Фантастика 2026-92 - Роман Валерьевич Злотников

– Это мы сейчас и посмотрим, – ехидно улыбнулся бывший майор и развернулся к взводу, стоящему в парадном строю в две шеренги в двадцати шагах от толпы генералов. – Командуйте, поручик!

– Взво-о-д! – тут же взревел поручик всё того же Лейб-гвардии Железнодорожного полка, развернувшись к своим подчинённым и воздев штатную саблю, – поотделённо по местам – марш!

Строй сломался и четырьмя ручейками перетёк к брустверу редута, выстроившись за ним в две шеренги.

– Первая шеренга – на колено, вторая – стоя, для стрельбы – товсь! – Солдаты сноровисто приняли указанное положение и вскинули винтовки… Ну да, этот взвод был вооружён револьверными винтовками Кольта. Почти такими же, которые он производил на своём заводе в Патерсоне ещё со второй половины тысяча восемьсот тридцатых годов… Ну не совсем, конечно, – американец за прошедшее время изрядно усовершенствовал конструкцию, заодно внедрив все те изменения, которые порекомендовал ему Данька, когда опробовал его системы в Манеже, но принципиально винтовка изменилась не очень сильно. Так что её производство наладили относительно быстро. Впрочем, основная заслуга в этом была всё-таки за Самуэлем Кольтом.

На вооружении в сапёрном батальоне это оружие не состояло – более того, её пока вообще не приняли на вооружение армии, но эту «показуху» для генералитета бывший майор готовил сам, лично, по полной задействовав весь свой опыт подготовки «показух», накопленный за время своей службы в Советской армии, которая по этому параметру, вероятно, была впереди планеты всей… Ну и опыт той давней «показухи» с «николаевской» пулей перед войной с Наполеоном был учтён в полной мере. Так что, если что-то способно было усилить планирующийся эффект, – это бралось и использовалось! Револьверные винтовки Кольта – могли.

– Огонь по левой группе целей. Дистанция шестьсот шагов… Разобрать цели!

Первое отделение – огонь с левого фланга по очереди… Второе отделение – огонь с правого… Третье отделение… Четвёртое… – перекрикивая друг друга, заорали унтера. Поручик выслушал команды отделённых командиров, после чего вновь вступил сам:

– После первого залпа – огонь по готовности до исчерпания барабана! После смены барабана – ждать команды на продолжение огня. Товсь! – Бойцы вскинули винтовки, приникнув к прицелам. – Пли!

Залп грянул слитно. Над двумя шеренгами взметнулись клубы порохового дыма… но грохот выстрелов не прекратился. Секунда, две… десять… пятнадцать… панораму поля заволокло дымом. Ну дык на небольшом участке меньше чем за полминуты было сделано две сотни выстрелов!

Когда дым чуть-чуть развеялся – генералы возбуждённо загомонили. Из сотни с лишним мишеней, закреплённых так, чтобы при попадании пули они опрокидывались, и расположенных в несколько шеренг, как будто на редут наступала несколько расстроившаяся колонна противника, «на ногах» осталось дай бог десятка четыре. Для подобной дистанции – немыслимо высокий процент попаданий! Даже на более коротких дистанциях и по более плотному строю и то было бы многовато…

Данька выждал пару минут, пока утихнут возбуждённые голоса, и кивнул поручику:

– Вторую группу целей, пожалуйста!

Здесь процент попаданий был заметно выше – после расстрела следующего барабана «на ногах» осталось всего четыре мишени. Так что возбуждение генералов заметно усилилось. К Даньке, выбравшись из толпы, подошёл генерал Паскевич.

– А что это за ружья такие, Даниил Николаевич?

Данька усмехнулся.

– А это, Иван Фёдорович, винтовальные револьверные ружья мистера Кольта, производство которых освоено на Тульском и сейчас осваивается на Сестрорецком заводе… и которые наше военное ведомство отказалось закупать. Потому что оно-де неоправданно дорого и слишком сложно для освоения массой солдат. Мол, сломают, испортят и так далее…

Несмотря на то, что Кольт был приглашён лично Николаем, тот то ли не смог, то ли не стал «продавливать» принятие на вооружение этих ружей. Тем более что полное перевооружение армии на них было просто невозможно. Они действительно были слишком дороги… Так что в лучшем случае можно было рассчитывать на перевооружение ими только егерских подразделений.

Да что там говорить – пока армию не удалось перевооружить даже на дульнозарядные винтовки с усовершенствованной «николаевской» пулей, в девичестве – пулей бельгийца Петерса, которая была усовершенствованной пулей Минье (без железного колпачка). Хотя это перевооружение началось почти сразу после воцарения Николая… Но за прошедшие с того времени двадцать с небольшим лет эти ружья получили только егеря и по одной роте в каждом первом батальоне каждого полка. Плюс карабинами на базе этих винтовок были вооружены драгунские полки. И всё. Больше ни на что денег не хватило, потому что они требовались на развитие – на первоначальное финансирование экспедиции в Калифорнию, на борьбу с голодом, на железные дороги, на школы, на затыкание регулярно образующихся бюджетных дыр… Но в последние годы положение стало потихоньку меняться. Потому что бюджет страны начал расти весьма радующими темпами. Насколько Данька знал – лет десять назад бюджет Российской империи окончательно стал профицитным. Нет, профицитные или, скорее, бездефицитные годы случались и раньше, но редко, а вот десять лет назад редкими стали именно дефицитные годы. Например, последний раз дефицитный бюджет случился в тысяча восемьсот тридцать четвёртом году из-за страшного голода… который империя пережила с большими финансовыми, но, слава богу, без больших демографических потерь. Но уже следующий голод – в конце тысяча восемьсот тридцатых – бюджет смог пережить пусть и с усилиями, но без образования дефицита… По о-о-очень грубым прикидкам текущий бюджет страны нынче был не менее чем на треть, а может, и наполовину больше, нежели таковой в том, другом варианте истории, который остался только в памяти бывшего майора. По очень грубым, потому что точных цифр ни прошлого, ни даже нынешнего времени Даниил не ведал. Но влияние на экономику страны почти восьми тысяч вёрст уже построенных железных дорог, соединивших существенную часть её производственных центров между собой и с наиболее важными портами на Балтике, а также с Австрией, Пруссией, а через них и с другими европейскими странами, и тем позволивших изрядно поднять экспортный потенциал страны, дало этой самой экономике ха-а-роший такой пинок. Причём эффект явно с каждым годом только нарастал…

– Кхем… ну, Александр Иванович всегда был более горячим сторонником штыка и сабли, нежели ружей и пистолетов, – дипломатично отозвался Паскевич. – Но я бы очень хотел познакомится с данным образцом поближе.

Данька, улыбаясь, кивнул.

– Несомненно, Иван Фёдорович, несомненно. Это предусмотрено программой…

Когда начали вести огонь по последней группе целей – его пришлось останавливать, когда ещё не были израсходованы все заряды в барабанах. Потому что все цели закончились. Так что Даниил дал команду задробить стрельбу и послал людей снова поднять мишени. После чего стрелки добили