"Фантастика 2026-53". Компиляция. Книги 1-26 - Игорь Сергеевич Макичев

— Саманта, не паникуй. Если помнишь, после того как наши проспали Перл-Харбол, Рузвельт никого не уволил. Обратился к нации и призвал драться.

Администратор глубоко вздохнула и наклонила голову. Прирожденный боец, увлеченный идеей человек, немного фанатик — Блинкен иногда побаивался неукротимой энергии Саманты Пауэр.

— Тони, ты можешь. Нам надо бросить людям цель, нужен новый настоящий враг.

— Ты хочешь врага? Он у меня есть. Страшная неизведанная хмарь, древний ужас Вавилона на четырех континентах подойдет? — запал Саманты незаметно передался Энтони Блинкену. Он понял, что надо делать. Вместе с этим пришли спокойствие, уверенность.

— Об этом я и пришла поговорить. Помнишь, как мы победили Советский Союз? Открытость, честная пропаганда, демонстрация свободы, демократии, нашего образа жизни. Мы сломали систему. Сломаем и сейчас.

— Это не Советский Союз.

— Без разницы. Такие же тупые дикие русские. Мы сломаем их.

— Хорошо. Что там с твоей сетью? Давай подключай нужных людей, пинай своих специалистов, пусть думают и работают.

— У меня нет сети. Энтони, — укоризненным тоном. — Ни у кого ничего за Стеной нет. Надо начинать все с начала.

— Так это же великолепно! Жду от тебя план, списки, презентации.

Внутри себя Энтони еле сдерживался чтоб не заорать от радости. Разворачивание сети заново, открытие миссий, вербовка местных недовольных активистов, это все большие деньги. Под эти программы можно выбить дополнительное финансирование. Напуганный русской угрозой, Конгресс выделит столько сколько нужно и еще сверху положит. Под это дело можно снять часть претензий и направить энергию спонсоров в нужное русло.

— Я как раз сидела и готовила меморандум, пока не вспомнила, что лучше сначала с тобой посоветоваться. Кстати, если готовишь списки новых сотрудников посольств, не забудь включить моих людей.

Блинкен глубоко вздохнул. Фразу «не забудь включить моих людей» в последние дни и часы он слышал слишком часто. Очень уж многие хотели направить своих людей к настоящим русским под дипломатическим прикрытием. Если удовлетворить все заявки, штаты посольств чуть более, чем полностью будут состоять из агентов разведок, международных организаций, спецслужб. Работать же никого не останется.

Рабочий день на этом не завершился. Старик Байден раньше не отличался деловой активностью, но события последних дней подстегнули даже его. Впрочем, если Джо не забывал, что хотел сказать, он проявлял обходительность в отношении своей команды. Так в конце рабочего дня президент сам позвонил Блинкену и попросил подъехать к восьми в Белый Дом. Срочное совещание, будь оно неладно.

Расправившись с делами, госсекретарь решил пробежаться по новостным каналам. Самое первое что он открыл, репортаж с митинга у памятника Линкольну. Вся площадка забита людьми. Камера выхватывает отдельные лица, плакаты. С коптера вид на поток людей, они идут и идут. Везде лозунги и плакаты: «Сонный Джо, ты проспал Аляску!», «Где Аляска?». Полиция присутствует. Парни в форме держатся в стороне, однако весь их вид говорит — в случае чего усердствовать не будут.

Следующим в ленте сообщение с патрульного корабля. В другое время этот короткий ролик вызвал бы истерику и жесткую реакцию Госдепартамента. Сегодня Блинкен пролистал сообщение в информационной ленте для служебного пользования и только сделал себе пометку на завтра.

Русский авианосец с эскортом из дюжины крейсеров и эсминцев идет к Гаити. Передача с корабля в проливе Мона. Здесь же доклады с патрульных самолетов. Русские идут вдоль кромки территориальных вод Пуэрто-Рико. На связь выходят, но на приказы сменить курс не реагируют.

Блинкен подавил в себе желание позвонить Ллойду Остину и задать пару язвительных вопросов. Не до того. Эти чертовы пришельцы слишком уверены в своих силах, значит у них есть на то основание. Они не блефуют, это сразу видно.

Гаити русские считают своей территорией. Два государства на этом острове как корова языком слизнула. Не было такого, и все тут. Так русские заявляют. Впрочем, если Доминиканскую республику жалко, то об исчезновении Республики Гаити никто еще не пожалел. Все, кто знаком с этой страной не понаслышке сходятся во мнении: пусть русские подавятся. Удачи им!

Надо ли говорить, но Энтони Блинкен полностью разделял эту позицию. Толерантность и инклюзивность дело хорошее, но специфическое негритянское государство у берегов США весьма неприятный сосед.

— Хоть что-то они сделали хорошее, — прокомментировал Блинкен. Настроение госсекретаря незаметно повысилось.

Новости из Турции отработаны еще днем. Принято и согласовано решение: ничего не трогать и не вмешиваться. Тот самый интереснейший случай, когда любой, абсолютно любой поворот ведет только к выигрышу. При любом исходе, ослабнет конкурент. Очень хорошо, если все сразу. Но на такое везение Блинкен не закладывался.

Глава 8

21 апреля 2024.

— Я не могу в это поверить, — Марина рухнула в кресло и подперла щеку кулаком.

Максим сидел прямо на полу с бокалом минералки в руке. Он и сам чувствовал себя в некоем заколдованном царстве, проклятом зазеркалье. Все как в сказке — чем дальше, тем чудесатее и чудесатее. Дети устроились на подоконнике, обсуждение дальнейших планов касалось всех.

— Так что мы решили? — прозвучал сакраментальный вопрос.

— Оставаться смысла нет. Ты видела в новостях, что в Анкаре творится.

— В городе идут бои, — с восторгом в голосе воскликнул Витя.

— Вот сам туда и иди, — Лена хлопнула брата по плечу.

— Куда-то ехать еще, — Максим закашлялся. — Не факт, что удастся счета на картах восстановить. В Европе, сама знаешь, полный дурдом. В Испании русская диаспора на ушах стоит, все ждут, когда их депортируют в одних портках.

Последнее Максим выловил в блогах. Интернет работал, тариф оплачен. Все часами сидели в телефонах, пытались выловить хоть что-то в потоках форменного бреда, что лился по всем каналам. Задача та еще. Ведь не разобраться, что на самом деле фейки, а что самая что ни на есть посконная правда. Правда и вымысел перемешались, одно от другого не отделить.

— Так что предлагаешь? — Марина подняла глаза на мужа. Тот самый вопрос, когда от тебя ждут один единственный ответ, и заранее предполагается, что ты за все отвечаешь.

— От России одна область осталась. Там делать нечего. Не сегодня завтра, или немцы, или поляки, или пришельцы захватят. Едем в Империю, — после этих слов Максим залпом выхлебал минералку. Водичка выдохлась, но пересохшей от волнения глотке самое то.

— Значит, едем. Дети, вы как?

— А у нас будет школа?

—