Секретарь Его Темнейшества - Лия Керн

Рядом с носилками, беспомощно ломая костяные пальцы, метался Гектор. Его обычная невозмутимость куда-то испарилась, он издавал тихие, скрипучие звуки, похожие на шепот испуганного сверчка. А у стены, закрыв лицо фартуком, громко и безутешно рыдала Марта.

«Он мертв», — пронеслось у меня в голове ледяной иглой. Но нет, один из стражников приложил ухо к его груди и кивком дал понять остальным — жив.

— Где она? Где знахарка? — проскрипел Гектор, обращаясь к самому крупному из стражников. — Нужно в деревню, сейчас же! Только она может ему помочь!

Стражник мрачно покачал головой:

— Мы не можем оставить лорда. Наша магия поддерживает его жизнь.

Я не думала. Какое-то чувство, более сильное, чем страх, заставило меня сделать шаг вперед. Мой голос прозвучал громко и четко, нарушая сумбурный шепот:

— Я схожу.

Все взгляды устремились на меня. Гектор замер, Марта всхлипнула и притихла.

— Я быстрая, — добавила я, чувствуя, как дрожь подкатывает к коленям, но не давая ей взять верх. — И я… я не понадоблюсь здесь. Я приведу ее. Только скажите, где искать, а вы пока приготовьте комнату.

Старший стражник смерил меня с ног до головы сомнительным взглядом.

— Тут относительно недалеко и безопасно. Но нужно поспешить, нашей энергии не хватит надолго. В этот раз его серьезно подрали.

— В этот? — резко уточнила я, кивнув в сторону носилок. Вид его окровавленного, безжизненного тела придал мне странной, холодной решимости. — А были и прошлые?

— Конечно, он же Темный Лорд его задача защищать земли от нечисти. А наша задача не дать ему умереть до прихода целительницы.

— Куда мне идти?

Гектор, на удивление, не стал спорить. Он кивнул, и в его скрипучем голосе впервые прозвучала нечто похожее на уважение.

— По главной дороге до ручья, за ним будет деревня. Спроси целительницу. Ее зовут Раида. Все знают ее дом.

Я не запомнила, как выбежала из замка и понеслась по проселочной дороге в сторону деревни. Надо было хоть лошадь взять. Я не очень хорошая наездница, но и бегунья, надо признаться, не очень. Холодный вечерний воздух обжигал легкие. Я не думала о том, что может подстерегать меня в ночи. Я думала только о бледном лице Ивара и о том, что должна успеть. Внутри все сжалось в тугой, болезненный комок тревоги. Оказывается, мне было не все равно.

Глава 43

Я вылетела за ворота замка, и холод ночного воздуха ударил мне в лицо. На улице было промозгло, сыро и уже, по-осеннему прохладно.

В руке у меня вспыхнул шар магического света — подрагивающий, неровный, как мое собственное дыхание. Он отбрасывал на дорогу прыгающие тени, которых с каждой минутой становилось все больше.

Я свернула к лесу, нашла старый вяз с дуплом, черным зевом, зияющим в темноте, и вышла на узкую, лесную тропу. Сначала она была четкой, но вскоре начала раздваиваться, потом расходиться на три направления, теряться в зарослях папоротника. Мой магический светильник выхватывал из мрака лишь корявые корни да колючие ветки, хлеставшие меня по лицу и рукам. Ходить тут ночью в одиночестве было идиотской затеей, особенно, если никогда раньше не бывала в этих краях.

Я остановилась, пытаясь перевести дух. Сердце колотилось где-то в горле. Кругом стояла абсолютная, глухая тишина, нарушаемая лишь треском сучков под моими ногами. Я огляделась. Все деревья выглядели одинаково. Тропинки, казалось, смыкались за моей спиной. Звезд из-за густого полога крон почти не было видно.

«Не может быть, чтобы я…» — но да, я заблудилась. Холодный ужас, куда более пронзительный, чем страх перед темнотой, пополз по спине. Я потратила драгоценное время, а теперь бегала по кругу, как мышь в лабиринте. Где ручей? Где деревня? Я прислушалась, но вместо журчания воды доносился лишь шелест листьев, похожий на злобный шепот. Время утекало сквозь пальцы, а с ним, возможно, и жизнь Темного Лорда. От этой мысли в горле встал ком.

Внезапно где-то впереди, прямо на тропинке, вспыхнули два огонька. Желтые, немигающие. Они висели в темноте на высоте моего роста.

И это было плохо. Очень, очень плохо. Хуже, чем остаться ночью в лесу одной, остаться ночью в лесу с невиданной хтонью.

Я замерла, инстинктивно пригнувшись. Два огонька приблизились, и я поняла — это два глаза. Я не видела очертаний, лишь смутную, черную громаду и эти два горящих круглых пятна, устремленных на меня.

Воздух вдруг стал густым и тяжелым. Пахло мокрой шерстью, сырой землей и чем-то древним, хищным. Оно не рычало. Оно просто стояло и дышало — низко, глубоко, с присвистом, от которого кровь стыла в жилах. Это было не просто животное. Это было нечто из тех самых легенд, что нашептывал лес за стенами замка.

Я отступила на шаг, потом еще на один. Мысль о том, чтобы обойти это существо, показалась смехотворной. Лес вокруг был непроходимым, а монстр стоял слишком близко. Желудок свело от страха

Я приготовилась к худшему, но глаза мигнули и переместились ниже, уменьшаясь в размерах. Мне навстречу из-под папоротника плавно вышел… кот. Большой, пушистый, с шерстью цвета ночи и белоснежными «тапочками» на лапах. Он уселся прямо посреди тропы, обвил лапы хвостом и уставился на меня с невозмутимым видом судьи.

— Да что ты такое! — воскликнула я, чувствуя, как сбивается дыхание.

Глава 44

Я стояла, все еще дрожа от выброса адреналина и недавнего ужаса, и смотрела на пушистое существо, которое только что едва не заставило мое сердце остановиться. На мой взволнованный вопрос кот, конечно же, не ответил.

Вместо этого зверь приблизился и принялся тереться о мои ноги, оставляя на темной ткани следы шерсти. Его мурлыканье, низкое и успокаивающее, разлилось по ночной тишине, заглушая тревожный стук моего сердца.

Затем кот отстранился, сел снова и поднял свою мордочку, чтобы посмотреть на меня. Его янтарные глаза в свете моего магического шара казались бездонными, полными какого-то древнего знания. Он смотрел мне прямо в душу, и в тот момент я вдруг с абсолютной ясностью поняла: он не просто случайно оказался на моем пути. Он зовет меня. Он хочет, чтобы я последовала за ним.

— Хорошо, — прошептала я, все еще не веря собственным инстинктам. — Ладно. Веди. Я все равно заблудилась.

Кот развернулся и побежал по тропе, которую я буквально за секунду до этого не могла разглядеть. И лес… неуловимо начал меняться. Деревья словно расступались перед ним, их ветви не хлестали меня по лицу, а мягко отодвигались. Под