Пробуждённая или моя инопланетная любовь - Екатерина Ровская

class="p1">Чужие! Они мне абсолютно чужие! Чужие, опасные мужики, наделённые властью, для которых я желанный трофей! Их женой и матерью их сына была не я! Не я делила с ними постель и срывала голос от их искусных, беспощадных ласк! Мы друг другу никто! У них свои гаремы, а я их никогда и не была! А у меня есть те, кто мне по настоящему дорог…

Но разум проигрывал…

Даже зарождающиеся чувства были беспомощны перед мощью этой необъяснимой для меня связи!

Сердце заполошно металось в груди словно ему катастрофически не хватало там места. Дыхание сбилось. Мысли путались. А я стояла и смотрела на них, не в силах не то что пошевелиться, даже просто отвести взгляд. Не в силах избавиться от этого немыслимого, беспощадного притяжения.

От наваждения чужой связи…

А может и не только в связи было дело? Никто и никогда ни в прошлой, ни в этой жизни не смотрел на меня так, как эти двое. Две пары серебристых глаз напротив горели лишь для меня — невероятным по силе облегчением, радостью обретения, лютым мужским голодом в опасном коктейле с чем-то похожим, на пробивающуюся из под прочной брони огрубевшей и закалённой мужской души нежность.

Чтобы я там себе не надумала, на что бы ни рассчитывала — они, несмотря на все свои гаремы, на прожитые врозь четыреста лет, не забыли, не охладели, не… разлюбили?

Эти неуместные реакции, эти мысли и эмоции были для меня губительны так же, как и связь…

Приди в себя, Кира! Ну же!

Удивительно и невероятно, но помощь пришла оттуда, откуда я и не ждала — мне невольно помогли сами ксантарианцы! Сначала они, как и я, похоже, поддались эмоциям, которые мелькали на их лицах, в их глазах, стремительно сменяя друг друга, круша подчистую их безэмоциональные маски. А затем… сперва один, а а затем и другой скользнули сначала рассеянным, а затем уже более осмысленным взглядом по мне сверху вниз и обратно. Нахмурились, замерли. Я отчётливо видела их сначала растерянность и неверие, а затем и самый настоящий шок. Узнали связью, быть может сердцем, но глаза преподнесли тот ещё сюрприз. Невероятно долгое ожидание не совпадало с реальностью от слова "совсем", картинка в голове не складывалась.

Они искали свою жену, а нашли… меня…

Я резко выдохнула, возвращая себе контроль как над потрепанными чувствами, так и над не менее потрепанным телом. А в следующее мгновение, поддавшись неясному мне самой импульсу, усмехнулась глядя им в глаза. Дерзко, едко, цинично, с вызовом... Сделала то, на что никогда не решилась бы их настоящая супруга!

Даже под угрозой расстрела я бы не смогла сказать, что шокировало ксантарийскую правящую двойку в тот, запомнившийся и им и мне на всю долгую жизнь, момент встречи сильнее — мой крылато-хвостато-потрепанный внешний вид или та самая с сумасшедшинкой улыбка!

Главнокомандующий мотнул головой, словно сбрасывая наваждение, к которому попал в плен, и, глядя на меня дернулся вперёд. Рука верховного карателя, смотрящего на меня странно напряжённым взглядом резко сжалась на его плече, удерживая на месте.

И лишь в тот момент я поняла, что так и держу в руках бластер, чье дело прижато к моему виску. Моя улыбка стала ещё более безумной, указательный палец сильнее вжался в курок.

Ксантарианцы замерли каменными изваяниями. И я окончательно уверилась в том, что нужна им живая и желательно здоровая. Не знаю, что у них там в ксантарийской империи снова творится, но убивать меня и моих парней шли далеко не по их приказу.

— Помоги им… — прошептала я напряжённо замершему рядом со мной киборгу, указывая на раненых Кая и Брейдана, пытающихся осторожно пробраться к нам, не привлекая внимания сражающихся и при этом не попасть под случайную раздачу. — Черт возьми! Без них я не полечу!

Я не знала как ещё уговорить эту железяку помочь! Сейчас ксантарианцы рванут сюда, решив что я всего лишь блефую и игры закончатся!

— Я помогу! Оставайся под щитом!

Из-за наших спин вынырнул Кэлл, о котором я уже в который раз за сегодня напрочь забыла, и, мастерски маневрируя и уклоняясь от шальных зарядов, рванул к парням на подмогу. Я проводила его напряжённым, но благодарным взглядом. Не выпуская из рук пушки, с которой уже похоже успел сродниться, он перекинул через плечо руку находящегося в полубессознательном состоянии Брейдана, судя по виду потерявшего слишком много крови, и они с бледным почти до синевы, прихрамывающим Каем рванули к кораблю. Я даже затаила дыхание, молясь про себя чтобы успели, чтобы смогли.

Мое напряжение, мои переживания не остались незамеченными. А возможно и испытываемые мною эмоции. Взгляды, которыми наградили приближающихся ко мне ребят ксантарианцы, были холодными, цепкими, напряжёнными. Они не сулили им ничего хорошего.

Но наши попытки скрыться заметили не только мои уже экс-мужья. Но и те, кто изначально явился сюда с целью нас прикончить. По нам открыли стрельбу…

Глава 13

Замирая от ужаса, прикрытая всё ещё функционирующим щитом, подвергающимся множественным атакам с разных сторон, почти оглохшая от ответной пальбы, которую устроил замерший рядом киборг, я смотрела как заряды вражеских бластеров одного за другим настигают моих ребят.

Вздрогнула всем телом когда пошатнулся и с трудом удержал равновесие снова раненый в многострадальную ногу Кай...

Нервно выдохнула, когда повисла плетью рука Кэлла, которому попали в плечо...

Чуть не осела прямо на пол когда ребята, споткнувшись о лежащее под ногами тело, чудом избежали заряда, который должен был попасть прямо в спину повисшего на руках товарищей Брейдана…

Господи Боже! Ты так далеко и в богов здесь не верят, да и я всю сознательную жизнь была больше заблудшей овцой, чем истово верующей, но, пожалуйста, услышь! Говорят Бог в душе каждого и он слышит. Всех и всегда. Пусть смогут, пусть спасутся… пусть только выживут!

Не знаю действительно ли я была услышана, или парни и сами не оплошали. Но они смогли! Они сделали это!

Несколько последних метров и едва перебирающая ногами тройка поравнялась с нами, оказываясь наконец под прикрытием щита, беспрестанно вспыхивающего под множественными прямыми попаданиями!

Хотелось броситься на шею каждому из ребят, обнять, расцеловать измученные, чумазые лица, расплакаться от облегчения. Хотелось, но было нельзя. Не время и не место, да и так нервных ксантарианцев злить ещё больше не стоило.

Поэтому я не дала парням даже остановиться. Лишь на короткое мгновение позволила себе взглянуть в глаза оборотням чтобы встретить ободряющую, из последних