"Фантастика 2026-51". Книги 1-19 - Екатерина Боровикова

думая о последствиях, Сычкова рывком открыла гнилую дверь. Перед ней развернулась страшная картина — у сарая без движения лежал Максим Андреевич, а в паре метров от него барахтался Вячеслав, прижатый к земле той, что являлась к девушке и во сне, и наяву.

Марина, не издав ни звука, подлетела к упырихе, прыгнула ей на спину и вцепилась в волосы. Крокодиловна зашипела и попыталась спихнуть помеху, но Марина не сдавалась. Славка воспользовался этим и двинул кулаком твари в нос. Крокодиловна не ожидала такого поворота и на долю секунды замешкалась. Этого оказалось достаточно, чтобы парень смог спихнуть её с себя и откатиться.

Теперь вокруг построек носились трое, как яркая иллюстрация к поговорке про погоню за двумя зайцами. Но, видимо, зелье успело испариться, потому что Крокодиловна стала двигаться быстрей, в отличие от ребят, которые уже смертельно устали. Когда упырихе удалось подпрыгнуть и взлететь на несколько метров, раздался нечеловеческий торжествующий рёв. Марина от неожиданности споткнулась и растянулась рядом со слабо шевелящимся учителем.

— Маня! Берегись! — Коваль, забыв о себе, понёсся наперерез чудовищу, уже видя, что не успевает.

Она схватила девчонку за воротник телогрейки, подняла, как котёнка, и тряхнула. Марина завизжала и задрыгала ногами, пытаясь попасть по упырихе. А та резко повернула голову, глянула красными глазищами на Славу, и его словно огромным тараном отшвырнуло назад. Парень сознание не потерял, только возмущённо охнули рёбра при падении, да тело на несколько секунд забыло, что нужно дышать.

Неизвестно, каким был бы итог всего этого, но в тот самый момент, когда Крокодиловна отвлеклась на школьника, Макс, который пару секунд назад пришёл в себя и не сразу вспомнил, где находится, извернулся и ударил нежить осиновым колом. Туда, куда смог достать — прямо над голенищем сапога, под колено.

Колышек вошёл совсем неглубоко, сантиметра на два, но упыриха беззвучно рухнула. Осиновый кол чуть не выпал из раны, но Максим вовремя перехватил орудие и вогнал его глубже.

Деревяшка в плоть входить не желала, Бондаренко встал на колени и двумя руками стал вкручивать кол в тело вампира. Что-то хрустнуло, и орудие резко прошило ногу насквозь. Крови не было. На острие лишь поблёскивала какая-то мерзкая бурая слизь.

Марина села на пожухлую траву и истерически захохотала. К ней, шатаясь, подошёл Коваль, наклонился и со всей дури залепил пощёчину.

Девчонка ахнула, схватилась за щёку и ошарашено уставилась на Славу. В глазах появился проблеск разума.

— Максим Андреич, круто, что вы живы! Как вы её, а? — Славка со злостью пнул неподвижно лежащую тварь.

— Слава, не надо. Ни к чему нужное насилие. Она сейчас, по идее, всё видит и всё слышит. Просто парализована. Ну, мне так кажется.

Бондаренко со стоном поднялся. Голова нещадно болела, каждый вдох отдавался резкой болью.

«Ребро сломал, наверное». Вслух же учитель сказал совсем другое:

— Несите, ребята, верёвку. Мы так нашумели — как бы соседи милицию не вызвали. Будем действовать по плану.

Глава 15

Глаза больше не светились красным — только где-то в глубине зрачков остались алые сполохи. Нежить была мягкой, податливой, безумно холодной. Связали неумело, но крепко. Сычкова дрожащими руками обыскала пленницу, нашла в карманах билет на самолёт до Москвы, документы на имя какой-то двадцатипятилетней Ирины Корбут и странное кольцо густо-фиолетового цвета.

Перстень был таким горячим, что Марина не удержала его в руке и уронила в траву.

— Не надо никаких цацок здесь оставлять. Ещё найдёт кто-нибудь. — С этими словами Слава поднял украшение и сунул в карман.

— Тебе не горячо? — Сычкова удивлённо посмотрела на кузена.

Тот пожал плечами.

— Нет, кольцо как кольцо. Холодное.

— Как думаешь, почему оно светится?

— В смысле? — Слава достал перстень и стал вертеть его перед глазами.

— Да ты же сам видишь — как будто сердце бьётся.

Парень пожал плечами и опять спрятал колечко.

— Какое сердце, не трынди. Обычная бесцветная стекляшка.

— Ребята, хватит. Помогите лучше. — Максим, пыхтя, тащил парализованное тело.

Марина открыла калитку и выглянула. Людей на улице не было, вот только в доме напротив грохотала музыка и горел свет.

— Осторожно, Вакулины опять гудят.

— Так это хорошо, значит, никто из соседей наши крики не слышал! — Слава дёрнул дверцу багажника. Та с лёгким щелчком поддалась. Задумчиво глядя на чемоданы и дорожные сумки, парень добавил: — Девушка собиралась валить.

— Так, перетаскивай всё в салон. — Макс опустил упыриху на землю, облокотился на капот и попытался отдышаться, не обращая внимания на боли в груди. — Вячеслав, помоги.

— Да без вопросов, Андреич! — Коваль легко подхватил нежить и безо всяких сантиментов, грубо, словно мешок с картошкой, запихнул в багажник.

— Садитесь. — Учитель сел на водительское сиденье и завёл мотор. До осиновой рощи по полям ехать было всего ничего.

* * *

На берегу реки ветер совсем распоясался — раскачивал деревья, гнал по чёрной воде волны. В небе вновь появились тучи.

Машина мягко прошуршала шинами и остановилась рядом с рощей. Слава выскочил из салона и в первую очередь проверил пленницу. Та лежала всё так же неподвижно, тараща глаза.

— Слава, держи. Будешь чертить. — Бондаренко протянул обычный кухонный нож и схему, нарисованную на листочке в клеточку.

Схему нашла Марина. Ольга Васильевна, воодушевлённая «интересом» школьницы к мифологии родного края, прислала ей ещё кое-какие наработки. Девочка просмотрела письмо по диагонали — ей совершенно не хотелось забивать голову всякими сверхъестественными тварями, учитывая, что все они могли оказаться существующими на самом деле.

Но вот рисунок, подписанный как «Полесский защитный круг», привлёк внимание. В скобочках объяснялось, что предки использовали его для защиты от всякого лиха. Если нечисть оказывалась в круге, то она не могла выйти. Если внутри круга находился человек, то, соответственно, тварь не могла в него зайти.

Марине очень хотелось пообщаться с Инессой Геннадьевной. Но только тогда, когда и она, и друзья будут в безопасности. А как это устроить, если нужно убрать осиновый кол? С парализованной особо не поговоришь. «Полесская защита» — хороший выход.

Бондаренко поначалу был категорически против такого риска. Но девушка оказалась настойчива — она объяснила, что не сможет спокойно жить, не узнав, почему такое произошло именно с ней. К психологу с подобной проблемой не пойдёшь — так и у психиатра можно оказаться, а вот выяснить у виновницы как, зачем и почему — стоит. После фразы «психологическая травма на всю жизнь» преподаватель сдался.

Нашли хорошее место — четыре молодые осинки росли совсем недалеко друг от друга, между ними располагалась достаточно ровная площадка. Трава здесь