"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

— И прекрати так пялиться, — раздраженно бросил Петр. — Ты меня нервируешь этим взглядом.

И опять тишина.

Петр вздохнул и потер переносицу.

— Ладно, на сегодня хватит. Но запомни главное, — он ткнул пальцем в шлем Владимира. — Шлем не снимать. Ни при каких обстоятельствах. Последнее, что мне нужно — чтобы у тебя опять пошли фантомные воспоминания. Странно, что они вообще у тебя остались. Понял?

Владимир кивнул.

— Отлично. Можешь идти в ящик. Завтра проверю твои каналы.

Когда тяжелая дверь закрылась за молчаливой фигурой в доспехах, Петр достал платок и вытер лоб. Не то чтобы он устал, просто это раздражало. Триста лет работы, а тело до сих пор сопротивляется полному подчинению. Это одновременно поражало и раздражало.

— Наверное, надо было укрепить рунический контур, — пробубнил он себе под нос. — Хотя на что я жалуюсь? Вон, хоть что-то работает.

Он направился в свои личные покои. Огромный кабинет с панорамными окнами выходил на заснеженный внутренний двор. За ним была кремлевская стена с маленькими окошками, в которых виднелась Красная площадь. Город жил своей жизнью — машины, люди, магазины. Никто из них даже не подозревал, какие силы крутятся за кулисами.

У камина в кресле сидела женщина. Ее русые волосы были аккуратно уложены, на ней было дорогое платье, вся она производила впечатление красивой, но усталой правительницы.

— Здравствуй, дорогая, — тихо произнес Петр, подходя и опускаясь на колено рядом с креслом.

Женщина не ответила. Она смотрела в огонь.

— Вижу, тебе с каждым днем все лучше, — продолжил царь, беря ее теплую руку в свою. — Какая же ты красивая. Давай сегодня покатаемся по городу, как раньше?

— Прости, но сегодня не хочу, — наконец ответила Екатерина. — Может, завтра?

— Ты продолжаешь злиться на меня? Катя, я же объяснил, зачем все это? Прошу, доверься мне в последний раз. Это все спектакль. Все будет хорошо, вот увидишь! — он сжал ее руку сильнее. — В конце концов, именно ты держишь у сердца мою смерть. В любой момент ты можешь все это прекратить, если посчитаешь, что я злодей.

Женщина медленно моргнула.

— Я не знаю, Петя. Все так противоречиво. Простой народ действительно стал жить лучше. Намного. Но то, как ты это все делаешь, ты же не был таким.

— Новые времена требуют новых решений, — сухо ответил Петр. — Правителю приходится выбирать те методы, которые многим могут казаться жестокими, но именно для этого и нужен правитель. Меня должны бояться, чтобы все работало во благо.

Он поднялся, поцеловал ее в лоб и вышел из комнаты. В коридоре его уже ждал слуга.

— Ваше величество, посол прибыл. Ожидает в приемной.

— Пусть заходит, — кивнул Петр, направляясь обратно в кабинет.

Через минуту дверь открылась, и вошел мужчина средних лет в строгом костюме. Он поклонился.

— Ваше величество.

— Садись, Александр Семенович, — Петр опустился в кресло за массивным столом. — Как прошла подготовка?

— Все готово, — ответил посол, устраиваясь напротив. — Завтра утром вылетаю на Сахалин. Официальная версия — переговоры о восстановлении торговых отношений и обмене пленными.

— Пленными? — царь налил себе стакан виски. Послу не предложил. — Ну да ладно. И что ты скажешь Кузнецову?

— То, что мы обговорили. Империя готова к диалогу. Признание независимости Сахалина в обмен на нейтралитет в конфликте с Европой. Плюс возврат двадцати пяти пленных офицеров.

— А на самом деле? — прищурился Петр.

Посол замялся.

— На самом деле я должен оценить его готовность к войне. Военные объекты, численность войск, союзников. И… — он понизил голос. — Найти слабые места.

— Вот именно, — кивнул царь. — Кузнецов умен, но молод. Он будет пытаться произвести впечатление. Покажет тебе свои игрушки, свою армию. Твоя задача — запомнить все. Каждую деталь. Где стоят артефакты, какие маги у него есть, кто из приближенных действительно силен, а кто просто для понтов.

— Понял, ваше величество.

— И еще, — Петр отпил виски. — Если увидишь его жен, узнай, где они живут, и где дети. Это важно.

Посол кивнул, хотя в глазах мелькнуло непонимание.

— Вопросы есть?

— Один. Что, если Кузнецов заподозрит что-то?

— Не заподозрит, — усмехнулся Петр. — У него сейчас полно проблем. Европа, эти чертовы божества, поиски… — он осекся. — Короче, он будет рад любому шансу на мирное решение. Даже если не верит в него полностью.

— Хорошо. Тогда с вашего позволения…

В этот момент на столе завибрировал телефон. Петр глянул на экран и нахмурился.

— Подожди в приемной. Я тебя позову, — бросил он послу.

Когда дверь закрылась, царь взял трубку.

— Да?

— Мистер Романов, — раздался бодрый голос с легким американским акцентом. — Надеюсь, я не отрываю вас от важных дел?

— Вот уж не ожидал. Неужели это сам президент США, — Петр откинулся в кресле. — Всегда рад слышать. Что на этот раз?

— Видите ли, у нас тут небольшая проблемка, — в голосе президента США послышались нотки беспокойства. — Ваша маленькая заварушка с Сахалином начинает влиять на наши интересы в Тихоокеанском регионе.

— Каким образом?

— Недавно, вы отправили флот Нахимова в сторону Японии. У нас с ними перемирие, как вы знаете. И судя по имеющейся у нас информации, вы были готовы к конфликту. Хотя Император Мэйдзи сообщил нам некоторые детали, мы можем принять меры, согласно нашей юрисдикции.

— Забавно… — усмехнулся Петр. — Давай на чистоту. Ты звонишь, как президент, или как служка хаоса?

— Вы умеете читать между строк…

— И что вы предлагаете?

— Перемирие. Хотя бы временное. Мой хозяин понимает ваши намерения и видит в вас угрозу, но сейчас у нас есть общий враг.

Петр побарабанил пальцами по столу.

— Враг моего врага? — ухмыльнулся он.

— Что-то вроде…

— Потому что Кузнецов — это не просто мятежный князь, мистер президент. Это угроза балансу сил в регионе, — продолжил Петр Первый. — Верно я говорю? Плюс у Кузнецова достаточно влиятельные и сильные союзники. Тот же Мэйдзи.

— Ваш ответ, Петр Романов, — в голосе американца прозвучала сталь. — Мы оба понимаем, что нам обоим этот разговор неприятен. Но у нас общие интересы. По