Будь слизеринцем, Снейп! - Лансаротта

отца-магла и всплывало (как-то Жак поинтересовался, не было ли у Северуса в роду зельеваров), то все воспринимали это нормально, обычно. Ещё один признак того, что дома, в Англии, всё дошло до критической отметки. Хотя… наверное, нужно учиться не называть Англию домом. Возвращаться туда Северус не собирался.

Десятого сентября он, то и дело замирая от волнения, вместе с другими студентами стоял перед главным входом Академии на церемонии в честь начала учебного года. Площадь, бывшая, если сравнить, примерно как Большой зал Хогвартса, была полна, и взгляды всех присутствовавших прикипели к главе Академии, магистру зельеварения и главе Международной гильдии зельеваров Родриго Борджиа-Медичи. Даже на расстоянии нескольких десятков ярдов этот маг, возвышавшийся над остальными волшебниками и ведьмами минимум на полголовы, фонил такой силой, что тому же Дамблдору, Великому чародею, было до него далеко. Выглядел сеньор Борджиа-Медичи максимум лет на сорок (хотя не очень давно отпраздновал первое столетие), выглядел как аристократ королевского происхождения и короткой, пламенной речью сумел так зарядить энергией и воодушевить, что все первокурсники, вообще все студенты готовы были и горы свернуть, и с демоном справиться. Неудивительно. В Академии учились лишь те, кто искренне хотел связать свою жизнь с зельеварением, исследовать и изобретать новые снадобья. Тут не было тупых пустышек, которые просто отбывали повинность на уроках, а вот в Хогвартсе их как раз было большинство. Какое счастье, что Северус больше не в Англии!

Церемония начала учебного года, вызывавшая восторг и трепет от обилия важных гостей и торжественности момента, закончилась до обидного быстро. После вступительной речи магистра последовала символическая клятва первокурсников. Что-то вроде клятвы Гиппократа магловских докторов и тоже без капли магии — Северус бы непременно почувствовал, если бы слова попытались влиять на его колдовскую силу. Поначалу ему это показалось странным, ведь итальянцы настороженно относились к идее сближения с маглами. Потом Северус вспомнил инквизицию, гонения на волшебников, и всё встало на свои места. Похоже, местные маги до сих пор старались лишний раз не демонстрировать то, что они маги.

Впрочем, даже обычные слова не применять полученных знаний во вред, а в меру сил и способностей развивать зельеварческую науку имели поистине чарующую силу, достаточную, чтобы Северус понял — он никогда не нарушит данного обещания. Даже если предложат всё золото мира, даже если от этого будет зависеть его собственная жизнь, — никогда. Воистину невероятна власть Академии, этого места, сеньора магистра, который одобрительно, с улыбкой, кивал каждому слову первокурсников. Северус, как и многие его однокашники, смотрел на именитого зельевара взглядом, полным тоски. Глупо, конечно, надеяться, что у такого занятого мага окажется чуть больше времени, чтобы пообщаться с новыми студентами, но как же хотелось! Ведь это действительно волшебник с большой буквы, излучавший достоинство и мудрость, он столько мог рассказать, столькому научить!.. Когда он, откланявшись, покинул сцену и аппарировал, над площадью прошелестел многоголосый печальный вздох. Каждому хотелось переброситься парой слов с магистром, ведь, увы, это всё, на что можно было рассчитывать. Борджиа-Медичи уже лет двадцать как не брал учеников и не из-за большой своей занятости, а потому что не находил достойных.

В отличие от Хогвартса, где студенты в первый день не учились, а пировали до отвала, в Академии после церемонии сразу же начались занятия. Компания Северуса, включавшая Диего, Жака, Чезаре и других парней, с которыми они познакомились летом, старалась держаться вместе. Так было проще всего выжить, хотя бы в первое время — конкуренцию (здоровую конкуренцию, а не то, что творилось в Хогвартсе) в Академии никто не запрещал. Северус ещё и постоянно оглядывался, опасаясь увидеть кого-нибудь из бывших соотечественников, однако никого не обнаружил. Было несколько человек, кто поступил на облегчённый курс «для англичан», но они были откуда-то с африканского континента, имели обусловленную природой другую направленность магии и стандартную программу просто бы не потянули. Странно, что никого из англичан не нашлось. Уж не запретил ли покидать страну дорвавшийся до власти Риддл? Он мог это сделать да ещё и потребовать у всех уехавших вернуться. Нет, Северуса как раз устраивало отсутствие британских магов и то, что никто не мог донести в Англию, где находится Северус Снейп. Его положение, на самом деле, несмотря на поступление в Академию всё ещё было шатким. До совершеннолетия оставалось меньше полугода, но всё равно прилично, а законного опекуна Северус не имел. Так что он из соображений осторожности всё-таки постоянно держался настороже. Друзья, что не могло не радовать, молчали и не интересовались причиной такого его странного поведения, мол, захочет, сам расскажет. Да и вряд ли они ни о чём не догадывались. Самый младший из них, двадцатилетний Чезаре, был старше Северуса на четыре года, а Северусу — только шестнадцать, и он оказался один в чужой стране, из-за чего совершенно не расстраивался. Тут поневоле напрашивались выводы.

Академия же… О, Академия! До сентября Северус бывал только в самых простых лабораториях и общежитии, теперь же перед ним и его друзьями открыли свои двери громадные светлые и современные аудитории, похожие на маленькие амфитеатры, исследовательские классы, лаборатории повышенного уровня опасности и многие другие помещения. Да Хогвартс и рядом не стоял! Мрачный, сырой, полутемный и затхлый, с допотопным оборудованием и полным отсутствием защиты как для преподавателя-зельевара, так и для учеников. Академия была полной его противоположностью. Какая у неё библиотека! А какие хранилища ингредиентов! Возле последних Северус готов был поселиться, потому что в распоряжении студентов наличествовали такие редкости, которых он и не надеялся увидеть когда-нибудь своими глазами. Шерсть черного единорога, коконы магического шелкопряда, чешуя австралийской красной мамбы, восемь сортов зачарованной китайской розы!.. И это только то, что совершенно шокированный Северус успел запомнить.

— Ну всё, потеряли мы тебя, Север! — хмыкнул Жак, когда Северус первый раз подошёл к одному из стеклянных шкафов-хранилищ и восторженно замер. — Неужели у островитян так плохо с ингредиентами?

— Гораздо хуже, чем ты думаешь, — Северус с трудом оторвался от созерцания диковинок. Сердце прыгало в груди, настаивая, что он просто обязан стать лучшим учеником и получить право сварить какое-нибудь зелье из этих потрясающих вещей. — Половина того, что для вас норма, в Англии под запретом. А вторую половину тоже вскоре запретят, — он замолчал, задумавшись. Всё-таки в Англии у власти сейчас Риддл, а он был категорически против выхолащивания знаний в угоду трусливым министерским чиновникам и маглорождённым. — Или не запретят уже, я не знаю.

— Ого, — присвистнул Диего, — слышал я, что у вас там много чего запрещают, но чтоб так… Чем же ваше Министерство