Фантастика 2026-143 - Nicols Nicolson

безжалостная ломка самого себя? Месяцы мучительного принуждения думать на чужом языке! А смена «масок»: ведь у вербовщика их много и часто он их меняет по несколько раз в день…Разведчик должен изменить в себе все – привычки, вкусы, образ мыслей, выкорчевать все, все, кроме одного – преданности Родине»

Разведчик-нелегал Быстролетов Д.А. (граф Толстой), «Пир бессмертных: Книги о жестоком, трудном и великолепном времени»

Осень, октябрь. Столица Австрии встретила меня сухой погодой, но по-осеннему прохладной. Ветер уже оборвал с деревьев все яркие лоскуты разноцветных листьев и теперь шумел в голых ветвях, напоминая о приближающейся зиме. В ярко-синем безоблачном небе пролетел большой клин гусей, улетающих зимовать в теплые края.

Солнце уже не печет по-летнему, только слегка пригревает, приятно лаская кожу лица, как бы прощаясь до весны. У меня возникло чувство, что это последние тихие, теплые и чистые деньки в Вене, скоро зарядят дожди и так будет до самого первого снега.

Наблюдая это осеннее великолепие, я чувствовал, что вернулся в привычный для себя климат, все здесь почти как у нас в России. Но вертеть головой некогда, надо искать гостиницу. Усевшись в экипаж, приказал извозчику отвезти меня в приличную и недорогую гостиницу. Такой оказалась гостиница «Дунай».

Вполне приличный номер за небольшие деньги. Наполнил ванну горячей водой и с превеликим удовольствием понежился, смывая усталость от путешествия и очищая тело от грязи длительных и небезопасных, щекочущих нервы, странствий. Эх, сейчас бы в русскую баньку, какая в нашем родовом гнезде грустит без меня да хорошенько пройтись по телу березовым веничком, заставить кожу подышать всеми уставшими от заморской пыли порами. Но чего нет, того нет, приходится довольствоваться тем, что есть. Тщательно помывшись и переодевшись, спустился со второго этажа в ресторан, время ужина наступило, кушать хочется так, что в животе соскучившиеся по еде пустые мои кишки пищат и урчат. Попросил портье поискать информацию о сдаче внаем на длительное время недорогого жилья.

На ужин заказал себе стейк из телятины, салат из морепродуктов, бокал красного вина «Солнце Сицилии», а на десерт - чашку кофе и кусок сладкого пирога. Ужин поглощал в гордом одиночестве. Надо отдать должное поварам ресторана, блюда приготовлены хорошо, в меру приправлены специями. А вот вино мне не очень понравилось, оно мне показалось слишком терпким, а может, это я привередничаю.

После посещения ресторана, возвращаясь в номер, получил от портье несколько адресов, которые, по его мнению, отвечают моим требованиям. Поблагодарив работника гостиницы, ушел отдыхать.

Утром на извозчике отправился осматривать предлагаемое жилье. Сразу подобрать не смог: там не устраивала цена, здесь - условия проживания. В одном адресе я опоздал, дом сдали. Жилье я подбирал не просто так, а с умыслом. В первую очередь оно должно быть удобным для моей негласной работы, чтобы при малейшей опасности я мог беспрепятственно исчезнуть с места жительства, и затеряться среди большого скопления людей. Учили нас правильно выбирать себе местожительства, вот и мучаюсь теперь, перебирая варианты.

Последним был адрес на улице со странным названием – улица Желтой акации. Под номером семь меня встретил небольшой аккуратный одноэтажный домик, по самую крышу оплетенный густым плющом, правда, сейчас плющ утратил всю свою привлекательность. На стук маленького молоточка, в виде причудливо изогнутого дракончика, по чуть позеленевшей от времени медной пластинке овальной формы, привинченной к тяжелой входной двери из мореного дуба, украшенной геометрическим узором из толстых кованных заклепок, появилась седая круглолицая женщина лет пятидесяти в темно-сером платье с белым воротником из брюссельских кружев, тихим голосом представившаяся фрау Терезой. От нее я узнал, что жилье сдается на длительный срок, и она готова показать мне расположение комнат в домике. Не отказался.

Большая гостиная, немаленькая кухня, она же столовая со столом в окружении шести стульев (успел сосчитать). Также имелись ванная и туалетные комнаты. Правда, горячую воду получить можно лишь предварительно растопив небольшую чугунную печку, нагревающую специальный бак. Маленькая комната-библиотека. Приличных размеров кабинет с массивным, двухтумбовым столом с красивыми резными ножками в центре этой светлой квадратной комнаты. В завершение осмотрели две спальни. В одной из них кровать была с балдахином. Подумалось: наверное, в ней раньше проживала женщина. Имелась в доме и понравившаяся мне очень полезная особенность - запасной выход, ведущий в притягивающий мой взгляд своей ухоженностью небольшой и уютный сад, примыкающий одной стороной к соседней улице. Обслуживанием дома занимаются фрау Тереза и ее муж Клаус, проживающие в доме на соседней улице. В общем, меня все устраивало, и цена приемлемая, часть которой составляла плата за работу фрау Терезы и Клауса. Я согласился снять домик на год, с возможностью продления срока найма, внес небольшой задаток. Фрау Тереза сказала, что завтра к обеду я могу переезжать, она к этому времени наведет идеальный порядок в доме и подготовит договор. Возражать не имело смысла. Напоследок я поинтересовался у фрау Терезы странным названием улицы. Оказалось, примерно пятьдесят лет назад, на этой улице действительно росли большие и красивые желтые акации. Но в одну из зим стояли сильные морозы, от которых все акации погибли. Деревья убрали, посадили липы, но название улицы не меняли.

Два дня обживался на новом месте, а затем отправился в компанию «Леманн и сыновья», пора уже приступать к активной работе. Наверное, уже заждались меня.

Нужную мне компанию разыскал на улице Марияделштрассе в доме под номер пятнадцать. Хорошее место, удобный подход с разных сторон, довольно оживленная улица, да еще находится почти в центре австрийской столицы. На всякий случай сделал круг вокруг квартала прогулочным шагом, тщательно проверяясь, чем черт не шутит, вдруг за домом ведется наблюдение. Не обнаружив ничего подозрительного, вошел в парадное, над которым располагалась, красиво оформленная вывеска компании.

Преодолев небольшой тамбур, я попал в приемную внушительных размеров. Стены комнаты отделаны до потолка светло-коричневыми лакированными деревянными панелями, вдоль которых стояли удобные стулья. За большим монументальным столом, центральная часть столешницы которого была обтянута темно-зеленым сукном, восседал молодой человек примерно моего возраста, с прилизанными светлыми волосами. Подумалось, что он нанес на волосы специальную смазку для укладки. Тонкие щегольские усы, слегка закрученные вверх, торчали в разные стороны, придавая его лицу некоторую комичность. Молодой человек, удивленно приподняв белесые густые брови, вопросительно посмотрел на меня своими светло серыми, почти бесцветными глазами.

- Добрый день, меня зовут Генрих Вольф, - представился я странному молодому человеку, успев подумать о нем: ни рыба, ни мясо. - Могу я видеть гера Леманна?

- Все, что вы пожелаете, я передам