Вампиры: Кольцо безумия. Душа дракона. Крест и крыло - Галина Дмитриевна Гончарова

луже можно увидеть дно, землю, грязь – в этой почему-то отражались звезды. Белесая муть и в ней черные огоньки звезд. При ясном голубом небе.

– Ты хочешь, чтобы я посмотрел?

Вторая шишка досталась уже самому вампиру. Пока по плечу. Но Мечислав отлично понимал, что следующая будет увесистее. И полетит в голову.

– Я хочу увидеть. Почему я здесь?

Деревья гневно зашумели. Вампир уперся ладонями по обе стороны от лужи и всмотрелся внутрь. Что-то несильно кольнуло его в руку. И в белесой мути медленно отразилось сначала его лицо, потом лицо Юли, а потом связи между ними. Четыре печати горели четырьмя алыми нитями, соединяя руки, сердца и глаза. А потом нити стали размываться. Они держали, они еще были. Но Мечислав отчетливо ощущал, что ни позвать, ни помочь, ни даже передать сил своему фамильяру он не сможет. И обратное тоже было верно. Что бы ни было с Юлей, она была полностью беспомощна.

Вампир чертыхнулся. И впился глазами в лужу.

– Что с ней?! Я могу увидеть?

Деревья издевательски зашумели, как бы говоря «уж что-что, а увидеть ты можешь…».

И Мечислав увидел, как мертвенно бледной девушке что-то вкалывают в руку.

– Черт!!!

Наркотик. Вампир понял это сразу. И мог только беззвучно ругаться. Он хорошо помнил, чему его учили.

Все, обладающие силой, должны воздерживаться от стимуляторов. Они обязаны развивать свой дух исключительно с помощью тренировок и медитативных практик, разработанных специально для них. Они не должны стимулировать его иными способами.

Алкоголь, наркотики, зависимости любого вида – разрушают дар. Каким бы он ни был. Быстрее или медленнее, так или иначе – обладающий силой теряет свои возможности, ибо направляет их только на удовлетворение своей прихоти. Меняется аура. Уничтожаются связи с окружающим миром.

Человек гибнет.

Мечислав знал это. Но не успел рассказать Юле. А сейчас… сейчас она, хотя и не по своей воле, теряла себя.

– Я могу ей помочь?! Не просто же так ты меня сюда вытащил?! – вампир совсем забыл, что надо бояться. И разговаривал с этим заповедным местом, как с одним из своих вампиров. Но на его дерзость не обиделись.

Вместо этого он увидел большую колючку в траве. Или она просто выросла из травы перед самым его носом?

Ему не нужно было объяснять, что это и зачем. Вся магия вампиров построена на крови. Юлина магия иная. Но сейчас она под наркотиком. И теряет связи со своей силой. Мечислав может их укрепить. Или… это место может воздействовать через него?

Наверное, и то, и другое.

Вампир, не особо раздумывая, приложил шип к запястью и надавил, стараясь держать руку точно над водой.

Алые капли застучали об ее поверхность, размывая картинку и окрашивая ее в багряный цвет ранних сумерек.

– Возьми все, что пожелаешь. Но помоги ей! Пожалуйста!

Деревья зашумели. И Мечислав успел ощутить их одобрение. Мол, соображаешь, клыкастый, и от тебя может быть польза.

А потом все закружилось перед глазами, размываясь в единый серый вихрь.

За всю историю существования вампиров, наверное, это был первый раз, когда вампир потерял сознание.

* * *

Даша едва успела подъехать к нужному дому, когда ей навстречу распахнулась дверь.

Валентин вылетел наружу, как пушечное ядро. Огляделся – и наткнулся на нее глазами.

– Даша! Слава богу!!!

Медведице влепили огненный поцелуй, схватили за руку и потащили к машине.

– Нам срочно надо к Мечиславу! Сейчас ты поведешь, а я буду обзванивать своих!

– Ты хорошо водишь? – поинтересовался кто-то рядом.

Даша повела глазами. За Валентином она и не заметила намного более скромную фигуру Шарля. Дракон был бледен, как молоко, глаза горели так, что видно было даже за контактными линзами, а пальцы отчетливо дрожали.

– Да. Но…

– У тебя десять минут. И нам нужно в «Три шестерки».

Валентин выдернул у нее из рук брелок и нажал на кнопку. Новенький «форд фокус» только пискнул.

– Даша, выручай!

Мог бы и не просить. Оборотниха оскалилась и скользнула на переднее сиденье.

– Семь минут! Гарантирую! Но штрафы ты оплатишь!

– Поехали, – рявкнули в один голос мужчины.

И Даша рванула с места, оставив на асфальте черный след жженой резины.

Полиция?!

Светофоры?!

Пешеходы?!

Не стой на пути у женщины!

Снесу и не замечу!!!

Валентин, не обращая внимания на бешеную скорость и пищащие вокруг машины, названивал по телефону всем, кому мог.

Лисы-оборотни не самые сильные бойцы. Но сейчас выбирать не приходилось.

* * *

– Слава, Славочка, родной мой, любимый, очнись, ну пожалуйста, ну, Славочка…

Женский голос настойчиво звал Мечислава, пробиваясь к сознанию вампира.

– Славка, гад такой, открой глаза, не пугай меня, не надо… Ты не можешь умереть у меня на руках, я тебе голову оторву за такое…

Последние слова перешли в громкий всхлип. И опять…

– Славочка, очнись, лапочка моя…

– Ты уж определись, гад я или лапочка? – прохрипел Мечислав. И кое-как разлепил глаза.

В следующий миг на шею ему с плачем бросилась Юля.

– Гад бессовестный! Зубастый! Так меня пугать!!! Я чуть с ума не сошла, когда подумала, что ты умер!

– Так я и умер. И очень давно.

– Дошутишься, юморист клыкастый, – всхлипнула девушка. – Слава, у нас такие проблемы…

– Я так и понял. Что с тобой случилось?

Вампир попытался кое-как приподняться и сесть. Юля тут же потянула его на себя, помогая в этом нелегком деле. Тело отозвалось болью, но повиновалось. А больше ничего и не надо.

Он по-прежнему находился на той самой поляне. Шумели сосны, зеленела трава, кое-где выглядывали головки одуванчиков… только вот маленькое озерцо посередине было другим. Его берега были чуть красноватыми. Глина? Или его впитавшаяся кровь?

– Не знаю. Это утром. Мне кажется, меня похитили. Или пытались убить?

– Кто?!

Мечислав готов был взорваться от ярости. Забыты оказались и боль, и кровопотеря.

Кто посмел покуситься на его фамильяра?! Его женщину?! Его любимую, черт побери?!

– Не знаю. Я ничего не успела увидеть.

– А сейчас? Что с тобой произошло?!

Юля глубоко задумалась.

– Странно… такое ощущение, что это та экстрасенсиха. Из ИПФ. Ты помнишь?

– Татьяна?

– Да. Она что-то делала. И я начала умирать. Стало плохо. Очень плохо. Меня словно что-то пожирало. И я позвала тебя. Звала, что было сил… А потом меня просто выкинуло сюда. А ты?

Мечислав не удержался. Обнял покрепче девушку. Привлек к себе. И поцеловал в кончик покрасневшего от слез носа.

– А меня просто потянуло сюда. Я понял, что тебе очень плохо. Стал звать… И это отняло много сил. Видимо, я упал в обморок… До чего ты меня довела!

Юля