Фантастика 2026-34 - Сергей Чернов

— Всем вставать пора, через полчаса — занятия!

Может показаться, что от моего шума этаж оживает, но вряд ли. На занятия натурально пора собираться. Идти четверть часа, пять минут туда-сюда, так что у студенческих жителей на всё про всё не более двадцати минут.

Это у нас лафа. Среда ж сегодня! Только один час и то диалог с куратором. Делов-то, сесть за стол, уткнуться в планшет и внимай мудрости преподавателя с экрана. Интерактивно в режиме он-лайн. Задавай любые вопросы по поводу учёбы.

— Жирдяй, не откроешь через полминуты, я тебя на части разберу! — Перехожу на язык угроз. — Ты хоть понимаешь, насколько ты уже провинился? Костян, тебя тоже касается!

Мне фиолетово. Так или иначе, они будут активны по утрам. Или со мной бегать, или за мной, или от меня. Как получится.

Отталкиваю открывшего дверь Костяна, хватаю железной лапой за грудки Евгена, мотаю пальцем перед лицом:

— Ещё раз дверь передо мной закроешь, лучше сразу вешайся или с балкона прыгай.

— Вить, да ладно тебе, чего ты… — увещевает мирный Костя.

— И чего ты мне сделаешь? — Дерзко ухмыляется дюжий с виду сосед, силясь оторвать мою руку, и тут же сгибается, хватая ртом воздух.

Ни он, ни Костян, ни даже я сам, никто не замечает по-змеиному быстрого движения ладони, которая на миг превращается в острие копья. Сам удивляюсь, насколько постоянная тренировка может быть эффективной. Удар в солнечное сплетение отработан на уровне движений карманника высшей квалификации. Хрен заметишь и не убережёшься.

— Сказал же, что сделаю, — удерживаю его за волосы, — на части разберу. Ты даже дёрнуться не успеешь.

Слегка толкаю его в лоб, тот валится задницей на пол. Быстро ополаскиваюсь, умываюсь, обтираюсь. Евген вынужденно притухает. И не мгновенная расправа тому причиной. Выпрыгивает у меня в глазах нечто, заставляющее непривычного человека внутренне холодеть.

— Сегодня завтрак за мной, — объявляю Косте и почти пришедшему в себя Евгену. — Дежурство по комнате тоже. Завтра — ты! А за ним ты, Костян.

Требую внимательного наблюдения за мной. Им придётся с завтрашнего дня делать то же самое. Варить кашу, нарезать бутерброды, мыть посуду, проветривать комнату, протирать полы. Предусмотрительный и обстоятельный я уже запасся продуктами на всех троих.

— Овсянка, сэры! — Приглашаю к столу.

— По десять тысяч с каждого в месяц на продукты, — уминая овсянку, заправленную маслом, объявляю соседям, которые тоже скучно ковыряются в тарелках. — И чтобы всё доели! А то остатки пищи будут в ведре гнить!

Отданные деньги упрятываю в отдельный внутренний карман костюма. Туда же и свою долю. Довожу до личного состава вводную инструкцию.

— Вы все знаете про мои достижения. Кто не знает — докладываю. Я занял первое место на международной олимпиаде по математике… — по удивлённому лицу Евгена понимаю, что не до всех дошли сенсационные новости. Кто-то мимо ушей пропустил. Собственно, не удивительно, большого шума не было, а новости по телевизору не все смотрят.

— Как я этого достиг? Очень просто. Строго организовал свою жизнь. Режим дня, баланс между интеллектуальными нагрузками и физическими. Каникулы, не каникулы, выходной день или будний, не важно. День начинается с мощной зарядки, хорошего завтрака, по объёму вполовину от обычного обеда. Далее, до обеда — интеллектуальная напряжённая работа. Если нет лекций и семинаров, то в режиме самоподготовки. Каждый день! — Поднимаю палец вверх. — Это очень важно.

— И тогда успех обеспечен. Беспроблемная сдача сессии будет всего лишь фиксацией вашего мощного умственного роста. Мы вырвемся на передовые позиции по всем направлениям. Преподы будут нас уважать, сокурсники завидовать, а сокурсницы восхищаться и ходить за нами толпами.

Последние слова очень цепляют Костяна. Завтрак тем временем завершается, приступаю к мытью посуды.

— За дело, парни! — Приступаю к выдвижению стратегических лозунгов. — Когда мы превратим гранит науки в мелкое крошево, нас ждёт великая миссия!

— Какая? — С вежливым почти интересом вопрошает Костян. Евген всё ещё дуется на меня.

— Мы выведем Россию на первые позиции в мире! Весь мир будет смотреть на нас снизу вверх! Править планетой будем мы! — В таких случаях никто не понимает, что вопиющая легкомысленность моих деклараций скрывает абсолютно серьёзные намерения. Нагну весь мир, ха-ха-ха! Всех побивахом! Вот умора!

— П-ф-ф-ф! — Евген фыркает.

— Ты не веришь, потому что ты слабак, — ни капли не смущает его крайний скепсис.

— Я не верю, потому что это сказки, — отмахивается небрежно.

— Ты в себя не веришь, а не в сказки. В этом, — назидательно поднимаю палец вверх, — главное отличие сильного от слабого. Сильный — верит в себя и свои силы, слабый — нет. Я — верю в себя и свою страну.

Ну, всё. Труба зовёт к общению с куратором. Которого, улучив минутку, напрягаю за английский язык.

— Ну, не знаю, Колчин… ты меня озадачил, — условно говоря, куратор чешет репу.

— Провентилируйте этот вопрос в деканате. Первый шаг никакого напряжения не требует. Пусть начальство думает. И для начала пусть официально освободят меня от занятий по английскому. Мне оно ни к чему.

Теперь я спокоен. Начальство предупреждено. И при свидетелях, том же старосте группы, Игоре Овчинникове, куратор НЕ ЗАПРЕТИЛ мне не посещать английский.

Когда оно, общение, заканчивается, быстренько, на глазах изумлённых соседей, отжимаюсь раз сорок. С отскоками и подскоками. Соображаем чаёк, и я приступаю к матанализу.

— Что-то ты далеко залез, — заглядывает через плечо Костян. Евген валяется на кровати, изображая лежачий камень.

— А мне что, вас дожидаться? Ещё чего! Не-е-е, я полезу, как можно выше и быстрее, а вы сидите внизу, жуйте опилки. Всё, отстань!

Один из самых надёжных способов усвоения теории — практическое решение задач. В матанализе их пруд пруди. Прикидываю примерно свой объём знаний. Курс матана — три семестра, полтора года. Уверенно себя чувствую в пределах двух семестров и очень рассчитываю на то, что к зимней сессии буду знать весь курс. Не проблема.

Обедаем мы в столовой общежития. Готовить обед в комнате не с руки. Считаю, что оборудование комнат кухней не лучшее решение. Вытяжки нет, надо окно открывать, что зимой чревато. Что-то серьёзное варить никак не с руки, всю комнату паром и запахами затопишь. Не, кухня, отдельная на всё крыло — лучшее решение. Двух плит или одной многоконфорочной хватит. На такой кухне борщ сварить не проблема. В комнате допустимо только разогреть.

Поэтому обедаем мы в столовой. Готовят сносно, какой-никакой выбор есть, цена совсем не кусается. Тем более, я уже традиционно беру либо только первое, либо только второе. Чаще вторым жертвую. Но сегодня нет. Соблазняюсь на антрекот с обжаренной картошкой.

— Вы тоже зря так разошлись, — сегодня опять приходится читать лекцию о вреде обильного обеда для студентов МГУ. Мои соседи взяли полный комплект плюс пирожки и ватрушки.

— Может, ты всё-таки перестанешь нас учить уму-разуму? — Раздражается Евген.

— Да мне плевать, — ответствую равнодушно. — Моё дело предупредить, ваше — послать меня нафиг. Но с этого момента вы уже не сможете сказать, что я вас не предупреждал. Когда на лекциях вас неудержимо в сон потянет.

— Сегодня нет лекций, — резонно замечает Костян.

— Вы и завтра так же от пуза нажрётесь. И послезавтра, — неторопливо разделываюсь с мясом. Ем с чувством, с толком, расстановкой, но заканчиваю заметно раньше.

— После обеда рекомендуется прогулка и небольшой отдых. Я на улице, если что.

На воле я их не дождался, да и сам не стал затягивать. Подышал под смурными тучами сырым воздухом и ходу до комнаты. Надо матанализ добивать. Чистая победа над ним близка!

5 октября, время 16.20.

В субботу день облегчённый не только у нас. Вижу по оживлению в общежитии и в окрестностях. У нас физкультура последней парой прошла, на которой вдоволь наигрался с баскетбольным мячом. Физкультурник целит меня в сборную факультета. Для начала. Попросил отсрочки до следующего семестра. Надо в университетскую жизнь поначалу врасти.

— Мальчик, а тебя не Витя Колчин зовут? — На меня смотрят две любопытные девичьи мордашки. Тоже вышли на балкон, некоторое время перешёптывались рядом.

— Откуда вы знаете? — «Пугаюсь» и озираюсь в параноидальном страхе. — Вы следите за мной⁈

На короткую секунду девочки подвисают, затем хихикают.

— Нет, мы тебя в сети видели. Как вас медалями награждали, — после паузы, продолжают, отвечая на мой интерес. — Мы тоже с ФКИ, второй курс. Я — Люда, а её Верой зовут.

Люда светлорусая блондинка, пожалуй, можно назвать хорошенькой. Сразу определяю, что не спортсменка ни разу, но неплохо сложена. В отличие