"Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 - Алексей Иванович Ефимов

– Вперед! – заорал Охэйо, бросаясь к двору – единственному здесь месту, где горел свет. Наури последовал за ним, стараясь поддерживать спотыкавшуюся Лэйит. Один из одержимых преградил ей путь – но в руке Лэйит был нож и она сделала широкий взмах, словно орудуя мечом. Из перерезанного горла волной плеснула кровь и тварь покатилась по земле, корчась в агонии.

Лэйми восхитился ловкостью девушки. Тут же путь ей преградила вторая тварь, но Наури наотмашь ударил её кулаком в горло и она тоже рухнула им под ноги. До забора осталось секунд десять бега.

Прижавшись наконец к стылым прутьям, Лэйми увидел просторный, почти темный двор, заросший голыми деревьями и пустынный, насколько хватал глаз. Их стволы и низкий срезанный холм подземного гаража не давали рассмотреть, что скрывалось в глубине.

Повернувшись, он на миг встретился взглядом с Охэйо – тот был совсем рядом. Затем Аннит крепко вцепился в прутья, упираясь босой ногой в его зад – и прежде, чем Лэйми успел осознать это, он уже стоял у него на плечах. Развернувшись, Аннит сел на заборе, тут же нагнулся и протянул руку, помогая ему подняться. Они вместе втянули наверх Наури и Лэйит, а потом осторожно соскользнули вниз. Тут же решетка превратилась в частокол алчно машущих рук. Её принялись яростно трясти, но толстые прутья даже не дрогнули. Они опередили тварей всего на пару секунд, но те, к счастью, оказались слишком тупы, чтобы помогать друг другу.

Переводя дух, Лэйми осмотрелся. Ворота, ведущие в парк, были заперты на висячий замок, однако через них при большом желании вполне можно было перелезть, да и в огромном дворе наверняка нашлось бы множество других лазеек. К тому же, и здесь могло оказаться что угодно...

Цепляясь друг за друга, они побрели под низкими корявыми деревьями в темную глубь двора – но все двери домов оказались заперты. При каждом шаге ноги Лэйми пронзала мучительная боль и он сомневался, что сможет пройти больше метров ста. Как и остальные.

– И куда дальше? – спросила Лэйит у Охэйо.

Тот опустил глаза.

– Лэйит... я не знаю.

9.

Отчаянно дрожа от холода, они сели в центре двора, прижавшись спинами друг к другу и обхватив руками колени. Перечеркнутый множеством длинных теней свет единственного синего фонаря, укрепленного под крышей одного из домов, рассеиваясь, походил на лунный. Всё остальное здесь было черным – земля, морщинистые стволы деревьев, асфальт с замерзшими лужами, окна... За оградой толпились бормочущие тени. Несколько раз нелюди пытались залезть на неё, но каждый раз срывались.

Лэйми опустил голову, уткнулся лицом в колени. Ему невыносимо хотелось спать. Он понимал, что замерзает, но страха в нем уже не осталось. Босых ног он уже не чувствовал, холода тоже. Бормотание тварей казалось почти уютным, словно колыбельная. Он даже задремал на несколько мгновений – но Охэйо вдруг грубо толкнул его.

Лэйми с трудом поднял голову. К ним шел человек – по крайней мере, на нем были штаны, башмаки и черная кожаная куртка. На бледном лице не оказалось наростов. В руках он держал тяжелое самодельное копье из арматурного прута, – но, когда он подошел ближе, Лэйми понял, что мальчишке едва ли исполнилось семнадцать. Лицо у него было испуганное. Не доходя шагов десяти, он замер, всматриваясь в них, явно не вполне уверенный, люди ли они.

Тишина висела несколько мгновений, потом из толпы нелюдей хлынул дикий, бессмысленный рев, тут же раскатившийся по парку – его заполнил поток одержимых, прежде шедших по улице. Через секунду ворота двора затряслись от усилий сотен вцепившихся в них рук.

Юноша испуганно сглотнул и невольно попятился, но смотрел он не на них, а на рослую фигуру, прижавшуюся к решетке. Её лицо, перекошенное громадным черным желваком, казалось наполовину расплавившимся. Странные гибкие усики выползали из-под её пальто, оплетая ограду – и вдруг плоть прижавшегося к ней лица поплыла, словно воск. Лэйми замер, сжав зубы. Несмотря на холод, его бросило в пот. Охэйо тоже замер, удивленно приоткрыв рот.

Нелюдь буквально растекался по решетке. Его руки превратились в ветвящиеся, словно корни, щупальца, сотни усиков шарили по прутьям. Лэйми увидел, что все они кончаются крохотными зубастыми пастями.

Юноша отступил на шаг, занося копье, – и изо всех сил метнул его. Ржавое, полудюймовой толщины острие воткнулось в солнечное сплетение, словно в мешок с песком, пробив нелюдя насквозь. Он выгнулся, разрывая упругие тяжи, и закричал так, что от далеких стен отозвалось глумливое эхо.

10.

С трудом опомнившись, юноша повернулся, поманив их за собой. Выбора у них не было – они побрели вслед за ним, дрожа и спотыкаясь.

Лэйми не видел, что происходит вокруг. Мысли о том, что он может стать таким же, не давали ему дышать. Охэйо, напротив, был спокоен – хотя бы внешне.

Они поднялись на низкое бетонное крыльцо. Едва юноша прикоснулся к глухой стальной двери, за ней что-то щелкнуло и она с шипением распахнулась – вероятно, у него был магнитный ключ.

Когда все вошли, за спиной Лэйми раздался резкий металлический звук – ворота двора сорвались с петель. Обернувшись, он увидел поток устремившихся к ним нелюдей – но до них было не меньше метров ста.

Они оказались в бледно освещенном кубическом шлюзе и лишь когда наружная дверь закрылась, открылась внутренняя – точно такая же. За ней было неожиданно тесно – слева узкая лестница уходила куда-то в непроглядный мрак, справа не менее узкая галерея с цементным полом вела к другой, короткой лестнице. Над ней, на стене, горела единственная длинная лампа, – она рассеивала странный, желтовато-синий свет и равномерное, усыпляющее жужжание. Кроме него здесь не было слышно ни звука.

Они все сползли на пол, упираясь спинами в стены и едва дыша. Лишь сейчас Лэйми начал понимать, как мало у них было шансов.

Когда его сердце перестало колотиться в ребра, как безумное, он осмотрелся. В стене под лампой была глухая дверь из темно-серой стали, снабженная кодовым замком – наверное, она вела к лифтам, но, включив небольшой фонарик, юноша свернул к стиснутой облезлыми стенами лестнице, ведущей в подвал, узкой, крутой и очень длинной – они спустились по ней метра на три. Когда они миновали тяжелую облезлую дверь, юноша захлопнул её и тоже запер на внутренний замок. Воздух за ней был тяжелый, теплый и влажный. Ощутив тепло, Лэйми словно вырвался из сжимающих его тисков