Фантастика 2026-128 - Андрей Схемов

полном составе забыли, что нужно воевать со мной. Вместо этого они принялись стучаться в глухую дверь, что отделяла их от третьего камерного блока. Но там, судя по всему, находились такие же боязливые до харизматичек люди, и потому никто бедолагам не открыл.

Я же, воспользовавшись сумятицей, бросил одну осколочную гранатку под ноги врагам. Последние опасность даже не заметили.

Раздался взрыв, похоронивший в огненном облаке сразу девятерых кузнецов.

— 46 фрагов в тюрьмах, — тут же подсчитала Айви.

— Офигеть, как они тебя боятся, — с отвращением глянула Алина на обезображенные трупы врагов, отдельные элементы которых раскидало по всему камерному блоку.

— Нет, — покачал головой. — Они боятся не меня, а тебя.

Харизматичка округлила от удивления глаза.

— Меня-я? — тихо переспросила она.

— Девушек с таким же даром, как у тебя, боятся до… — я задумался, а потом решил, что любые слова в данном случае заменят останки противника. — Вот до такой степени они боятся, — показал руками вокруг себя.

К счастью, трупы кузнецов уже через пару секунд окрасились серыми и начали рассыпаться пеплом. Даже пятен крови не осталось.

— КОСТЯ! Он рядом! — вскрикнула Айви, выводя для меня изображения одной из камер наблюдения. С её помощью я увидел человека, спускающегося на тюремный уровень. Это был Камиль.

Что с дверьми? Взломали уже?

— В процессе, — промямлила Айви. — Не получается. Сложно.

Ускоряйтесь. Нам ещё надо…

— Шестнадцать минут, — завершила за меня Айви, выведя в интерфейс таймер до возвращения стандартных настроек дара Алины. — Само собой Камиль прибудет раньше. Но мы можем отступить в тупик. Так мы выиграем немного времени.

Нет, там тесно. Для битвы с Камилем нужно пространства побольше.

Я ещё раз глянул на карту тюремного уровня. По изначальному плану бой с самым опасным фениксовцем должен был состояться в столовой. Там много места для манёвра и, самое главное, имелось несколько колонн, которые могли послужить укрытием.

Теперь же придётся изменить арену. И лучше всего для этого подходит третий тюремный блок. Он был самым больши́м из всех.

— Так или иначе, а главная роль в этой схватке отведена Алине, — напомнила мне Айви. — Твои шансы против Камиля очень низки даже со «взломом». Тем более неизвестно, что именно мы сможем скорректировать в его характеристиках. Быть может, там и вовсе не будет ничего, что могло бы ослабить его физические навыки.

Помню.

Я применил дар на двери, ведущей в следующий блок.

Автоматическая дверь (открыть, стоимость: 100 ед. маны)

Дверь заскрипела. То, что за ней никого не было, я уже знал благодаря радару. Все кузнецы заранее в ужасе отступили от приближающейся харизматички.

И тут у меня возник вопрос: а почему Камиль так бесстрашно идёт ко мне, зная про столь серьёзную угрозу?

— Тоже не понимаю этого, — не нашла ответа и Айви.

Третий тюремный блок имел форму квадрата. Радар показывал, что за половиной имеющихся здесь дверей находятся заключённые. Также на миникарте я заметил, что кузнецы спешно покидают уже и второй блок.

— Они явно получили команду на отступление, — предположила Айви.

Увы, но предполагать на этот счёт ей только и оставалось. Ведь кузнецы, похоже, для связи использовали исключительно клановые средства, к которым, в отличие от стандартных радиоволн, Железяка подключиться не мог.

— Меня тут держали, — подошла Алина к одной из дверей. — Гады.

— А я вон там сидел, — показал я на противоположную камеру.

— Может, освободим других пленников? — предложила Алина.

— Потом, — отказал я. — Сейчас от них толку мало. Более того, ты можешь случайно зомбировать их. Так что ради их же безопасности пусть посидят ещё немного. Как всё закончится, откроем и их двери.

— А ты справишься? — Алина подошла ко мне и взяла меня за руку. — Этот Камиль… Он прям настолько опасен?

— Победить его будет сложно, — честно ответил я. — Но я постараюсь продержаться столько, сколько нужно до отката твоего дара. Затем просто сделаешь его своим рабом.

— Хорошо, — прижалась она к моему плечу.

Тем временем на радаре красная точка главного фениксовца стремительно приближаясь. Также Айви, переключая камеры, постоянно держала его в моей видимости.

И вот Камиль добрался до первого камерного блока.

— Всё, — прижал я Алину к себе и поцеловал в висок. — Вернись ненадолго в пятый блок. Мой оператор скажет, когда твой выход.

Алина в ответ поцеловала меня в губы и поспешила назад.

Не прошло и половины минуты, как дверь начала раскрываться. Ещё несколько мгновений и Камиль своей стальной походкой вошёл в мой тюремный блок.

— Я уж думал, что никогда не дождусь этого, — щёлкая костяшками, произнёс фениксовец. — Чего тянул, волевик?

— Занят был, — изучая противника даром «взлом», ответил я.

— А, ну да, — хмыкнул тот. — Работа на благо общества — это похвально.

Держась на расстоянии, он начал обходить меня кру́гом.

— Перед тем как я тебя убью, хочу задать один вопрос, — с хрустом размял шею Камиль. — Как ты умудрился обезвредить охранниц? В чём твой секрет?

— Сейчас узнаешь, — ответил я. — Нападай.

Глава 14

Бой

— Нападай? Ты серьёзно думал, что я дам тебе шанс? — враг выхватил из кобуры пистолет и наставил его на меня. — Ты сдохнешь, как псина, волевик.

Крупнокалиберный пистолет «Слонобой».

Редкость — легендарный. Качество — прекрасное. Урон — смертельный.

Оставшийся ресурс: 91%.

Привязан к пользователю: Камиль Ахметшин.

Я мог снять привязку с этого оружия, и враг не смог бы сделать выстрел. Но я решил поступить иначе. Мне больше понравилась идея полного уничтожения «Слонобоя»: оставшийся ресурс: 91% → 0% (стоимость: 100 ед. маны).

После такого изменения спусковой крючок становился кнопкой самоуничтожения.

— Я думал ты дальновиднее, — я тоже прицелился в противника из пистолет-пулемёта. — Неужели ты не понимаешь, что люди не простят тебе волевика? Для всех ты станешь врагом номер один.

— Как-нибудь переживу такую утрату. Тем более, друзья мне особо не нужны, — парировал он, слегка надавив на спусковой крючок, — мне достаточно подчинённых. Ну или рабов. Оба варианта подходят.

— А что насчёт других городов? Что ты скажешь, когда оттуда приедут, чтобы спросить с тебя за моё убийство? — тянул я время,