"Фантастика 2026-50". Компиляция. Книги 1-22 - Юлия Александровна Зонис

и мертвых пальцах О’Тула. Шевельнуть получилось. Она смахнула пепел с ресниц, заморгала и сморщилась. Пепел, попавший в рот, оказался убийственно горьким, как будто то, что сгорело, перед смертью еще и пропиталось отравой.

…Потому что клон, попыталась сосредоточиться она. Нет. Неверно. Клон разумен, клон генетически ничем не отличается от оригинала, многие отправляют в миссии своих клонов. Так почему же? Для ответа на вопрос все же требовалось обернуться, взглянуть на алтарь с убитым на нем отцом Леонидом.

Она обернулась. Серый алтарный камень был покрыт черными каплями и потеками крови, словно небо и солнце Сердолика сейчас. Никакого отца Леонида на камне не было. Отец Леонид, живой, хотя и в распоротой и измаранной кровью сутане, стоял рядом с алтарем. А перед ним, через всю площадку, по тропке и вниз по склону горы (возможно, от самой деревни, подумала Линда) выстроилась очередь туземцев. Тоже вполне живых. Парами подходя к отцу Леониду, туземцы опускались на колени, и священник возлагал им руки на лбы – как левую, так и правую, словно одаряя благословением. Потом туземцы вставали, уступая место следующим в очереди. Беззвучно, молча, страшно тянулась эта людская вереница, включавшая и воинов-мужчин, и женщин, и детей, и дряхлых стариков. Потом Линда присмотрелась, и ей стало еще жутче. Под слоем серого пепла на лицах туземцах, на их шеях, плечах и руках распускались багровые бубоны язв, словно все до единого они были поражены чумой или иной смертельной заразой. Она вскинула руки к лицу, вырвав наконец-то правую из неживой хватки О’Тула. Нет, на ее руках не было никаких язв, зато на ладонях священника, как поняла она, вглядевшись, очень даже были – словно два отверстия от вбитых гвоздей.

Линда сунула пальцы в рот и до острой боли, до крови закусила костяшки, чтобы не заорать…

…и Андрея вышвырнуло на поверхность.

Его изрядно штормило, словно после одной из редких для него студенческих попоек. И что было еще более неожиданным, на полу валялась отнюдь не фрекен Свансен. На полу, видимо, соскользнув с дивана, лежал он. А фрекен Свансен склонялась над ним, и выражение лица у нее было самое свирепое.

– Я вас ненавижу, – прошипела она. – Вы мне омерзительны. Вы, вся ваша чертова церковь, весь ваш мерзкий Таможенный Союз насильников и убийц.

– Расчленителей забыли, – вяло откликнулся он.

В рот словно нассала кошачья стая, язык прилип к небу, а ведь он был в отключке наверняка не дольше пяти минут.

– И ваше чувство юмора омерзительно! – рявкнула Линда номер один неожиданно громким и повелительным голосом.

– Заткнитесь, – попросил Андрей, усаживаясь на пол рядом с диваном. – Разбудите мать, она решит, что я вас и правда насилую, а у нее и так с сердцем проблемы…

– Так вот какого о вас мнения родная мать? – торжествующе продолжала шведка.

Она все так же нависала над ним, уперев руки в бока и сочась негодованием.

– Наверное, небеспочвенно…

– Заткнитесь, – повторил Варгас. – Сами-то не изображайте белокрылую ангелицу. Загнали своего клона подыхать во внешнем космосе, так еще и позволили подтереть ей память…

Глаза Линды номер один опасно сузились, еще секунда – и лицо ему когтями расцарапает.

– Позволили, позволили, – с усмешкой повторил Андрей, пересаживаясь с пола на диван. – Клоны являются собственностью оригинала, согласно кодексу ТС. И гены ей небось подчистили, и согласие на частичную облитерацию подписали.

Фрекен Свансен наконец-то опустила руки и отступила, снова уткнувшись спиной в книжный шкаф.

– Не чистила я ей генов. Психикам нельзя проходить генную терапию, теряются все способности.

– Но облитерацию…

– Да, подписала! – злобно рявкнула Линда. – Подписала, это было условием участия в миссии, а ей туда хотелось не меньше, чем мне. Даже больше! И не я это придумала, это в вашем мерзком цивилизационном кодексе, подпункт четыре три двенадцать!

– Ладно. – Андрей провел рукой по лбу, стряхивая напряжение, как Ли в видении стряхивала горький пепел. – Смысла ругаться и обвинять друг друга нет. Вы хотите узнать, что случилось с вашим клоном. Я – что произошло с моим братом. А ЦТС и весь Союз, полагаю, очень хотят узнать, что за хрень приключилась на Сердолике. Так или иначе, наши интересы совпадают.

– Пока совпадают, – не преминула ввернуть напоследок Линда Свансен.

Ядовитая библиотечная мышь. Похоже, если копнуть чуть глубже, она не так уж сильно отличалась от своего клона. Она тоже была бойцом.

* * *

Camera Obscura выдала на историю с язвами версию сколь, по мнению Андрея, забавную, столь и маразматическую. Не секрет, что после первых проявлений инферно к разбирательству привлекли иерархов христианской церкви, не секрет также, что многие из этих иерархов и стали отцами-основателями ЦТС. И все же теперь, почти полвека спустя, от тайной полиции Церкви он ожидал меньшей зашоренности.

– Одержимость? Вы что, спятили?

Обычно сдержанный, он брякнул это прямо в лицо – а точнее, в силуэт – темной фигуры дознавателя.

Их с Линдой на следующий день вернули в безлико-белую допросную, и человек из Camera Obscura изложил им официальную версию. Услышав возглас Андрея, шведка вскинула брови и обернулась к нему – очевидно, не ожидала от капитана СБ такого нарушения субординации.

Дознаватель, однако, ничуть не возмутился или, по крайней мере, не показал этого.

– Посудите сами, – терпеливо пояснил он. – Язвы и иные повреждения кожных покровов в былые века ясно указывали на одержимость субъекта демонами.

– При чем тут демоны? – зло перебил Андрей.

Линда, сидевшая рядом на таком же неудобном железном стуле, дернула его за руку.

– Варгас, вы что? А кто, по-вашему, из вас вырывается при использовании Дара?

Андрей терпеливо прикрыл глаза. Он слышал это не раз. Демоны, бесы, черти, инфернальные сущности. Кто же еще.

– Нет никаких демонов, – уже спокойно повторил он, все еще с опущенными веками. – Демонов не существует. Вы же сами сказали – мы, психики, просто более сильные, чем остальные, и узко специализированные. Когда мы возбуждены и утрачиваем контроль – в детстве или позже, когда делаем это сознательно, мы проецируем жуткие картины. Они могут убивать. Могут сводить с ума. Могут даже уничтожить население целой планеты – после соответствующей тренировки и если не принять защитные меры. Но демонами тут и не пахнет.

Дознаватель, впервые за всю историю их допроса, громко хмыкнул. Странно было услышать человеческие нотки в его механическом, измененном звукофильтрами голосе.

– Тогда объясните, Варгас, – вкрадчиво спросил он, если, конечно, металлическое дребезжание может быть вкрадчивым, – почему одаренные всех народов, всех конфессий проецируют одинаковые видения?

– Потому что в детстве все смотрели одинаковые фильмы ужасов и играли в одинаковые игры, – упрямо парировал