Столичный доктор. 1-8 - Алексей Викторович Вязовский

— Знаю, все знаю! — губернатор тяжело вздохнул — Увы, бюджет этого года сверстан, нет средств. Я понимаю, что дело хорошее. И с доктором Бортниковым знаком. Лучше мы его пошлем в Москву набираться опыта, а потом поручим создание службы, чтобы было как положено, с каретой, а не на велосипеде. Лето кончится — по снегу сильно не покатаешься. А финансирование найдем, это я вам обещаю!

***.

Нет, мне сегодня положительно везет. И исправник нашелся на месте! Ну не Тамбов, а сказка сплошная — в столицах хуже работают. Все будто ждут меня, когда я к ним весь из себя красивый в синем мундире и с орденами прибуду и осчастливлю своим появлением.

Вот полицейский был классический — с густыми усами, аршинными плечами и пудовыми кулаками. Так и представил, как он выходит из присутствия, садится в служебный Майбах размером с маршрутку, и едет на местную Рублевку. Но на устный сигнал от коллежского советника, то есть мой, отреагировал, и выделил сотрудника для представительства. Чтобы ни у кого в Знаменке не появилось желания решить проблему так понравившимся способом. И не какого-нибудь урядника для мебели. Нет уж, я завтра буду наводить шороху в компании станового пристава.

Хорошо, что Знаменка географически находится в Тамбовском уезде. Все заинтересованные лица на месте, искать никого не надо. Отсутствует пристав? Не беда, точно известно, что он сейчас обедает. И где, и когда закончит ориентировочно. Не извольте беспокоиться, в нужное время появится. Короче, не успел на одном конце города чихнуть, а на другом уже “Будьте здоровы” сказали. А ведь Тамбовщина — четвертая по численности населения во всей империи. По крайней мере так говорится в бумаге, висящей на стене в приемной губернатора. Уж не знаю, это данные какой переписи, но не важно.

* * *

Становой пристав Чолокаев заехал за мной утром, чуть раньше условленного времени. Мы только начали завтракать, и Александр Сергеевич к нам присоединился. За столом полицейский развлекал нас с доктором рассказом о совпадении своей фамилии и тамбовского предводителя дворянства, князя Николая Николаевича. Пришлось постоянно отрицать родство, хотя карьере всё равно помогало. Знакомая история, меня тоже некоторые считают незаконным великокняжеским отпрыском.

К предводителю дворянства я, кстати, вчера заезжал. Где-то мы разминулись в дороге, потому что князь сейчас чем-то важным занимался в Петербурге. Жаль, конечно, что не пришлось потратить время на пустые разговоры. Постараюсь пережить, хотя, чувствую, трудновато будет. Оставил на память свою визитку с загнутым правым верхним уголком. То есть был лично, но не застал, прошу пардону. Считай, приличия соблюдены.

Транспорт у пристава был солидный — подрессоренный тарантас, который тащила двойка весьма крепких лошадок. Комфорт обеспечен. Небо ясное, но особой жары не предвидится. Вчерашний дождик пыль прибил, значит, и дышать будет чем. А ехать нам всего-то верст пятнадцать. Даст бог, к вечеру обернемся.

Мы с Александром Сергеевичем с удобством расположились на мягких сиденьях, а Жиган с Кузьмой примостились на козлах, рядом с кучером. Впрочем, ширина экипажа позволяла и им втроем ехать с изрядной долей комфорта.

Имение свое я увидел часа через два. Ничего выдающегося, если честно. Село среднерусское типичное, одна штука. Смотреть не на что. Пара дюжин деревянных домиков, церковь небольшая. Из плодовых деревьев преимущественно яблони, из бесполезных — березы, и почему-то рябины. Один только Кузьма пришел в состояние некоторого возбуждения. Наверное, предвидел, как поквитается со своими обидчиками. И моими тоже, естественно.

Поехали к желтому, с флигелями господскому дому. Где-то там рядом с ним должен обитать староста. А как же, представитель власти обязан удостовериться, где тут чье имущество, выяснить, справедливы ли претензии. А потом только действовать. А то мало ли что я могу придумать. Лучше перестраховаться. Да и я не против. Сверим реальность с теми документами, что я с собой привез.

Пока искали старосту, к нам во дворе начали подтягиваться любопытствующие. И все поголовно первым делом подходили и кланялись. Признали, значит. Не очень много, в основном лица преклонного возраста и дети. Лето сейчас, бездельничать некогда. Крестьяне будут вкалывать, пока холода не наступят.

— Это самое, Евгений Александрович, — подошел ко мне Кузьма. — Позвольте, я схожу, гляну, как оно. Осмотрюсь, — махнул он рукой в сторону. — Есть у меня тут знакомцы. Все расскажут!

И правда, рядом совсем. Лесопилка работает, телеги какие-то стоят, народ шевелится.

— Только прошу, без приключений, — кивнул я, разрешая. — Сейчас всё тут выясним, и наведем порядок. Драться не обязательно.

Кузьма двинулся чуть не бегом. Очень быстрым шагом, это точно. Жиган посмотрел на меня, и я махнул рукой, отпуская его следом за слугой. Пусть присмотрит, а то не дай бог опять мордобой начнется.

Хитрованец отстал от своего спутника метров на сто, наверное. Кузьма скрылся за воротами. Ничего не происходило до того момента, когда Жиган подошел к лесопилке. И сразу, как ждали, оттуда раздался выстрел, а потом и второй. Тут же заголосила какая-то женщина, да так громко, что и здесь я хорошо услышал вопль “Убили!!!”.

Глава 18

ХАБАРОВСКЪ. Шайки хунхузовъ безпокоятъ уссурiйское казачье населенiе. Приняты крутыя мѣры. Посланы команды русскихъ и китайскихъ войскъ на рѣку Норъ для уничтоженiя разбойниковъ. 8-го августа отрядъ льготныхъ казаковъ разсѣялъ шайку хунхузовъ противъ станицы Козловской.

КОПЕНГАГЕНЪ. На международномъ состязанiи велосипедистовъ въ гонкѣ для любителей на 100 километровъ званiе “всемiрнаго чампiона” получилъ — Понскарлсъ, вторым пришелъ русскiй — Дьяковъ, третьимъ датчанинъ — Антонъ Гансенъ.

Англiя, Японiя и Россiя. Въ «Daily News» сообщаютъ изъ Йокагамы слѣдующiе не лишенныя значенiя свѣдѣнiя: «Политическiй горизонтъ ясенъ, настроенiе мирно. Можетъ-ли по этому поводу радоваться Англiя — это вопросъ другой. Японiя понемногу падаетъ въ объятiя Россiи, и теперь уже не скрываютъ, что между первой и второй заключенъ договоръ для замiренiя Кореи.»

Ничего, как пишут в романах, не екнуло. Ну кричит, и ладно. Бабские оценки в таких вещах — дело ненадежное. Они и про разбитый нос могут громогласно заявлять, что убили. И только когда Жиган, заскочив во двор лесопилки, тут же вернулся и замахал руками, я понял — что-то непотребное там творится. И поскакал к воротам молодым козлом, срезая угол дороги.

Сколько там прошло времени? Минута, наверное, или чуть больше. Тут и расстояние было — курам на смех. За мной гремел тарантас, на ухабистой дороге растерявший всё преимущество в скорости. Сколько времени добежать — тут и расстояние