Фантастика 2026-96 - Макс Вальтер

я пока не расспрашивал. Вождь же — это скорее воевода. Они правят племенем совместно. Точнее племенами правят младшие шаманы. А такие как Кронг уже больше соответствуют званию высокого лорда и курируют все стойбища на закрепленной за ними территории. Живут они при этом в столице, время от времени наведываясь в каждое из подведомственных племен.

— Они его видели? — напряглась я. — Не может быть так, что именно Кронг попросил нас задержать? Хотя мы и не собирались гнаться за ним, нам бы обратно как-то выбраться. Джахрук может нам в этом помочь?

— Не собирались, но похоже придется, — вздохнул Тэль. — Искать тайные пути младшие шаманы не могут, только такие как Кронг и высшие. Про них я еще не спрашивал. Джахрук сказал, что он просто не настолько хорошо понимает духов и не способен внять знаниям гегемонов. Права в том, что правильно понял последний термин, я не уверен, но это что-то вроде местных правителей и кажется они даже не орки. Но тут я опять же не совсем уверен. Дословный перевод слов нашего знакомого звучит как «высший разум», но это точно кто-то вполне материальный. Будем общаться дальше, может разберусь.

— Ладно. А что это за история со старшими и младшими мужьями?

— Особенность социального устройства этой расы, — равнодушно пожал плечами эльф. — У них очень высокая смертность среди мужчин, но и рождается их почти впятеро больше чем женщин. Обращаться с оружием у орков умеют все, кто способен удержать его в руках, но война и охота — прерогатива мужчин. Женщины сражаются, только защищая стойбище или детей.

— Погоди, но Борх говорил, что во время вторжения орков среди них были и женщины, которые тоже сражались.

— Тему вторжений я затрагивать пока не рискнул, — едва заметно поморщился эльф. — Но думаю, к нам отправляют целые племена, которые идут в неизвестность в поисках лучшей жизни. С едой тут действительно совсем плохо. Наиболее сильные племена кочуют по более удачным территориям. Это же стойбище не может отправить сильных бойцов на ежегодный турнир и постоянно находится под угрозой голода. Что за турнир и при чем тут территории расспросить я пока не успел. Но давай вернемся к особенностям социального устройства. Как я уже говорил, женщины сами не охотятся и в случае смерти добытчика, и она и ее дети были бы обречены на голодную смерть. Старший муж — это воин, охотник, добытчик. Он много времени проводит вне стойбища, но его слово в семье — закон. Младший муж — собиратель и защитник. Выбирает его женщина, но в семью он входит только с одобрения старшего мужа. Конфликт между семьями решается поединком старших мужей. Если старший погибает, младший автоматически меняет свой статус на старшего мужа в семье, а женщина выбирает нового младшего мужа. Это обеспечивает возможность произвести и сохранить достаточное количество потомства.

— А почему тогда ты сказал, что не хочешь быть младшим мужем? Ведь логично, если ты будешь рядом со мной, а Райн отправится на охоту и при необходимости подерется.

— Потому что я единственный, а младший это как бы и не совсем муж, потому что детей иметь женщина может только от старшего.

— Да ладно тебе, — улыбнулась я и обняла своего любимого эльфа. — Будем считать, что вы просто по возрасту назвались. А дети у меня будут только от тебя.

И тут же погрустнела. Эх, как там сейчас Алекс, да и Маугли тоже. Наверняка ведь переживают…

Переговоры с шаманом продолжались еще полдня и в результате было решено, что до момента, когда орки снимутся с места и отправятся в путь, мы остаемся в стойбище. Тэль в процессе еще и крохотную орчанку, которую принесли на осмотр шаману, полечить успел. А потом я вывесила над стойбищем условный знак, означавший, что все в порядке и нашим друзьям тоже нужно идти сюда.

Появление в селении вампира с аркшарром произвело настоящий фурор. Я даже напугалась, когда, увидев эту колоритную парочку, шаман рухнул на колени, а остальные орки и вовсе распростерлись ниц. Вот так мы и выяснили, что гегемонами здесь называли аркшарров, которые телепатически общались с высшими шаманами, и те уже передавали их волю остальным оркам. В результате нас поселили не у шамана, как планировалось изначально, а установили особый шатер, предназначавшийся для почетных гостей из столицы. Ох, чувствую, не зря меня предвидение к Крону привело.

Глава 5

Спустя всего пару дней, мы были в поселении уже практически своими. За это время Райн успел подраться с доброй половиной мужского населения, не проиграв ни одного поединка и стать любимцем мелкой детворы, а Тэль собирал из окружающего пространства чистую воду, которая у орков тоже оказалась в дефиците. Правда Джахрук сказал, что это особенность именно данной стоянки, а в остальных проблем с питьевой водой нет. Однако меня это ничуть не успокоило, поскольку я привыкла водой еще и мыться, а орки себе такого позволь не могли. Во всяком случае орки этого племени.

А еще Тэль выяснил, что же это за турнир такой необычный, по которому определяется сила племени и назначается кочевой маршрут. Он проводился ежегодно сразу после начала сезона дождей, на время которого орки становились оседлыми. Длился этот сезон у них примерно полтора месяца и, соответственно, участники успевали вернуться в свои племена и сообщить тем радостную или печальную весть о смене маршрута. Или не сообщить, поскольку временами поединки заканчивались летально для участников. В таком случае к младшему шаману отправляли гонца из столицы. Поединки проходили без оружия, но все равно крайне жестко, а еще оказалось, что участвовать в них должна в обязательном порядке полноценная семья, и старший муж, вернувшись с турнира, мог занять должность вождя племени, если этого хотел. Причем независимо от результата, показанного на турнире. А значит если вождь хотел сохранить свой статус, то должен был идти туда сам и рисковать еще и своей женой.

Вот тут у Тэля и возникла сумасшедшая идея, как нам вполне легально попасть в столицу, чтобы попытаться найти Кронга. Дело в том, что участникам турнира выдавались особые ожерелья, чтобы каждый орк знал, что его обладатель неприкосновенен, ибо ему предстоит решать судьбу всего племени. За нападение на участника турнира полагалась казнь всех родственников до третьего колена, которые иногда могли составлять аж четверть племени. Правда и не явиться при этом на турнир означало бы практически