"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

— Сюрприз? — повторило оно голосом Сёкен. — Какой милый эвфемизм для «мне повезло».

— Везение тут ни при чем, — я сделал шаг вперед. — Ты облажалась.

Черные глаза сузились.

— Осторожнее со словами, смертный.

— Или что? — я склонил голову набок. — Снова попробуешь стереть мне память? Давай. Я подожду.

Мэйдзи напрягся рядом со мной, но я жестом попросил его не вмешиваться. Пока не вмешиваться.

— Ты не понимаешь, с кем говоришь, — божество приподнялось на ложе. Движения Сёкен были неестественно плавными, будто у марионетки на нитях. — Я не какая-нибудь мелкая тварь из прорыва. Я древнее этого мира. Я стирала цивилизации, когда твои предки еще не научились разводить огонь.

— Впечатляющее резюме, — кивнул я. — Только вот проблема: ты не смогла стереть память одному человеку. Мне. И теперь ты напугана.

— Напугана? — божество рассмеялось, и этот смех из уст Сёкен звучал жутко. — Я? Тобой?

— Именно. Потому что такого раньше не было, верно?

Смех оборвался.

Я попал в точку.

— Ты привыкла, что твоя сила работает безотказно, — продолжил я, медленно приближаясь. — Стерла память — захватила разум. Простая схема. Эффективная. Сколько тысяч лет она тебя не подводила?

Божество молчало, но я видел, как дрогнули руки Сёкен.

— А тут — облом. Память на месте. Я на месте. И я очень, очень зол.

— Ты не сможешь меня убить, — процедило божество. — Я не мелкая сошка. Даже Владимир не смог меня уничтожить — только прогнать.

Я остановился.

— Владимир?

— Твой предок, — в голосе божества прорезалось злорадство. — О, я помню его. Сильный был маг. Очень сильный. Он был близок. А его память… — божество улыбнулось как Сёкен. — Его память я все-таки стерла. Частично. Достаточно, чтобы он забыл кое-что важное.

Лора тихо выругалась у меня в голове.

— Так вот почему в архивах такие пробелы, — пробормотала она. — Эта тварь постаралась.

— Значит, убить тебя я не смогу, — я пожал плечами. — Ладно. Переживу. Пока мне достаточно выгнать тебя из этого тела.

Божество напряглось.

— Что?

— Ты слышала. Убирайся из императрицы. Добровольно или принудительно — выбор за тобой.

— Ты блефуешь.

— Проверь.

Мы смотрели друг на друга — я и древнее божество в теле японской императрицы. Секунды тянулись как часы.

— Ты не знаешь, как это сделать, — наконец сказало божество, но в его голосе появилась неуверенность. — Никто не знает.

— Я много чего не знал, — я улыбнулся. — А потом узнавал. Обычно — в процессе. И знаешь что? У меня неплохо получается импровизировать.

Божество дернулось, пытаясь встать, но Болванчик мгновенно сковал тело Сёкен — мягко, но надежно фиксируя ее на ложе. Все же тело было истощено и физически было не сильнее ребенка.

— Лора, — позвал я. — Что у нас есть по изгнанию этой твари?

— Работаю, — отозвалась она. — Так, божество забвения… Основа силы — ментальная. Оно не просто сидит в теле, оно интегрируется в сознание носителя. Нужно разорвать эту связь.

— Как?

— Нужен кто-то, кто умеет работать с сознанием напрямую. Целитель высокого уровня. Как удачно, что у нас есть…

— Роза, — и я повернулся к женщине. — Нужна твоя помощь.

Роза шагнула вперед, на лице застыло серьезное выражение.

— Менталка?

— Ага, справишься?

Она посмотрела на императрицу, на черные глаза божества, на Мэйдзи, который, казалось, держался на одной силе воли.

— Справлюсь, — твердо сказала она. — С твоей помощью.

— Вы не посмеете! — прошипело божество. — Если вы попытаетесь меня изгнать, я уничтожу разум этой женщины! Она останется пустой оболочкой!

— Нет, — спокойно возразила Лора, говоря через детальку Болванчика. — Не останется. Потому что я буду контролировать процесс. Каждую секунду. Каждый нейрон. Ты не успеешь ничего уничтожить.

— Ты? — божество уставилось на детальку. — Что ты такое?

— Сюрприз, — и несколько металлических палочек в воздухе создали смайлик.

Божество впервые выглядело по-настоящему испуганным.

* * *

Следующие два часа были… интенсивными.

Роза работала руками, погружая их в едва видимое свечение вокруг головы Секен. Ее лицо было покрыто потом, а губы беззвучно шевелились — то ли молитвы, то ли заклинания, то ли просто ругательства.

Лора координировала процесс, выводя передо мной десятки окон с данными. Я видел что-то вроде карты сознания императрицы — яркие участки памяти, темные пятна, где засело божество, и тонкие нити, которыми оно вцепилось в разум носителя.

— Осторожнее, — командовала Лора. — Вон та нить слева — это связь с долговременной памятью. Не порви.

— Знаю, — сквозь зубы отвечала Роза.

Божество сопротивлялось. О, еще как сопротивлялось. Сёкен билась в конвульсиях, ее рот открывался в беззвучном крике, а из черных глаз текли слезы — непонятно, императрицы или твари внутри нее.

— Сенсей, держите ее, — приказал я.

Император, бледный как смерть, сжимал руку жены и что-то шептал ей по-японски. Наверное, что-то ободряющее. Или угрожающее божеству. С Мэйдзи никогда не знаешь.

— Отпустите меня! — взвыло божество уже совсем не человеческим голосом. — Я вернусь! Вы слышите⁈ Я вернусь и сотру вас всех!

— Записал, — равнодушно отозвался я. — Внес в список угроз. Ты примерно сто сорок седьмая в очереди.

— Нашла! — вдруг воскликнула Роза. — Михаил, мне нужна твоя сила! Много!

Я не стал переспрашивать. Просто вложил все, что мог, в поток энергии, направляя его через Розу.

— Лора, готова?

— Всегда готова.

— На счет три. Раз… два…

— ТРИ!

Роза рванула что-то невидимое, Лора заблокировала все попытки божества зацепиться за сознание императрицы, а я влил такую порцию чистой энергии, что у меня потемнело в глазах.

Сёкен выгнулась дугой, ее рот раскрылся — и из него вырвалось облако черного дыма. Божество, лишенное носителя, заметалось по комнате, натыкаясь на стены.

— БУДЬТЕ ВЫ ПРОКЛЯТЫ! — проревело оно. — ВСЕ ВЫ!

И исчезло. Просто растворилось в воздухе, просочившись куда-то за пределы нашего мира.

Наступила тишина.

Сёкен обмякла на ложе, ее глаза — нормальные, человеческие, темно-карие — закрылись. Она дышала. Слабо, но ровно.

— Получилось? — хрипло спросил Мэйдзи.

Роза, пошатываясь, отступила на шаг и