Новый герой - Дмитрий Шебалин

раз убедился, что доноры вроде нас — лишь расходный материал. И то, как с нами поступить, обсуждается лишь через призму нашей полезности. Чтобы выжить, лучше бы эту полезность сохранять подольше. А ещё, полагаться не только на их защиту, но и на собственные силы.

Мы вновь тронулись в путь, но на этот раз темп был не таким интенсивным. К тому же, тоннель, словно издеваясь над нами, начал извиваться подобно змее. Так что минут через десять мы шагали практически по колено в воде. Это снизило скорость уставших претендентов до минимума, а половина из них еле переставляла ноги. Это был лишь вопрос времени, когда на нас нападут снова.

Врагов мы сначала услышали, и лишь затем увидели. Будь, наверное, ещё поглубже, и те вообще смогли бы подкрасться незаметными. Но то ли им не хватило терпения, то ли так хотели нас задержать, что всё-таки решились на очередную атаку.

— Идут, — отрапортовал тот из героев, что шёл замыкающим. Хотя, наверное, правильнее было бы сказать плывут. Или вообще ползут. Да чёрт его знает, какое описание лучше подойдёт этому кривлянию на мелкой для них воде. Однако, даже так они нас точно догоняли.

— Лихач, останься на всякий случай в авангарде и продолжай двигаться вперёд, — скомандовал Чеслав. Сам же он с остальными героями приготовился отбивать нападение с тыла.

— За мной! — рявкнул мужик, своим бодрым продвижением подавая нам пример.

И мы шли, стиснув зубы, и во что бы то ни стало старались не отставать.

В те секунды, когда за нашими спинами становилось особенно громко, я всё-таки позволял себе бросить короткий взгляд назад. Просто, чтобы убедиться, что шеренга героев всё ещё отделяет нас от этой толпы кровожадных монстров.

А тех становилось всё больше, и они всё увереннее бросались в бой. Но всё так же погибали под молниеносными ударами топоров и копий. А вот сам Чеслав по-прежнему не атаковал. Стоял безоружный за спинами товарищей. Но при этом внимательно следил за происходящим и отдавал приказы.

То, чего я опасался, произошло сразу после окончания этого боя. Нагнавшие нас герои начали забирать очки у претендентов. И первым выбор пал на самых слабых из нас: хрупкая девушка с кудрявыми рыжими локонами, а затем и тучный мужик, дышащий так тяжело, что я опасался, как бы его не хватил инфаркт. Примерно через два десятка метров после этого они оба сдались. Толстяк просто без сил опустился на колени, а девушка застыла на месте, обхватив лицо руками и тихо всхлипывая. Тим было попытался ухватить её за руку, но один из героев оттолкнул его обратно в строй.

— Не останавливаться! Иначе все здесь подохнем!

Мы продолжили продвижение, и на этот раз я не обернулся, даже когда услышал, как болезненно вскрикнул прекративший сопротивление мужчина и как в ужасе завизжала рыжеволосая девушка. Её звонкий крик оборвался внезапно, а липкий страх вновь начал заползать под кожу.

— Быстрее, мать вашу! — подгонял Чеслав. — Осталось немного.

На душе было гадостно, но усталость и желание выжить временно притупляли чувство стыда и собственной никчёмности. Однако я знал, что они ещё вернуться. Если, конечно, я и на этот раз выживу.

Тоннель и вправду закончился, но до этого он забрал ещё немало жизней. К тому моменту, как мы увидели выход, претендентов осталось всего трое. Последним из павших был тот самый лысый и усатый, который в конце концов решил попытать удачу в пути, а не оставаться на точке сбора. И ведь умер глупо. Додумался поднять со дна один из метательных дротиков, которыми в нас иногда швырялись тритоны. Вот только схватился не за тот конец и оцарапал руку. Оружием он завладел, но оно оказалось отравленным. Уже через минуту его рука разбухла, лицо покрылось потом, а сам он еле плёлся за нами. Ровно до тех пор, пока хрипя не повалился в воду.

Уж не знаю почему, но на героев яд действовал иначе. Уже четверо из них получили различного рода ранения, но никто пока на тот свет отправляться не торопился. Что это? Какое-то сопротивление или преимущество статуса? Не знаю. Зато мне было однозначно понятно, что ни при каких обстоятельствах нельзя допустить, чтобы меня ранили этими чёртовыми костями из рыб переростков!

«…Количество претендентов — 3/12. Количество героев — 6/6…»

Рядом по-прежнему был Тим, а впереди, прямиком за Лихачом уверенно держалась женщина с выдающимся по меркам претендентов потенциалом. Теперь, когда вся её одежда промокла и плотно прилегала к телу, стало понятно, что несмотря на первое впечатление, она самая стойкая из нас. Стройная и в то же время атлетичная фигура говорила о спортивном прошлом. А ровное и спокойное дыхание о том, что свои тренировки она ещё не забросила.

Тим же, напротив, держался из последних сил. Он уже расстался со своими очками и для героев ценности не представлял. Разве что те захотят забрать последнее. А вот я ещё запрос не получал. Но и мой черёд не за горами.

Покинув узкий и мрачный тоннель пещеры, мы наконец выбрались на открытое пространство. Я огляделся по сторонам, и первым предположением стало, что мы все очутились посреди метеоритного кратера, окружённого невысоким скальным барьером. А над нами было небо. Самое настоящее, ночное и звёздное. С огромной луной, наползающей из-за горизонта на небосвод. А может быть это даже была планета, с плотной атмосферой, ведь на её круглом и светло-розовом диске будто бы застыли гигантские спиральные вихри. Точно такие же, как были изображены на той самой круглой двери, с которой мы столько промучились. Так вот что она, оказывается, символизировала. Выход на поверхность?

— Прилив продолжится! — крикнул я Чеславу, отведя наконец свой взгляд от небесного объекта. — И будет только интенсивнее!

Тот кивнул, принимая информацию к сведению, и повёл свою группу дальше. Кажется, теперь он чётко видел цель.

Прямо посреди кратера на каменном возвышении стоял храм. Необычные волнистые линии его стен изгибались подобно сплетённым в клубок змеям. Часть из них отражала розоватый свет ночного светила, другая же оставалась тёмной, отчего строение выглядело ещё более загадочно. Не зная его точных размеров, сложно было определить, сколько нам до него ещё было топать. Метров триста, а может и пятьсот. Пройдя примерно треть от этого расстояния, я ещё раз оглядел кратер, и не сдержал крепкого русского ругательства.

— Что у тебя? — спросил Чеслав.

— Да ты сам посмотри. Наш тоннель явно не единственный.

На некотором отдалении от того выхода, из которого мы только что сами вылезли на свет,