Режиссер Советского Союза 1-8 - Александр Яманов

От «дорого Ильича» я возвращался в смешанных чувствах. Мне совершенно не была понятна причина встречи. Думаю, у руководителя огромной страны достаточно независимых источников, которые могут предоставить информацию об одном много возомнившем о себе режиссёре. Не уверен, что меня захотят использовать в какой-то реальной работе, связанной с реформой или изменениях кинематографа. Начнём с того, что я реально оцениваю свои силы, и подобную работу не потяну. Вторая причина — лучше сбежать за рубеж, чем подписываться на что-то подобное. Будто у меня мало врагов и недоброжелателей. Ну и надо обходить сторонкой всё, что касается властей. Есть Фурцева, с которой установились рабочие отношения. Понятно, что министр спишет меня сразу же, если того потребует ситуация. Но сейчас она мне нужна. Надеюсь, что я ей не особо навредил. А то шут его знает, чего происходит у них на Олимпе, и какие выводы сделал мой недавний собеседник.

Поэтому пора задуматься о своих попытках влиять на ситуацию в стране. Так ли оно важно, постоянно лезть со своими советами? Общие направления я указал. Откровенных дураков в Политбюро и других высших эшелонах власти нет, я на это очень надеюсь. Пусть подключают «всю королевскую рать», если до кого-то дошло, что они проигрывают борьбу за умы собственного народа. Зато мне указали на место, насколько я понял. Такие намёки надо воспринимать, как приказ. Значит, будем заниматься режиссурой.

Что не отменяет моих планов по зарабатыванию денег за границей. Про швейцарский счёт после освобождения будто забыли, что только радует. Хотя, кому надо, наверняка знают большую часть подробностей. Значит, либо ждут моих действий, или решили не трогать. В последнее верится с трудом. Но, раз не отняли, то буду зарабатывать и дальше, только стану вести себя осторожнее.

А пока надо просто выкинуть из головы вождей, министров и прочих небожителей. Хочу сегодня весело провести день с близняшками. Они этого заслуживают больше всех, так как просто безоговорочно верят в папу. Далее — не всё так просто. Анна в воскресенье едет к маме для серьёзного разговора. Вот не пришёлся я ко двору представителю московской интеллигенции, хоть ты тресни. Затем, уже мне, предстоит беседа со студенткой. Делать вид, что ничего не происходит — глупо. Да и устал я уже от одиночества. Но лучше сделать это через недельку, когда пройдёт премьера и будут выкладки экзитпола. Вот тогда можно успокоиться и заняться личной жизнью. Заодно потребовать у «Минкульта» и «Госкино» заслуженных преференций, положенных персоне моего статуса. Взлетел я быстро и высоко, но — раз положено, то пусть раскошелятся.

* * *

— Разрешите? — открываю дверь гримёрки после стука и натыкаюсь на три удивлённых взгляда.

Но меня интересует только один из присутствующих. Высокий и грузноватый мужчина с добрым лицом. Именно таким он сохранился в моих воспоминаниях, хотя я видел этого человека только на старых кадрах. О том, что он актёр, мне слышать доводилось, но как-то выветрилось из головы. Поспрашивал у коллег и с удивлением узнал, что главный комментатор многих поколений советских болельщиков служит в МХАТе. При этом уже много лет исполняет роль Хлеба в спектакле «Синяя птица». Понятно, что постановка фактически культовая, но играть много лет подряд одного героя — это надо очень сильно любить роль и свою профессию.

А началось всё пару дней назад, когда я понял, что упускаю очень важную составляющую работы современного телевидения. Сижу, смотрю недавно стартовавший чемпионат страны по хоккею — и меня будто током ударило! Здесь ещё тот самый голос описывает ситуацию на площадке в своём фирменном стиле. Вот я и подумал, чего ещё не хватает сетке вещания.

— Николай Николаевич, я к вам, — обращаюсь к Озерову, который уже надел забавный костюм с приклеенными к груди бутафорскими бубликами.

— Чем могу быть полезен, молодой человек? — удивлённо произнесла легенда.

Здесь вдруг один из коллег чего-то прошептал на ухо комментатору. Тот растерянно кивнул, и через пару секунд мы остались одни.

— У нас не более получаса. Далее мне надо гримироваться перед спектаклем. Так чем моя скромная персона заинтересовала молодое дарование?

Сказано было без издёвки и с доброй улыбкой. Приятный всё-таки человек! Не врали современники, описывая одного из главных комментаторов страны. Тут волей-неволей попадаешь под его обаяние.

— Тогда не буду ходить вокруг да около, — присаживаюсь на указанный стул, — Что вы думаете о работе спортивной редакции «Гостелерадио»?

Такого вопроса Озеров точно не ожидал и задумался на короткое время.

— Я точно знаю, что она есть!

Улыбаюсь в ответ, и начинаю излагать своё видение ситуации.

— Наше правительство уделяет большое внимание спорту, в том числе показу его на телевидении. Есть только несколько моментов, которые меня смущают. Мы ограничиваемся исключительно трансляциями и редкими интервью. Но ведь это неправильно. Далеко не все болельщики успевают посмотреть игру любимой команды, я уж молчу про остальные.

— Вы сейчас о хоккее или футболе? — уточнил Озеров.

— Речь идёт о футболе. И я в курсе, что республиканские телестудии транслируют игры для своих зрителей. Но большинство любителей футбола узнаёт о результатах из газет и радио. Только возникает вопрос — зачем тогда нужен научно-технический прогресс, если большая часть страны не имеет возможности воспользоваться его преимуществами?

Вижу, что легенда слегка запуталась, поэтому разъясняю глубину своих мыслей. Надо ещё учитывать, что полноценной программы новостей на советском ТВ ещё нет. Естественно, нет и привычной многим рубрики «спорт», которая шла в конце программы «Время». По последней у меня уже был разговор с Месяцевым. Только на «Гостелерадио» давно озаботились созданием подобной передачи, и меня вежливо попросили не вмешиваться. Не знаю, что у них получится. Да и неважно. Моя задача — подсказать очевидное, до чего наши спортивные деятели додумаются ещё нескоро.

— Нужна всесоюзная передача с обзором после каждого тура. Лучше всего программу транслировать по понедельникам, но это вопрос обсуждаемый. Основная идея — это показ отрывков всех состоявшихся игр, голы, и небольшая аналитика. Постепенно можно вводить дополнительные опции — например, лучший гол тура или месяца, самое эффективное спасение вратаря или разыгранная комбинация.

Судя по всему, Николаю Николаевичу идея понравилась. Но особых восторгов он не высказал, а как раз наоборот.

— Алексей, если позволите вас так называть. Всё это замечательно и действительно нужно советскому болельщику. Только сразу возникнет множество технических вопросов. Как вы собираетесь получать материалы из республиканских телецентров? Это же колоссальный объем работ и затрат. Для подобной передачи