Размышления русского боксёра в токийской академии - Семён Афанасьев

Всаживаю кулак ему в голову и с удовлетворением отмечаю, что даже повышенный кислород в тканях способен творить чудеса. Особенно в сочетании с усилением нейро импульса.

Скорость удара с помощью этой таблетки увеличивается, если по простому. Еще вроде концентрация, но у меня и родная в порядке.

Впрочем, радоваться не тороплюсь, поскольку у каждой медали есть своя темная обратная сторона. Такая вот резко возросшая скорость в маневренном бою весьма чревата заносом и проваливанием.

Над воротами появляется ещё одна голова и тоже удивленно оценивает происходящее.

Со своей стороны, чётко понимаю: время надо тянуть любой ценой.

Неожиданной эврикой приходит парадоксальное: весело улыбаюсь этому типу и делаю приглашающий жест рукой, указывая на свободное пространство лужайки:

— Давай! Тут места много!

На всякий случай, дублирую сказанное по-русски и по-английски. То, что гости — не японцы, видно даже мне.

Мужик над забором озадаченно замирает и начинает советоваться со своими соратниками по борьбе.

Китайцы. Теперь слышу. Языка не знаю, но на звук его ни с чем не перепутаешь.

Как ни парадоксально, но расклад именно этой секунды меня устраивает полностью: чем дольше они между собой поболтают на той стороне калитки, тем меньше мне с ними воевать. А там и Ватанабэ, глядишь, на что-то сподобится. Например, добраться досюда и хотя бы тупо задержать тех, кого надо. Именем закона.

* * *

Если всё начинается гладко на первом этапе, на втором точно жди беды.

Вэй был не то чтобы суеверным, но где-то в глубине души знал: иногда приметы работают.

Бо с напарником без проблем вошли внутрь, прошли первую фазу. На чём-то споткнулись во второй — но уже тут их двум тройкам никто ничего в подробностях докладывать не будет, оно и понятно.

Может, пароль на архиве оказался сложным. Может, нужных местных, чтобы дать доступ, не было. Хотя, какие они к чёрту местные. Вэй не был в курсе дел начальства, но дураком тоже себя не считал: персонал таких салонов — всегда иностранки. Не просто работающие нелегально, а часто даже и в стране находящиеся вопреки местному законодательству.

Любимый контингент для его организации. Тот, кто стоит вне закона, и проблем с законом по определению доставить не может.

Что пошло не так внутри дома, теперь уже не определишь: Бо вызвал их в качестве подкрепления и отправился разбираться.

Безуспешно.

Белобрысый западный кретин (это если судить по внешности) каким-то образом исхитрился не просто поломать все планы, а ещё и заблокировать весь процесс!

Номер первый самой первой тройки перемахнул через ограду на ту сторону — и как в воду канул. Они с этой стороны услышали только шум короткой драки.

Дальше Вэй уже сам оседлал ворота — чтобы зависнуть на них в недоумении.

Какой-то ну очень молодой лаовай, с волосами цвета жёлтого риса, победоносно возвышался над тремя телами и приглашающе звал жестом к себе. Попутно озвучивая что-то на разных языках.

Вэй спрыгнул с плеч товарища на землю и коротко сообщил остальным обстановку:

— … у кого-то есть идеи, как туда перемахнуть одновременно?! С разных сторон?!

— Доски нужны… веревка… крюк…

Через четверть минуты оказалось, что хорошего решения не было.

— Время поджимает, — щелкнул зубами оставшийся за старшего командир второй тройки. — Становитесь ступенькой. Мы вдвоём — через кусты. В разных местах. Должны прорваться, авось не зацепимся… Пока мы его вяжем дракой, вы перелезаете через ворота. Добиваем пацана — заканчиваем работу Бо.

— А там же ещё какая-то девка-японка? — напомнил некстати второй номер.

Вэй не удостоил ответом последнее замечание.

* * *

Из наспех составленного плана удалась только часть. Сам Вэй, удачно поставив ногу на подушку кустарника сверху, сумел оттолкнуться и приземлиться уже по ту сторону забора. Перекатившись и быстро поднявшись на ноги.

Его второй номер, к сожалению, оказался не столь ловким. Либо, как вариант, кусты под его ногами не спружинили, а провалились либо подломились.

Второй, зацепившись ногой за какую-то ветку на высоте пары метров, сверзился неловко головой вниз и чуть не повис, удерживаемый за ногу в течение секунды, растением.

Вэй, давая время товарищу распутаться и встать, решительно бросился на белобрысого.

Пацан-европеец стилем движений напоминал выпившего краба. Идиотизм.

Китаец, не поддаваясь на такую откровенную провокацию, аккуратно ударил ногой в бедро — и не попал.

Противник двигался смешно, но тем не менее слишком стремительно. Впору было заподозрить местные нейро-усиления. Концентраторы, как они тут говорят.

Вэй был достаточно неплохим специалистом своего дела, поэтому машинально отметил: никакого носимого концентратора (или схожего оборудования) на парне не было. Местные, если что, оформляют эту технику в виде перстней, колец; гораздо реже — в виде браслетов.

На блондине не было даже цепочки. Значит, концентратор исключался. Личная подготовка? Шустро…

Вэй, в соответствии с профильным расширением как раз для такого случая, в броске вперёд, кажется, даже выбросил подошвой назад пучок травы из газона вперемешку с землёй.

Европеец прикрылся локтем, тоже прыгнул вперёд.

А в следующую секунду в голову китайцу словно сбоку ударила кувалда.

* * *

Хиротоши доехал до места на удивление быстро. Спасибо муниципальным дорогам, пустым в это время суток и позволяющем ехать двести километров в час и больше.

Он бы не гнал, как на пожар, если бы не странное предчувствие.

Ватанабэ не был чистым опером, оттого в анализе ошибся и сейчас.

Тот же Садатоши на его месте, во-первых, наверняка оповестил бы все нужные смежные службы. Во-вторых, младший по званию, но старший по такому опыту, товарищ точно вызвал бы и какое-то подкрепление.

Сам же комиссар, подъехав в нужное место, обнаружил распахнутые ворота — и Асаду-младшего, активно воюющего с четырьмя противниками.

Что-то профессиональное всё же взяло верх в полицейском, являвшемся больше кабинетным работником. Хиротоши мазнул тестом по происходящему — и ему сразу поплохело.

Мало того, что вместо двух тел на газоне лежало четверо. Это бы еще можно было пережить.

И даже четверо наседавших на пацана, по большому счёту, могли быть лишь досадным недоразумением.

Если бы у него с собой было хоть какое-то оружие.

И если бы у этих четверых не работали те расширения, которые сейчас у них работали.

Ватанабэ лихорадочно зашарил взглядом по машине.

Схватив из бардачка старую петарду, он сломя голову бросился в сторону потасовки:

— Токийская полиция! Никому не двигаться! Всем оставаться на местах!

Подброшенная им в воздух и хлопнувшая через секунду петарда должна была, видимо, подтвердить серьезность сказанного.

Вопреки ожиданиям, от сражающейся группы отделились пару человек, которые