочная кожа. Скорее всего, это его уникальная магия. Непросто пробить такую мечом. В этот раз я пожалел, что не взял родовой клинок. Он бы справился куда лучше.

Лора пыталась помочь, но я отказался. Мы еще некоторое время сражались на кулаках, когда этот гусар понял, что проигрывает. Вот тогда-то он и выхватил стилет.

Эх, вот и сдулось рыцарство!

Двумя движениями я обнажил кинжал и воткнул его противнику в глаз. Это было рискованно, но в фильмах, которые смотрел в детстве, обычно это и единственная уязвимая часть тела. Еще где-то засовывали руку в горло, а там можно и взорвать все… Но мы обошлись более гуманными методами.

После того, как Герхард испустил дух, у него в кармане зазвонил телефон, и я передал Вике Контрабас, что ее мальчик далеко, и можно его не ждать.

Где-то в районе казино раздался оглушительный визг, а я только расплылся в улыбке.

— Ну что, теперь можно и в институт? Еще успеем поспать, — сказал я, выходя из темного переулка, поправил куртку и побрел по пустой улице.

— Сделал гадость, а на сердце радость, да? — Лора составила мне компанию. На ней была лисья шуба, под которой ничего кроме каких-то полосочек.

— Как думаешь, стоит сейчас вложить деньги в банк или пока подождать? — спросил я.

— Зачем держать?

— У Суркова отец работает в Имперском банке. Мало ли он что-то сделает со счетом, — предположил я. Такие опасения меня еще терзали, когда план был в разработке, но теперь и у Суркова-старшего проблем выше крыши. Однако лучше перестраховаться.

— И где ты будешь хранить