"Фантастика 2026-192". Компиляция. Книги 1-21 - Никита Киров

— И Кеннет? — удивился я.

— Да. Возглавил атаку, — с восторгом сказал Пашка. — Там мурики издевались над пленными, а пехотинцы их отбили. Потом я передал им новые коды, блоки для радиостанции и вернулся к лейтенанту Смирнову.

— Что дальше, Павел.

Тут он задумался.

— Господин лейтенант был немного недоволен, что всё было так долго и что я вмешался в бой. Потом отправил на север, а когда вернулся, его не было.

— Куда он делся? — спросил я.

— Не могу знать.

— Люди что говорят?

— Говорят, что нападала Чёрная Стража, мы отбились, но они как-то быстро ушли. Ещё обстрел был, бомбу сбросили, наших троих положило. Вообще пропал.

— А его могли взять в плен? — я наклонился к нему.

— Не могу знать, господин командор. Пацаны говорят, что он ходил, отдавал приказы, помогал отстреливаться. А потом пропал.

— Не знаешь, где твой командир, сержант? — проговорил я.

А это не вовремя. Ходят, как у себя дома.

— Выясни, где он. Отчитаешься. Но я позвал тебя не для этого. Раз его нет, ты берёшь разведвзвод…

Глаза Шутника полезли на лоб, но я продолжал говорить. Хотя пришлось повторить, потому что залпы скорострельных пушек на истребителях нас глушили. Кто-то пытался заходить над джунглями.

Судя по тому, как тряхнуло землю, кто-то сбросил бомбу. Я услышал, как трещат деревья.

— … и выдвигаешься. Найди языка. Мне надо знать, где их штаб. А языка мы с тобой уже брали. Всё, иди.

— Есть!

Я отправил пару связистов поспрашивать насчёт Смирнова, но командир разведвзвода как сквозь землю провалился. Он явился от Флетчера, но потом исчез.

Но сейчас ведь бой идёт, война в самом разгаре. Его могло разорвать на куски снарядом и забросать останки землёй, или его ранило, а санитары могли оперативно забросить Смирнова в вертолёт, пока они ещё летали. Но плохо, что бойцы этого не знают.

— Боря, выясни, где он, отчитаешься мне, — сказал я Бронину на прощание и залез на броню БДР-49. — А я к Ван Ли, потом к Флетчеру.

— Выясню, командор.

Без вертолётов перемещаться сложно и долго, особенно учитывая партизан в здешних джунглях, помогающих налётчикам. Вот мы и едем по земле колонной.

Здесь вообще всё смешалось. Две высадки разом, две имперские армии схлестнулись друг с другом, а в небе то и дело раздавались взрывы. За каждым поворотом можно было нарваться как на друзей, так и на врагов.

Зато пока самолёты заняты друг другом, им не до бомбёжки земли. Да и мобильные установки ПВО, как ракетные, так и скорострельные пушечные, вовсю разворачивали повсюду.

Главное, попасть во врага, а не в наших. Но что наши лётчики постоянно сбрасывали бомбы на нас, так и мы порой ошибались. Тут ничего не поделать. Хоть штаб как-то разбирался во всём этом хаосе. Подозреваю, будь здесь генерал Загорский, начался бы такой бардак, что мы бы уже сами сбили половину наших самолётов, а те бы закидали нас горючей пастой.

А он рано или поздно явится сюда и начнёт командовать. Надо успевать, пока он не решил, что здесь наступила победа, и не явился, чтобы объявить, что её добился он сам.

Найти базу было проще всего, ведь лес вокруг неё выгорел совсем, только обугленные столбы голых деревьев возвышались на чёрной земле вместо пышных джунглей.

От зданий на базе не осталось почти ничего, пехотинцы, прибывшие морпехи и часть десанта укрывались в руинах и окопах. Уже всё перекопали, встречали танки, я повсюду видел направленные вперёд гранатомёты и переносные ракетные комплексы.

Попадались даже старые установки «Копья», стреляющие раскалёнными кусками игниума, хотя новые танки с многослойной бронёй выдерживали такое попадание.

Но от ракет и гранатомётов управы не было. Дискремские «Преторианцы» и «Гладиаторы» горели вовсю, и даже в сотне метров от них чувствовался жар.

Кто-то из наших снова действовал по учебнику и подбил переднюю машину, я видел её горящий остов без башни, а кто-то подорвал заднюю из джунглей. Остальные превратились в мишени.

Я держался за скобу на башне, пока БДР-49 перевалил через траншею. У этой модификации танкетки помимо скорострельной автопушки были управляемые ракеты, закреплённые сверху, для поражения танков.

Впрочем, у «Преторианцев» была защита на это. Хотя Дискрем, впервые за многие годы залезший в войну сам, а не через своих марионеток, умывался в крови, и своим арсеналом пользовался слабо.

Как и мы тогда в Инфиналии. Вопрос только в том, сделают они выводы или нет. Мы вот сделали.

Я постучал прикладом автомата по люку, и бронемашина остановилась. Спрыгнул в грязь, со своими сопровождающими пошёл дальше. Из нашей брони здесь всего один танк Т-12, десантные БДР и несколько плавающих танкеток морпехов. У них больших пушек нет, зато тоже есть ракеты. А за склоном я увидел самоходный миномёт, который стрелял по джунглям игниумными снарядами.

Всего за сутки превратим пышный остров в выжженную пустошь.

Из люка танка высунулось перемазанное в масле лицо командира. Я даже не узнал Зорина, пока он не заговорил.

— Вот совсем не удивлён, что ты себе машинку, — я усмехнулся. — Твоя работа? — я показал на горящую колонну.

— Пацаны помогли, командор, — Зорин заулыбался, показывая белые зубы на чёрном от масла лице. — Всё как по учебнику. Идут как цели.

— Не загордись. У них ракеты есть, и шатуны вас подбить могут.

— Да я знаю. Тут у наших целая рота танков была, остался вот только этот один. Подставлялись, сгорели почти все. Раньше бы