Страна чудес. На алтарях - Надежда Гуляева

мясной начинкой и опять таки бульоном внутри. И только потом перешли к делу. Леха попросил рассказать в двух словах о себе и смысле нашей просьбы. Мага слегка нахмурился, но возражать не стал. Сначала кратко обрисовал то, что я собственно уже знал. Ну а дальше шел расклад, оказавшийся довольно банальным.

Уйти красиво в представлении дага значило срубить напоследок изрядно бабла. Но основные деньги получали не бойцы – там были сущие копейки, по сравнению с тем, что вертелось на ставках в тотализаторе. Естественно, были в этом деле и подставные, договорные бои. И Маге было сделано предложение – лечь в определенном раунде в одном из боев, где фаворитом считали как раз моего “брата”. Но так много не срубишь, поэтому даг предлагал чуть-чуть скорректировать результат – лечь раньше – и сделать ставку на это. А для того, чтоб злые дяди не узнали раньше времени – ставку должны были сделать мы, ибо всего его знакомые из земляков, и про такой замысел организаторы тут же просекут, а заодно нужен был кто-то, кто прикроет задницу при отходе.

Я молчал, как и просил раньше Леха, сам же напарник стал сомневаться в надежности плана, докапываться до мелочей и вообще по моему мнению валял дурака. Впрочем, всё быстро раскрылось, Лосяш за помощь в столь непростом деле потребовал долю в пятьдесят процентов.

Мага взвился, заявив, что весь риск на нём и оставшегося ему банально не хватит на открытие своего зала. Вот тут Лёха ответил, что насчёт зала есть отдельные задумки и если тот согласится, то вложения в него будут общие, и наша доля тоже туда пойдёт, и своего сверху чутка подкинем. Вот же ж хитрожопая сука! У дага при мысле о собственном клубе аж глаза загорелись, попал мужик, с концами попал!

Но торг это не остановило – в ход пошли аргументы насчёт отправке денег старенькой маме, плюс у него две сестры, которые тоже на нём, неуверенности в том, что мы в итоге договоримся и Мага получит свой клуб и наконец, что половина это слишком дохера, план и идея его, морду бить будут тоже ему, а если Лосяш думает что это приятно – то он, Мага, готов разбить ему хлебало прямо сейчас и совершенно бесплатно. За нашу же помощь, он, так и быть готов отдать пять процентов. Леха же невозмутимо и скептически отвечал, что одному ему ни за что подобное не провернуть, других вариантов особо нет, тем более нас двое, а он один, и бабушек у нас тоже хватает, так что отдать сорок в такой ситуации это еще очень мало, а хлебало бить не он один умеет, пусть не так эффектно, но тоже эффективно.

Мага быстро написал что-то на салфетке вынутой из кармана ручкой и протянул её Лехе, заявив, что это ожидаемые десять процентов и мой напарник такую сумму и сроду не держал. В ответ Лосяш хмыкнул, ядовито выдал что ожидал вообще-то раза в два-три больше, а уж что он в руках держал, так того всякие разные и во сне не видели. Мага аж покраснел и потерял дар речи на такой ответ, и я было подумал что борца хватит удар. Торг на минуту прекратился, дагестанец пытался остыть, но при этом пыхтел как паровоз, а Леха прихлебывал чаек с таким выражением будто он тут вообще случайно зашёл и его тут ничего не касается.

Наконец Мага пришёл в себя, перестав отыгрывать перегретый чайник, обсуждение продолжилось и спустя где-то полчаса они ударили по рукам, сойдясь на четверти. Правда на счёт наличия секции классической греко-римской борьбы мой “братишка” оказался непреклонен и идти на уступки отказался категорически.

Более того, Лёха после короткого совещания со мной, на которое его пришлось вытаскивать за дверь, признал что идея именно борцовского клуба, а не классической качалки для взрослых гораздо лучше как в плане сотрудничества с дагом, так и в плане маскировке. Как по итогу заключил Лосяш, чем бы наш борец не тешился, лишь бы дело делал. В конце концов, прикрытием погоревшего Кузьмича был чисто взрослый клуб, заточенный на силовую подготовку, а наличие детской группы снизит внимание со стороны ментов и кого покруче.

***

С утра занялись подготовкой. Мага по своим каналам достал мне билет, на Лёху его брать не стали. Дорого, и, по большому счёту, бесполезно, в его задачу входила страховка с улицы и транспорт.

Первым делом мы с Лосяшем сбегали до клуба сделать ставку, играя роль конченных дебилов, но при нехилых бабках, невесть как таким распиздяем доставшимся. Спешка объяснялась просто – за сутки до всех боев приём ставок прекращался.

Дальше Леха пропал, решая вопрос с тачкой, я же сидел с борцом все в той же кафешке, и в компании чайника и пары хачапури-лодочек пытался запомнить схему клуба и план отхода после поединка. Вся эта хрень была коряво нацарапана на мятом тетрадном листке и пестрела пояснительными надписями. Ко всему добавлялось, что меня потряхивает, как перед "ночью мести", да и сам Мага был дерганым, как на иголках. Так же дагестанец отсыпал мне горсть таблеток-восстановилок, которые надо будет ему передать сразу после поединка. На сам спарринг приносить такое категорически воспрещалось. Зрители хотели видеть поединщиков расползающимися после ринга, а не гордо с него выпархивающими. Тем более существовал риск, что кто-то сможет закинуться ими до боя или в процессе, получив нехилый бонус.

– Слушай, а ты не боишься что твои работодатели заявятся сюда и спалят все к чертям? – задал я давно вертевшийся вопрос.

– Да не, не должно, заочкуют, – отмахнулся мой новоявленный брат. – одно дело меня сразу взять, тем более вроде как по понятиям, а другое напасть на семью – тут начнется война, а кому это надо. Так что тут я спокоен, если сразу уйдем, то дальше опасности не больше чем на ринге будет. Здесь тоже вроде как правило работает – раз смог унести, значит твоё.

– Ну лады если так, – очень надеюсь, что он знает о чем говорит.

На этом мы и закончили, я забрал листок и поплелся к Лосяшу, на ходу дожёвывая уже подостывшую лепёшку с сыром. Пора было расходиться, если не хочу тащиться до дома в темноте, да и получше запомнить план не мешало. Этим я и планировал заняться перед сном или вместо сна если совсем накроет и поспать не выйдет.

В квартире меня встретил ядреный запах краски, исходивший от Лехиной робы. Вот блять! В