Проект «Будущее». Часть 2 - Андрей Анатольевич Федин

Она повернула голову — просканировала взглядом зал.

Указала в сторону окон.

— Вон она. Около семнадцатого столика. Чернявая.

Я обернулся и отыскал взглядом «чернявую» официантку.

Услышал:

— Позвать?

— Нет, — ответила Надя. — Спасибо. Скоро принесёте горячее?

Её голос прозвучал капризно и недовольно.

— Скоро, — ответила официантка.

Она снова улыбнулась — и снова мне. Вновь отомстила капризной гостье: задела мой локоть ногой, когда поспешила с пустым подносом в руках к столу у стены, откуда её жестами подзывал к себе усатый мужчина.

— Симпатичная, — сказала Надя.

Я не сразу сообразил, что говорила она не о нашей официантке. Вновь обернулся и отыскал взглядом будущую Федину невесту. Не нашёл в её внешности ничего примечательного (как и ничего отталкивающего).

— Думаешь… у них и на этот раз всё получится? — спросила Надежда. — Я имею в виду… у твоего друга Володина и у этой Кристины. Они снова будут вместе? Как и… тогда?

Я пожал плечами.

— Почему нет? Что изменилось? В ансамбле появился Даня. Но он уже безнадёжно потерян. Для Кристины. Шурка его из своих коготков легко не выпустит. Приехал я. Но я уже женат… официально. Кто захочет ссоры с генеральской дочкой? Все остальные факторы остались прежними. Федя работает в ресторане, поёт. Свободен — бери, не хочу. А для Кристины уж тем более ничего не изменилось. Понадобился ей Федя тогда — понадобится и сейчас. Парень он видный… когда на сцене. Не думаю, что долго останется бесхозным.

Я усмехнулся и добавил:

— Так что… да: всё получится. Почти не сомневаюсь. Вот как-то так.

Музыка снова стихла — голоса в зале стали громче. Я поаплодировал, показал музыкантам поднятый вверх большой палец (Федя прижал руку к груди и чуть поклонился). Я плеснул в бокал янтарного цвета жидкость из графина, поднёс её к лицу. Запах напитка мне понравился: нотки коры дуба, пчелиного воска и грецкого ореха — не сивушный запашок.

— Нет, ну вы буржуи, конечно, — произнёс рядом со мной голос Дани Мельникова.

Я не заметил, когда Даня сошёл со сцены. Но Надю его появление явно не удивило. Мельников подошёл к нашему столу. Галантно коснулся губами Надиной руки, похлопал меня по плечу. От него пахло незнакомым парфюмом (раньше Мельников пользовался другим) и сигаретами. Даня цапнул со стола графин с коньяком, понюхал его содержимое.

Он покачал головой и повторил:

— Точно, буржуи.

Сделал большой глоток прямо из горлышка. Длинными пальцами подцепил у меня из тарелки горошину, закусил. Проигнорировал мой возмущённый взгляд.

Он махнул в сторону сцены рукой и крикнул:

— Щес!

Посмотрел на Надю, растянул губы в улыбке («от уха до уха»).

— Заказывайте, — потребовал он. — Мы пока только разогреваемся. Сделаем вам подарок. В честь свадьбы, так сказать…

Он бросил на меня укоризненный взгляд и уточнил:

— … Которую ты, Медведь, зажал.

Даня взглянул на Надю.

— Заказывайте, — повторил он. — Федя уже бьёт копытом. Вон, как глазищами зыркает. Мечтает спеть персонально для вас.

Даня ухмыльнулся.

Уточнил:

— Он, конечно, не Кобзон и не Магомаев. Но тоже ничего. Голосистый. Заказывайте, пока у нас не попёр парнас. Сейчас народ разойдётся — в очередь к сцене выстроится. Это пока они… набираются градусов.

Мельников снова стащил из моего салата горошину и улыбнулся Наде.

Надежда чуть сощурилась — будто бы перебирала в голове списки своих музыкальных предпочтений.

— Звёздочку хочу, — сказала она.

Приподняла брови — будто бы с вызовом. Высокомерия в её взгляде я не заметил. Зато отметил: за нами сейчас наблюдали почти все гости ресторана, которые сидели в зоне нашей видимости.

Мельников раскинул руки и заявил:

— Прекрасный выбор, Надя! Это мы можем. Это мы запросто.

Он снова схватил графин и уменьшил его содержимое на два глотка.

Вытер тыльной стороной ладони губы и пообещал:

— Сейчас всё будет. Через минуту. Как в лучших домах Филадельфии.

Даня стукнул меня ладонью по плечу, обронил:

— Не спи, Медведь.

Он поспешил на сцену.

Там к нему тут же подошли музыканты во главе с Володиным. Федя выслушал Данин отчёт — повернулся в нашу сторону и показал нам поднятый вверх большой палец (скопировал мой недавний жест).

Я посмотрел на Надю, поднял бокал и произнёс:

— За нашу свадьбу.

Надежда улыбнулась — я не почувствовал в её улыбке фальшь.

— За свадьбу, — повторила она.

Бокал с коньяком звякнул о фужер с шампанским.

Я сделал глоток — одобрительно кивнул: вкус напитка мне понравился.

Музыканты выстроились на сцене, Федя объявил:

— Эту песню мы исполним для наших московских друзей. Для Саши Медведева и его прекрасной супруги Нади. Ребята поженились этим летом. Молодцы. Мы желаем им бесконечной любви и долгой совместной жизни.

— И чтобы умерли в один день! — подал голос Мельников.

— Ребята, будьте счастливы, — сказал Федя. — Эта песня для вас. И так: «Звёздочка моя». Исполняет ансамбль «Метеоры».

Володин поаплодировал сам себе. Я встал во весь рост и поддержал его аплодисменты: тоже похлопал в ладоши. Бросил призывный взгляд на соседние столы — сидевшие там гости ресторана послушно выдали музыкантам аванс овациями.

Проснулся электроорган. Ему подыграли гитары.

«Песни у людей разные, — пропел Федя, — а моя одна на века…»

Я протянул Наде руку и сказал:

— Потанцуем.

Надя кивнула, опустила бокал на стол. Вложила тёплые пальцы в мою ладонь и поднялась со стула: грациозным, будто бы хорошо отрепетированным движением. Шагнула ко мне — я почувствовал запах её духов.

«…Что вдвоём вдвойне веселей…» — пел Володин.

Я повёл Надю ближе к сцене: там было просторнее. Остановился, повернулся к Наде лицом. Положил руки на её талию, улыбнулся. Краем глаза заметил улыбки на лицах музыкантов ансамбля (на сцене только Федя остался с серьёзной миной). Надежда быстрым движением поправила воротник моего пиджака и галстук. Откликнулась на мои движения.

«…Как же я хочу рядом быть…»

Мы танцевали. Смотрели друг другу в глаза. Под звуки музыки и Фединого голоса. Деревянный пол подо мной едва слышно поскрипывал. Надя прижала ладонь к моей спине — другой рукой придерживала меня за плечо. Я вдыхал аромат ландышей и запах Надиных волос (уже узнаваемый, почти привычный). Любовался завитками волос.

«…Знаю для тебя я не бог…»

Янтарный свет ламп, облака из табачного дыма над столами, мелькание нарядов официанток. Мы снова оказались в центре всеобщего внимания — на этот раз на