Фантастика 2026-128 - Андрей Схемов

мне предложили провести спарринг с Андерсеном, к моему счастью ректор назвал его имя, Олрен. Мужчина улыбнулся мне только уголками губ. По нему видела, что он нервничает.

— Не нервничайте, − сказала ему тихо.

— Не в моем воспитании нападать на женщину.

— Не бойтесь, я вас сильно не обижу, − подколола, чтобы раззадорить его.

Пришлось нападать первой, потому что коллега был нерешителен. А вот после моей атаки пришел в себя и через несколько отбитых выпадов вообще забыл, что напротив него женщина.

— Какие удары, какая техника! – восхищался ректор. – Наденька может смело преподавать еще и боевые искусства.

— Только ей это неинтересно. Спарринги она любит. Но поговорить − это про зелья, травки и как их хранить, готовить. Об этом она может часами рассказывать. Лида, кажется, уже все ее книги наизусть знает, как и большую часть прочитанных моей супругой книг. Потому как она их читала Надежде еще с младенчества, а некоторые по несколько раз. Марк, может, ты составишь Надежде компанию? Вы когда вдвоем в паре работаете против другой пары − просто загляденье.

Марк только кивнул, взял местный шест и пошел к центру зала, где я вела поединок к Олреоном. К Марку вышел Шон Карн, мужчина преподавал на старших курсах боевую подготовку, разные виды оружия. Когда присоединились мужчины, мы с Марком не сговариваясь начали действовать синхронно.

— Он ее обучал! – воскликнул ректор.

— Частично. Мне нравится, когда они в паре спарринг проводят против другой пары.

Начинаем мы синхронно, чем немного дезориентируем противников, потом каждый использует свои приемы. А через время можем вообще поменяться противниками, помогая друг другу.

— Хорошая работа в паре, − прокомментировал Лери студентам, – запоминайте, как нужно усиливать друг друга. А не так, как вы − только мешаетесь, если работаете парами.

И если старшие дети смотрели спарринги с любопытством, даже моя дочь смогла почти все время высидеть. Потом просто ушла к папе на ручки. То вот младшенький Марка, Арен, быстро устал и стал капризничать. Ему было все равно, что мама ему говорит, что папа занят и к нему нельзя. Малец начал истерить и орать во все горло. А потом мы все дружно ощутили от ребенка спонтанный выброс магии.

— Лида! – испуганно воскликнул Марк.

Я быстрей него отреагировала − и бросила на подругу щит. У нее хватило ума успеть отойти от ребенка. Щит ее накрыл буквально за долю секунды до выброса сырой силы от ребенка. Из-за возраста Арен не мог контролировать куда напрявлять высвободившеюся магию. Марк, кажется, чуть не поседел в один момент. Лиду откинуло через пол зала. Благо остальные преподаватели сориентировались и не дали ей упасть. Спарринг был прекращен, как только ощутили выброс силы.

Марк сразу побежал к Арену, который стоял молча и испуганно смотрел на мать. Он подхватил ребенка на руки, быстро осмотрел, что тот в порядке, и поспешил уже с ним к жене. Лида молча обняла сына и поцеловала того в щечки. Стала тихо ему говорить, что любит его. Ректор тихо и очень нецензурно высказался по поводу увиденного.

— Вам бы артефактами с щитом обвешаться.

— Толку от них, − сказала подходя. – Они бы не выдержали выброс сырой силы такого размаха. Есть в кого, − улыбнулась. − А кто-то мне претензии высказывал, что я в детстве колдовала, − сказала Марку с улыбкой.

— Вы в детстве лучше контролировали силу и просто осознанно шкодили. Он еще слишком мал для проявления магии, и это чертовски рано.

— Ну рано, у Радика тоже сила рано открылась, и ничего, дворец выстоял. Академия пока тоже.

Ректор поморщился.

— Ну выстояла же. Даже вся компания моих братишек и сестричек вместе взятые ее не развалили. Даже толком не разломали.

— И слава Богам! − отозвался ректор. − Запечатывать способности не стоит. Это плохо сказывается в дальнейшем на развитии дара. Просто нужно следить за эмоциями ребенка.

— Или кому-то просто постоянно быть рядом, − сказал Амен. – Марк, ты же сможешь сдержать его.

— Да.

На этом показательный спарринг решили завершить, договорившись, что следующий спарринг, для других студентов с боевого факультета, состоится примерно через неделю.

А вот мой средний сынок на следующее утро заявил, что поедет со мной в академию. Когда попыталась возразить, он закатил истерику. Амен стоял удивленный таким поведением.

— Я же вернусь через полдня, − сказала ребенку.

— Я хочу пойти с тобой! Мама, пожалуйста, возьми с собой!

И это все со слезами, соплями и цеплянием за мои ноги.

— Наденька, может возьмешь его с собой? – осторожно спросил муж.

— Лео, я ведь не бросаю тебя, просто ты в это время тоже будешь заниматься с преподавателями. А я со взрослыми детками.

— Мама!.. – и снова рев.

Не выдержал, зашел старший сын. Посмотрев на младшего брата, попросил:

— Мам, возьми его с собой, пусть он поймет, что там скучно и успокоится.

— Такого зареванного точно не возьму, − сказала спокойно, – таким внешним видом только студентов пугать.

Мелкий сразу затих.

— А если я не буду плакать?

— Даша, − позвала нянечку, – помоги ему умыться и привести себя в порядок. У вас двадцать минут на все утренние процедуры. Если хочешь поехать в академию не голодным, то стоит поторопиться.

Ребенок убежал с нянечкой. Ко мне подошла дочка, молча обняла за ноги. Подхватила ее на руки.

— Побудешь с Лидой и Ареном в замке?

— Да.

— Самир, а ты будешь в замке с учителями?

— Буду, − вздохнув грустно сказал ребенок, – но я тоже хочу поехать с тобой.

— Поедете в следующий раз, когда у меня будет спарринг. Мне будет нужна ваша моральная поддержка.

— Мама, ты сильней их! – заявил сын.

— Угу, но я все равно волнуюсь.

Ребенок обнял меня за ноги. Амен обнял со спины. К нам с разгону в объятья влетел раздетый Леон.

— И меня обнять!

Я рассмеялась. Отпустила дочку на пол и присела обняла Леона.

— Иди одевайся, и пойдем к дедушке с бабушкой и дядьям завтракать. Поспеши, а то еще чуть-чуть и мы опоздаем. По дороге обсудим твое поведение на занятиях в академии. Мне нужно чтобы ты меня слушался. Понял?

— Да, мам!

Ребенок убежал переодеваться, а я тихо сказала:

— Чувствую, занятия будут «веселые».

— Ну, к счастью,