Доспех духа 1-11 - Фалько

я от мыслей, только когда стержень в ладони заметно потяжелел и начал тянуть руку к полу. Пришлось долго и осторожно забирать из него силу, так как он начал угрожающе разогреваться. Чтобы опять ничего не взорвать, убрал его обратно в кошель. Встав, прошел несколько кругов внутри беседки, разбрызгивая небольшие лужи. Затем решительно зашагал к дому. Заглянул в гостиную, где утром встретил Сяочжэй, но никого там не застал. Прошел вдоль коридора, заглядывая во все комнаты подряд. Перепугал какого-то пожилого мужчину, мило беседующего с молодой женщиной в тихой комнате. Едва не нарвался на скандал с какой-то важной дамой, возмущенной тем, что я помешал ей пить чай. В итоге открыв очередную дверь, увидел принцесс, тихо о чем беседующих в уютной комнате с изысканным интерьером. Больше всего комната напоминала выставочный зал в художественной галереи, в центре которого поставили два диванчика. Даже стола и того не было.

Вломился без спроса, подошел и уселся на ближайший диван. Сяочжэй посмотрела на меня вопросительно, слегка наклонив голову.

— Прошу простить за грубость и глупое поведение, — сказал я. — Я сожалею, что вел себя несдержанно.

Старшая принцесса удивилась, взгляд ее стал более пристальным. Любит она выразительные паузы.

— Мы не сердимся на тебя, — Чжэнь перевела ее слова. — Ты был хмур и зол, но не успел сказать и сделать ничего плохого.

— Это не моя заслуга, — опустив взгляд, произнес я.

— Тем не менее, — она улыбнулась. — Может чаю?

— Только если он будет сладким. Не понимаю, как вы можете пить его без сахара.

Как я выяснил позже, император Цао уехал рано утром. Поэтому обед прошел в более спокойной обстановке, но в любом случае я был единственным мужчиной за столом и чувствовал себя неуютно. Серьезных тем никто не касался, говоря больше о Тибете и погоде. Настроение немного улучшилось, и я смог спокойно позаниматься в саду. На завтра Чжэнь предложила нам прогулку по городу, обещав показать достопримечательности и старый храм, стоявший на площади рядом с небоскребами.

Развалившись на кресле, я ждал приглашение на ужин, думая о насущных проблемах. В дверь комнаты постучали, но можно было не вставать, так как открыла одна из служанок. Собственно, о предстоящем серьезном разговоре с ними я и думал. Ведь до сих пор не удосужился узнать, как их зовут.

Спустя минуту мне протянули планшет в знакомой обложке. Им пользовалась Анна Юрьевна. Не успел спросить, зачем он мне, так как экран засветился, показывая, что поступил видеозвонок. Нажал кнопку ответить. Экран потемнел, а затем на нем появилось лицо Таси.

— Кузя, привет, — она заулыбалась. — У вас там не ночь?

— Пять часов всего разница, — сказал я. — Привет. Хорошо выглядишь. А мы из Тибета сбежали.

— Знаю, знаю, — отмахнулась она. — Аня рассказала. Анна Юрьевна, — поправила себя Тася. — Ну и как тебе заграничная учеба?

— Плохо. Дома лучше. Зря только съездил. Говорил же тебе, останусь дома, а ты настаивала.

— И плохой опыт бывает полезен, — философски заметила она. Посерьезнела, словно у них что-то плохое случилось.

— Что у вас? — вздохнул я. — Опять мафия и Тени?

— Нет, с ними договорились. Ты давно мировые новости читали или смотрел?

— После обеда в телефоне листал. Ничего интересного.

— Даже то, что Япония вот-вот силой захватит Кунашир и Итуруп?

— А, слышал. Что, прям вот сейчас хотят захватить?

— Прямо сейчас, — она даже глаза закатила от моего равнодушного отношения к новости. — Едва вы уехали, началось. По новостям десять раз в день мусолят. Флот показывают, учения, мастера объемные техники колдуют, и даже ректор выступал. Понимаешь о чем я?

— Призовут мастеров из великих родов и меня в том числе. Точнее, в первых рядах, так?

— Я поражаюсь твоему спокойствию. Война будет! Глава рода, Петр Сергеевич, говорит, что сто процентов. На Итурупе диверсионный отряд поработал, разгромив военную часть. И корабли они десантные формируют, для полноценной высадки. Думает, что они пойдут дальше, так как по их телеканалам заявления идут с претензиями на Сахалин, теперь понимаешь? Правитель на рода давит и требует, чтобы каждый отправил хотя бы по одному мастеру. Да, не смотри так, — вздохнула она. — Матчиных требуют на растерзание бросить. Давят на то, что ты главный специалист по Японии, их кланам и мастерам.

— Хочешь сказать, что лучше бы я в монастыре сидел?

— Туда уже человека отправили, чтобы тебя забрать, — вздохнула она. — В общем, я вылетаю в сторону Сахалина, встретимся там через два дня…

— Стоп! — остановил я ее. — Никуда ты не вылетаешь, это раз. Я серьезно, без шуток. Решай семейные дела, приглядывай за мамой, я и без тебя управлюсь.

— А два? — Тася как-то сникла. Видать, успела поговорить с мамой и получила нагоняй.

— Два — это много, я бы сказал: «полтора», — немного рассмеялся, пытаясь поднять ей настроение. — Я вчера вино с Императором Цао пил, он мне об этой проблеме рассказал. О претензиях императора Тайсе на острова. Говорит, бери в жены дочь мою и я с тобой сто мастеров отправлю, всех японцев изведу. Представляешь, насколько твой муж важный и уважаемый человек?

— Соглашайся, — серьезно заявила она оживившись. — Это даже лучше, чем «хорошо». Он тебе как родственнику поддержку окажет.

— Тася, ты в своем уме? Не пила с утра?

— Я серьезно, это отличный выход… — она как-то странно нахмурилась, поджала губы. — Тебя ведь бросят в самое пекло…

— Ты чего, плачешь, что ли? — удивился я. — Да брось, плевое дело, высадиться на острове и прибить пару мастеров. Я с братом поговорю, Джима с собой возьму, мы вдвоем столько дел наворотим, японцы вплавь побегут обратно к себе.

Но Тася уже рыдала, роняя слезы прямо на планшет. В это время послышался сигнал звонка. Я что-то сразу не сообразил, ткнул на выскочившее сообщение и экран разделился на две части, показав в правой главу рода, Петра Сергеевича.

— Аня я… — начал было он, но заметил нас, удивился. — Кузьма, Таисия Павловна? Я помешал? Перезвоню…

— Нет, нет, — быстро сказала Тася, вытирая слезы, — мы уже поговорили.

И она отключила связь.

— М, да, — задумчиво произнес я. — Женщины…

— Анна там далеко? — спросил Петр Сергеевич.

— В своей комнате. Мне планшет передали потому, что Тася звонила. Сейчас я схожу, отдам ей. Позвоните минут через пять.

— Нет, нет, — быстро сказал он. — Я как раз с тобой и хотел поговорить.

— Курилы, японцы, война, меня решили бросить в самое пекло, — кратко изложил я. Главе понадобилось несколько секунд, чтобы все переварить. — Так Тася сказала. Все настолько плохо?

— Плохо, но не критично. Японцы, как всегда, бряцают оружием. Но на днях два мастера напали на