Служба имперской безопасности - Эдуард Тен

всяких сомнений им помогли осуществить операцию. — Гессен помолчал. — К сожалению, установить, кто именно помогал им и финансировал операцию, пока не удалось. Явных следов, ведущих к заказчикам, нет. Всё указывает на профессионалов.

— А версия о внешнем заказчике? — подал голос Леднёв.

— Она не снимается, — ответил Гессен. — Напротив, косвенные улики говорят о том, что без поддержки извне такой теракт был бы невозможен. Слишком хорошо продуманы маршруты отхода, слишком чисто заметены следы. У нас есть подозрения, что нити ведут за границу, но доказательств пока недостаточно.

Я задумался.

— Что ж, Герман Иванович, продолжайте работу в этом направлении. Лев Юрьевич, ваше слово.

— Ваше сиятельство, — начал Лукьянов, — мы пересмотрели и отработали всех иностранцев, прибывших в пределы империи за последние пять месяцев, перетряхнули имеющийся контингент. Результаты нашей работы таковы: за данный период прибыло двести восемьдесят четыре человека из двенадцати стран.

Лукьянов кратко перечислил всех иностранцев, разделив их по странам: немцы, французы, австрийцы, итальянцы, турки, шведы, датчане, поляки, испанцы, голландцы, бельгийцы, англичане и прочие, выдавая подробную информацию о каждом значимом человеке.

— Лев Юрьевич, — прервал я Лукьянова, — из всех перечисленных вами можно смело отбросить в сторону всех, кроме…?

— Англичан, — ответил после некоторого раздумья Лукьянов.

— Согласитесь, всем остальным убивать Бенкендорфа нет никакого резона. Французам, австрийцам, немцам не до нас. Турки, итальянцы не решатся на такое. Англичане. На них и сосредоточьтесь.

Лукьянов поднял глаза.

— Ваше сиятельство, англичан за этот период прибыло девятнадцать человек. Все под легальными предлогами: торговля, дипломатическая служба, частные визиты. Никто из них ранее в поле зрения не попадал.

— Лев Юрьевич, я не верю в случайности. Операция по ликвидации Бенкендорфа проведена с таким размахом и с таким профессиональным обеспечением, что за ней не могут не стоять иностранные спецслужбы. А кто более всех заинтересован в ослаблении нашей империи? Кто имеет достаточный ресурс, сильную мотивацию в купе с большими возможностями?

— Но доказательств, ваше сиятельство…

— Потому и ищите, — перебил я. — Не формальные, а реальные. Кто с ними контактировал? С кем они встречались? Кто из наших был на связи с английским посольством? Кому они передавали деньги и для кого их получали?

Лукьянов кивнул, записывая.

— Прикажите своим людям обратить особое внимание на тех, кто прибыл в Петербург за два месяца до теракта и выбыл сразу после. Сверьте даты, маршруты передвижений, места проживания, круг общения. — Я помолчал. — Уверен, ниточка тянется именно туда.

— Слушаюсь, ваше сиятельство, — сказал Лукьянов. — Мы уже начали эту работу, но теперь сосредоточимся на англичанах.

— И доложите мне лично, как только появится что-то конкретное, — добавил я. — Не упустите ни одной детали. От этого зависит слишком многое.

— Теперь о последнем происшествии, связанном с князем Хованским. Герман Иванович, рассмотрите детально все подробности его жизни. Князей просто так не убивают. Версия ограбления несостоятельна. Дураку понятно, что он позволил приблизиться убийцам — ни следов борьбы, ни попытки защититься. Ссылаться на убийство с целью ограбления — это лишь попытка властей успокоить общественное мнение.

Я обвёл взглядом присутствующих.

— Изгои, отщепенцы и прочие отверженные — самая благодатная среда для вербовки. Князь Хованский — классический случай. Опальный, озлобленный, с именем и связями, но без будущего. Именно таких ищут иностранные агенты. Кто был вхож к нему в последнее время? С кем он встречался? Кто оплачивал его расходы? Это всё нужно проверить.

— Будет сделано, ваше сиятельство, — ответил Гессен.

— И ещё, — добавил я, — не ограничивайтесь только его ближайшим окружением. Проверьте всех, кто мог иметь на него влияние. Хованский мог быть не просто попутчиком, а пешкой в чужой игре. Мы должны узнать, кто держал нити.

Присутствующие закивали, делая пометки.

— Работайте, господа, — сказал я. — Время не ждёт.

После совещания полковник Лукьянов задержался.

— Пётр Алексеевич. После назначения графа Орлова начальником Третьего отделения наблюдение за графиней Орловой было снято и запрещено. Негласное наблюдение продолжил мой доверенный человек. Вы понимаете, чем он рисковал?

Я кивнул.

— Здесь материалы, собранные им, — Лукьянов положил на стол папку. — Сведения заставляют задуматься о многом. Мне кажется, есть связь между покушением на Бенкендорфа и графиней.

— Благодарю вас, Лев Юрьевич. Я ценю ваше участие и, поверьте, не забуду об этом. Как я понимаю, ваш визит ко мне тоже неофициальный?

— Естественно, Пётр Алексеевич. — Лукьянов выдержал паузу. — Вы знаете моё отношение к вам. Можете положиться на меня. Всегда.

— И вы на меня, Лев Юрьевич, — твёрдо ответил я, глядя ему прямо в глаза. — В этом деле мы с вами — одно целое. И я никогда не оставлю тех, кто рискует ради меня.

Лукьянов коротко поклонился и вышел из кабинета. Я проводил его взглядом и перевёл глаза на папку.

— Что ж, — тихо сказал я сам себе, — посмотрим, что удалось добыть.

А добыть удалось немало. Даже при поверхностном ознакомлении вырисовывалась картина, позволяющая с уверенностью связать графиню Орлову, графа Нессельроде и князя Хованского в одну крепкую цепочку. Человек Лукьянова добросовестно проделал свою работу, и, самое главное, Нессельроде выводил на английское посольство, в котором он был частым гостем. Конечно, он может сослаться на старое знакомство с послом и дружеские отношения, но не в этом случае. Слишком часто, слишком регулярно — и всегда в те дни, когда что-то происходило или готовилось.

Я углубился в чтение, и чем дальше, тем яснее становилось: передо мной не просто светские связи, а хорошо законспирированная сеть. Графиня Орлова — центр, мозг, связующее звено. Нессельроде — прикрытие и щит. Хованский — исполнитель, тот, кто подбирал людей, организовывал явки, передавал указания. Все трое связаны с английским послом Мичтоном.

Я почувствовал азарт погони, когда ухватился за реальный след. Вот она, нить, ведущая от взорванной кареты Бенкендорфа в роскошные гостиные английского посольства. И чем больше я читал, тем явственнее видел, как сплетались эти нити.

— Англичане, — думал я, перелистывая страницы. — Они обеспечили финансирование. Они дали исполнителей — профессионалов, не оставивших следов. Они же помогли с отходом и конспирацией. Хованский нашёл нужных людей из боевиков «Земли и воли». Нессельроде обеспечивал прикрытие и информацию о передвижениях Бенкендорфа. А графиня… графиня координировала всё это, оставаясь в тени, используя свои связи и влияние.

Я отложил папку, пытаясь упорядочить мысли.

—