Убежище Ксинори - Хамки

– Добрый вечер! – усмехнулся Макс. – Как ты?

Вместо ответа она вскочила на ноги, перепугано оглянулась по сторонам и, вцепившись себе в волосы, с силой рванула их в стороны. На её счастье, руки бедолаги ещё были ослаблены, и выдрала она у себя лишь по нескольку волос с каждой стороны.

– Так это был не сон! – похоже, физические раны не доставляли ей никакого дискомфорта, чего нельзя было сказать о душевных. – Какая же я жалкая! – где-то Макс уже определённо это слышал. Совпадали даже интонации.

Она рванулась к Максу, и уже через миг оказалась на земле у его ног, носом в траву.

– Я приму любую кару, о Глас Салангана! – взмолилась она. – Убей, но прости перед смертью!

– Дура! – не выдержав, заорал Макс. – Кончай этот цирк! Встать немедленно!

Он даже не заметил её движений, как вампиресса уже стояла перед ним по стойке смирно, вытянув руки вдоль туловища и подобострастно снизу вверх заглядывая в глаза – росту в ней было сантиметров сто шестьдесят от силы.

– Так, слушай меня, – пару раз глубоко вздохнув, чтобы успокоиться, начал Макс. – Я прощаю тебя. И не собираюсь ни убивать, ни наказывать. Давай по порядку. Как тебя зовут, как ты тут очутилась и почему ты меня цапнула?.. Нет, даже не так – ты можешь питаться чем-то кроме чужой крови?

Несколько секунд девушка беззвучно шевелила губами. Макс сперва подумал, что она просто собирается с мыслями, но вскоре догадался, что она говорит, но так тихо, что до его ушей не долетело ни звука.

– А теперь ещё раз и так, чтобы я услышал, – проворчал он.

– Меня зовут Маинаки, – пискнула девушка, сжавшись, словно опасаясь удара. – Я прошла в дыру в стене почти сразу, как она появилась. Я собирала фрукты по разнарядке от Хранительницы Горных Рощ и вдруг услышала, как что-то громыхнуло вдалеке. Мне стало интересно, и я… – она густо покраснела. – Я бросила работу и побежала смотреть, что там такое. Мне стало очень любопытно. Я сама не заметила, как миновала Запретную Линию и углубилась в лес. И там увидела стену, которая преграждала мне путь, но в ней была прореха. Я не удержалась и отправилась туда… Я вышла к той деревне, ощутила запах жителей и потеряла голову. Я поняла, что они… – она сделалась пунцовой. – Они вкуууусные, – протянула она, сглатывая слюни и шмыгая носом. – Я начала охоту, днём спала вдалеке от деревни, а ночью охотилась. Пока не наткнулась на тебя, Великий Глас Салангана…

– Просто Макс, – устало вздохнул он. – Поняла?

– Да… Макс…

– И что дальше?

– Я не узнала тебя, поэтому в лесу, когда ты почти догнал меня, я спряталась за деревом и сумела немного взобраться по нему, чтобы напасть на тебя… Вааааа! – с видимым трудом она подавила желание снова рухнуть на колени, помня приказ «стоять». Но снова разреветься ей это не помешало.

– Ближе к делу, – хмуро проворчал Макс. – Ты можешь питаться чем-то, кроме крови?

– Да, – кивнула она. – Раньше, до явления твоего, я питалась чем придётся, как и все остальные отшельницы, а когда твоими стараниями мы стали полноправными членами общества, я ела вместе с остальными работницами горных фруктовых плантаций. Иногда мне даже стали разрешать попить кровь рабочих вурлов. Немного, чтобы не навредить им, но всё же, я была очень благодарна…

– Ты слабее других умари, так? – уточнил на всякий случай Макс.

– Да, – понурив голову, сказала Маинаки. – По силе я не отличаюсь от зелирийцев. Зато я могу влиять на других! – вдруг просияла она.

– Влиять? – вскинул бровь Макс. – Это как?

– Если я выпью чью-то кровь, то какое-то время моя жертва будет слушаться меня! – объявила она и вдруг стушевалась. – Ну, если не умрёт сразу от потери крови, как было с той пушистой девушкой…

Интересная особенность, надо запомнить.

– Учту, – кивнул Макс. – А теперь нам надо выбираться. Я понятия не имею, где мы находимся. Ты, случайно, не запомнила дорогу, когда убегала от меня?

– Нет, – она снова рухнула на колени. – Прости мою недальновидность, Макс, я не знаю, в какой стороне деревня.

«Приплыли».

– Только это не хватало, – покачал головой Макс. – Мы наглухо заблудились.

Глава 19. А стоп-слово какое?

– Это моя вина! Я всё испортила! – снова заныла Маинаки. – Ты простил меня за покушение, но я снова подвела тебя! Накажи меня! Прошу, облегчи мою душу!

– Нам надо придумать, как выбираться отсюда… И куда выбираться тоже, а ты со своими глупостями! – вспылил Макс.

– Ты не понимаешь, – проскулила она. – Я уже дважды совершила непростительные для умари поступки, и я жить не смогу, если ты просто простишь меня! Это слишком великодушно для такого ничтожества, как я! Когда мы вернёмся в Теократию, – как я в глаза остальным смотреть буду, после всего что сделала, если не понесу наказания?

– Да что же с тобой делать, – закатил глаза Макс.

– Ударь, избей, убей, я приму любую кару!

Спорить дальше Максу было просто лень. Жестом он приказал Маинаки подняться. Та подчинилась.

– Что ж, хотела наказания? Как скажешь! – Макс размахнулся и со всей силы влепил ей по попе ладошкой. Звонкий шлепок разлетелся на весь лес и наверняка распугал бы окрестных птиц, если бы они тут были.

– Ммммыыы… – зубы девушки сжались, из округлившихся глаз брызнули слёзы. Максу даже стало неуютно. На миг он отвёл глаза, а когда снова посмотрел на лицо умари, с трудом удержал собственную челюсть на месте – её лицо расплылось в блаженной улыбке, глаза закатились, рот открылся, а язык вывалился наружу. – О, да… Великий Глас! Я с радостью принимаю твою кару! Дай волю своему гневу! Накажи недостойную глупую девку!

«Мазохистка чёртова!!!» – про себя прорычал Макс.

– Хватит с тебя, – проворчал он. – И так того и гляди кончишь от «боли и страданий».

Маинаки пропустила его фразу мимо ушей, видимо была ещё под кайфом от душевного поджопника.

– Итак, – отойдя на шаг в сторону от сладострастно постанывающей наказанной, Макс вслух начал продумывать варианты действий. – Нам нужно выбраться из леса. Неважно куда, главное найти воду и еду. Пусть в деревню, пусть куда-то ещё, но время у нас ограничено.

– Вон там кто-то есть, – уже придя в себя, сказала Маинаки, махнув рукой куда-то в сторону.

– Что? Где? – оторопел Макс.

– Вон там, – снова махнула рукой девушка. – Метрах в шестиста от нас. Я чую ток крови в том направлении. Три