Фантастика 2026-4 - Артемий Скабер

class="p1">Казалось, мужчина не заметил ни странной обстановки, ни рассыпанных пружин. Захлопнув люк, он потянул Алесию к себе и вновь впился в ее губы жарким поцелуем. Его руки теперь скользили не только по спине. И на несколько секунд Алес позволила себе отпустить все мысли. Пока не обнаружила, что супруг нависает над ней, опираясь руками на стол.

Однако в последний миг Нортман все же опомнился.

— Кладовая, конечно, более уединенное место, чем бальный зал, — шепнул он, чуть прикусив ее ухо, — Но все же… — взгляд его вдруг упал на стопку бумаг, которая почти касалась пальцев. Несколько пергаментов. Письменный прибор.

Чуть сдвинув брови, мужчина огляделся.

— Это не кладовая, — выдохнула Алесия, решив сразу расставить все точки над и. — Здесь моя… э-эм… мастерская.

— Мастерская? — Нортман чуть склонил голову. По выражению его лица невозможно было понять, о чем он сейчас думает.

— Да. Тут я записываю все, что приходит мне в голову, занимаюсь… — в памяти промелькнула работа над совой, — … рукоделием. Пытаюсь мастерить… всякое.

Мужчина прищурился. В слабом сумраке глаза его казались совсем черными.

— Позволишь мне взглянуть на записи?

— Да, конечно. — не отводя взгляда от его лица, Алес потянулась к ближайшему листу. Но почти сразу ее рука оказалась накрыта горячей ладонью.

— Не сейчас. — пророкотал Нортман, подхватывая ее на руки. — Ты же не думаешь, что какие-то бумаги способны… — он скользнул губами по ее виску и хрипло выдохнул. — … отвлечь от тебя?

* * *

Путь до своего этажа они преодолели беспрепятственно. Да и кто мог бы им помешать? Час поздний, половина слуг уже спит. А вторая половина обитается в хозяйственной части, отдыхая после трудового дня.

Кроме…

Агнету никто не предупредил, что графиня вернется поздно. И что она будет не одна. Поэтому девица, постелив постель и подготовив госпоже одежду для сна, присматривала за камином.

Но стоило распахнуться двери, как она тут же подскочила с низенькой табуретки.

— Ваше сиятельство, я… — заметив за спиной Алесии графа, служанка тихонько ойкнула и отвела глаза.

— Можешь идти. — кашлянул Нортман, чуть посторонившись в двери. — До утра ты здесь не понадобишься.

Алесии захотелось ущипнуть мужа за бок. Хотя, в принципе, он был прав.

Девица, покивав, устремилась к выходу, однако в самый последний миг все же помедлила, решив сразу уточнить очень важный вопрос. Чтобы потом точно не пришлось возвращаться.

— В-воду для умывания нести не нужно? — пискнула она, разглядывая носки домашних туфель. — А то, вы, госпожа, в таком виде…

— В каком? — Алес обернулась к Нортману, и вопросы отпали сами собой.

Коридоры и закоулки замка освещались гораздо хуже, чем спальня, поэтому там она не могла разглядеть супруга во всей красе. А вот сейчас… Паутина и пыль на волосах, серые разводы на щеках и шее. Да и костюм…

Нетрудно догадаться, что и сама она выглядит немногим лучше. Пожалуй, надо было меньше прижиматься к стенам в потайном коридоре.

— Кувшином для умывания тут не обойтись. — выдохнула она, осмотрев и собственные руки.

— Тогда я попрошу, чтобы разогрели баню. — закивала Агнета и выскользнула за дверь.

Нортман проводил ее обреченным взглядом, в котором отчетливо читалось, что надо было махнуть на все рукой и остаться в бальном зале. Алес поднялась на носочки и сняла с его волос комок паутины.

— Боюсь, выбранный вами путь, ваше сиятельство, оказался не таким уж и коротким. — шепнула она, чуть прикусив губу.

Мужчина шумно выдохнул. В черных глазах промелькнули едва заметные огоньки.

— У нас впереди еще вся ночь.

— Главное, избегать пыльных коридоров. — поддела его Алесия. — И очень надеюсь, что в бане никого из нас не подкараулит банник.

Черные брови удивленно взметнулись.

— Кто?

— Крестьянское поверье. — пояснила женщина. — Дух бани, который принимает облик растрепанного старичка. И он очень не любит тех, кто моется поздно ночью. Говорят, он может подкрасться сзади и шлепнуть позднего гостя мохнатой лапой.

— И ты в это веришь? — насмешливо спросил Нортман, склонив голову набок.

Алес взглянула на него из-под ресниц. Не верила. Но и говорить об этом не собиралась.

— Не знаю. Так поздно посещать баню мне еще не доводилось. Может, и обойдется.

— Ты упускаешь один важный момент. — мужчина поднял ее лицо за подбородок и посмотрел прямо в глаза. — С тобой буду я.

Взгляд его был настолько многообещающим, что Алесия прикусила губу. Хотя… на что-то подобное она и рассчитывала, рассказывая страшилку.

— Боюсь, в таком случае мы нескоро доберемся до покоев.

Нортман, чуть усмехнувшись, склонился еще ниже.

— Рано или поздно мы доберемся и до них.

* * *

Солнечный луч, пробившись сквозь неплотно сомкнутые шторы, упал светлой дорожкой на смятую одежду. Которая, так вышло, лежала не только на стуле, но и на полу. Никто из слуг так и не отважился заглянуть к хозяевам замка. Даже чтобы разжечь камин. Поэтому в спальне было довольно прохладно.

Но не холод, а привычка просыпаться с первыми лучами солнца (а иногда и до них), заставила Нортмана открыть глаза. Как ни странно, даже пары часов сна вполне хватило для бодрости. Чувствовал себя мужчина выспавшимся и полным сил.

Но что самое главное — Алесия была рядом. Лишь убедившись в этом, Нортман неслышно перевел дух. Да, теперь у графини нет причин убегать, но женщины — существа непредсказуемые.

Мужчина приподнялся на локте, разглядывая свою жену. И все-таки она была хороша. Он аккуратно убрал светлую прядь с безмятежного лица. Попадались ли ему прежде такие изысканные и утонченные женщины? Пожалуй, нет. Алесия была словно прекрасный цветок, чудом попавший в его руки. Ее хотелось прижать к себе и никогда больше не отпускать.

И как за столь нежным обликом может скрываться сильный характер? Она не побоялась пойти против лекаря, сумела поставить на ноги Лианну. Больше года выживала среди крестьян и не сломалась.

А ее первый брак… Нортман нахмурился. Честно говоря, граф ловил себя на мысли, что барона Кьярти ему хочется просто убить. Особенно после пары очень сдержанных рассказов графа Бартона.

И это притом, что женщина делилась с братом многим, но далеко не всем.

Впрочем, даже к лучшему, что барона интересовали только деньги. Ведь в противном случае, Алесия так и осталась бы с ним. От одной только мысли об