Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

этого слова, дефектному. В результате жизнеспособность людей ухудшилась настолько, что потребовалось глобальное вмешательство для исправления этой ситуации. Ну а уж потом, всё как сказал Юкка: раз уж можем, так почему бы не улучшить ещё кое-что.

— Не может быть, — недоверчиво протянула Майя, — я точно помню, что примерно с середины двадцатого века средняя продолжительность жизни как начала расти, так потихоньку увеличивается и до сих пор. На то есть объективные статистические данные.

— Есть ложь, есть наглая ложь, а есть Статистика, — ухмыльнулась я. — Что значит: «увеличилась средняя продолжительность жизни по планете»? Это не то, что люди стали жить дольше, это значит, что стали умирать меньше.

— Это разве не одно и то же? — недоумённо нахмурился Юкка. Его подружка растерянно заморгала, явно что-то припоминая.

— Успехи медицины — стали выживать или просто жить дольше ранее неизлечимые и рост общего благосостояния — появилась еда, для тех, кто раньше умирал от голода, — лаконично ответил Мика. — Если исключить из выборки две эти группы, то в среднем люди стали жить меньше. И в среднем, согласно той же статистике, количество абсолютно здоровых людей начало стремительно уменьшаться.

— Что-то мы в какой-то мрачняк скатились, — я пронаблюдала ошарашено-недоверчивые мордочки ребятишек и внесла следующее предложение: — Давайте лучше спать ложиться, пока ещё до чего-нибудь совсем уж «весёленького» не договорились.

— Вот на это вот ложиться, — Майя двумя пальчиками за край приподняла выданное ей одеяло, всё в пятнах, которые иначе как подозрительными не назовёшь.

— Ну, — устало выдохнула я, — представь, что ты не в гостях, а, скажем, на ночёвке в лесу. От кемпинга же никто не требует стерильности?

Как бы там Майка не крутила носом, а уснула она моментально, стоило ей только коснуться головой подушки. А вот мне, не смотря на усталость, заснуть не удалось. Может быть, это ещё бродили в крови остатки стимулятора, а может всё дело в остром и пряном, травянистом запахе, которым несло от наших постелей, и который будил во мне какие-то глубинные инстинкты, заставляя то и дело тревожно вскакивать и вглядываться в звёздную ночь.

С первыми же признаками рассвета, так толком и не заснув, я поднялась с постели. Мика, бдительно открыв один глаз и приподняв голову с другого её конца, осмотрелся, не зафиксировал ничего тревожащего и опять рухнул в подушку, а я, тихонько, стараясь больше никого не побеспокоить, прокралась на кухню. Эх, куда ты делась моя всегдашняя утренняя бодрость? Знала бы, что соберусь почти на сутки задержаться на Арктоиме, взяла бы с собой чайной заварки, ну или хоть кофе, на крайний случай у кого-нибудь выпросила.

Кухня, вопреки моим ожиданиям, оказалась не пустой. За обширным деревянным столом, задумчиво подперев подбородок рукой, сидел Хаани-Нани и наблюдал за постепенно вскипающим чайником.

— Чай будешь? Я же правильно помню, ты любишь солеранский? — и он подтолкнул ко мне коробочку затейливо расписанную драконами и диковинными цветами.

— Хаани-Нани, ты — золото, — мне хватило только одного взгляда на знакомую упаковку, чтобы взбодриться.

— А вот твои младшие сородичи так не считают, — сказал он, заливая кипятком тщательно отмерянную мной заварку. — Боюсь, им не по вкусу пришлось моё гостеприимство.

— Да ну, — я отмахнулась. И подумала, что всё же стоило вчера озаботиться тем, чтобы наш добрый хозяин не услышал переговоры малышни. — Разве что Майя, но в её возрасте все девочки такие разборчивые. И я такая была. Перерастёт.

— Это точно? Мне хотелось как-то отплатить за проявленное вам гостеприимство, ещё тогда, на Земле и на Пересадочной Станции и грустно сознавать, что у меня это не получилось.

— Мне у тебя понравилось, и я очень благодарна тебе за приглашение в гости. А дети… ну, посуди сам, — я постаралась развеять его сомнения, — если бы им настолько было у тебя некомфортно, можно было бы в любой момент отправиться на Пересадочную Станцию, благо она функционирует круглосуточно. А детки об этом даже не заикнулись.

— Подозреваю, — ухмыльнулся он совсем по-человечески, блеснув остроконечными, глянцевыми зубами, — что юные люди не спешили встретиться со своими родителями и выслушать всё, что те найдут им сказать.

— И это тоже, — улыбнулась я такому пониманию и, прикрыв глаза, с наслаждением вдохнула бодрящий, вкусный запах цветочного чая. День, после бессонной ночи обещал быть долгим, но, кажется, я уже почти готова была его начать. И даже бестрепетно пронаблюдала, как поглощает свой ранний завтрак Хаани-Нани — отлавливает и кидает в рот толстых мясистых слизней, которые то и дело пытались выбраться из тарелки. Между прочим, правильно, что сделал это прямо сейчас, сомнительно, чтобы мои юные сородичи оценили это зрелище.

На Арктоимской Пересадочной Станции нас встречала целая делегация лиц официальных, полуофициальных, а так же родных и близких.

Показательна была реакция Юккиных родителей (Майкины не имели возможности прибыть настолько быстро): мать, нет, в обморок не упала, но сидела с абсолютно стеклянным взглядом и явно не понимала, как же это такое могло с её сыном случиться. Отец удостоил парня долгого оценивающего взгляда и разразился пространной речью о том, что такие вещи как «потеряние» во время экскурсии на чужой планете, принадлежащей условно дружественной цивилизации, экспромтом не делаются, они требуют тщательной подготовки. И что если бы он это сделал, не оказались бы они с подружкой без пищи, воды, средств связи и обороны. А так же в кратком, конспективном изложении указал, как именно это следовало делать.

Я сидела и мотала эту отповедь на виртуальный ус. Хочу ли я, чтобы мой сын вырос таким же свободномыслящим и инициативным, как Юкка? Наверное, хочу. А значит, нужно перенимать опыт практической педагогики и прямо сейчас, на месте, пока есть возможность.

6. Деточка

Девять месяцев — очень приличный срок, но и он со временем подходит к концу. Нельзя сказать, что мы не ждали появления собственного сына на свет. Ждали, ещё как. Имя заранее, чуть не за пол года до знаменательного события выбрали — Аксель. Даже установили передачу данных о его состоянии и развитии на домашний комп в режиме online, благо наша клиника предоставляла такую услугу. Но всё равно всё случилось как-то внезапно и вдруг. Ещё неделю назад казалось, что времени у нас предостаточно и вот мы уже стоим перед пластикерамическим ящиком, наблюдая, как постепенно уходит из него питательная жидкость, расходятся в сторону створки, а воздух прорезает возмущённый вопль, показавшийся мне оглушительным. На пару минут дали маме с папой ребёночка подержать (надо же, руки сами вспомнили как младенца держать! не прошли даром курсы