Пришелец в СССР - Дмитрий Сергеевич Самохин

Отец подозревал что-то нехорошее. Ему не нравилось, что все свободное время я пропадал в порту. Он несколько раз пытался вызывать меня на откровенный разговор, но я не хотел с ним разговаривать. Я тогда ни с кем не хотел разговаривать, кроме своих новых дружков. Даже если бы мой родной дедушка восстал бы из могилы и пришел бы ко мне с душеспасительной беседой, я бы отмахнулся от него, как от назойливого кокторуса. И отец махнул на меня рукой, решив, что рано или поздно я одумаюсь. Нагуляюсь как дикий кокторус и вернусь в родное стойло. Я вынужден был его огорчить.

Сдружился я с одним младшим помощником капитана Чарли по прозвищу Труба. Надо было мне насторожиться, хорошему человеку такое экзотическое прозвище не дадут. Но я был молод и очень доверчив, да признаться еще и очень глуп, раз я решился вообще на такой поступок.

Стоило только Чарли намекнуть на то, что я не прочь сделать ноги с этой планеты, как он тут же загорелся идеей помочь мне в этом начинании. Он прямо трындел об этом без остановки каждый раз, когда мы встречались в порту после его очередного рейса. И что интересно до нашего знакомства я его раньше не видел, а тут он зачастил к нам, словно родился на этой планете. А я ведь только хотел прощупать почву. Но Чарли вцепился в меня мертвой хваткой. И наконец я решил, что у меня достаточно денег, чтобы начать жизнь с начала, где-нибудь на другом конце звездного пути.

За все время существования нашей колонии я был первым, кто решился на побег и успешно сбежал. Не думаю, что после меня найдется хотя бы еще один такой же идиот. И вот сейчас, находясь на службе в милиции на чужой для меня планете, я проклинал того мальчишку, который не послушался отца и братьев и решил, что в другом мире ему будет лучше, чем в родном. Хотя, конечно, топтать землю в милицейских погонах, куда лучше, чем с плазмоганом штурмовать гнездо идрисов.

Чарли на то и прозвали Труба, что трубел он много, да все больше не по существу, с целью ввести в заблуждение, обвести вокруг пальца, залезть тебе в карман, а затем выпотрошить, как последнего маменькиного сынка и выкинуть за борт вместе с остальным мусором. Жаль, только я не понял это раньше.

День побега был назначен на понедельник. Традиционно в этот день мой отец и братья допоздна пропадали в конторе, тем более сейчас, когда контракт с центральной имперской планетой входил в стадию завершения. Так что мое исчезновение не сразу обнаружат, а значит не успеют помешать.

С утра я сходил в банк и снял часть денег наличными. Пластиковые банкноты принимают по всей Империи, в то время как банк-терминалы в захолустьях могут давать сбои. Не хотелось бы в самый неподходящий момент оказаться не платежеспособным. После этого заглянул домой и больше часа разговаривал с мамой о разном. Я знал, что теперь не скоро ее увижу. Мне предстояло встать на ноги и достичь весомого положения в обществе, прежде чем я смогу вернуться звездным капитаном в семью. А это займет годы, если не десятилетия. Мама моя к тому времени состарится, так что я хотел запомнить ее такой, какая она есть сейчас.

Мы поговорили о моих перспективах на жизнь, о том, чем я хочу заниматься. Пришлось, конечно, юлить и кривословить, но в целом я остался верен себе. Я рассказал, что хочу стать Человеком с большой буквы, а для этого я должен найти свой путь в жизни. Мы говорили долго и о разном. Мама явно печалилась. Мне кажется она догадывалась о моем побеге, но не остановила меня и даже слова поперек не сказала. Я и подумать тогда не мог, что вижу маму в последний раз.

Я сказал маме, что меня ждут друзья. Мы собираемся махнуть на несколько деньков на другой континент в гости к кокторам. Последние несколько веков у нас стали практиковаться подобные туристические маршруты. Кокторы не возражали, наоборот радовались прибытию соседей, как маленькие дети радуются гостям в надежде получить подарки. Мама сделала вид, что поверила и отпустила меня.

Из родительского дома я отправился в астропорт, где меня дожидался Чарли Труба с подельником, имени которого я не запомнил. Маленький вертлявый парнишка из числа технического персонала звездолета. Чарли передал мне пропуск, позволяющий протий на астрополе, а уже там они вдвоем упаковали меня в багажную капсулу, одну из тех, что должны были поднять на борт нужного мне звездолета. Лететь мы должны были на планету Приматиум, которая являлась столицей 12-ого Северного сектора. Там по моему замыслу я смешаюсь с толпой портовых рабочих и попробую завербоваться на один из торговых кораблей, хоть оператором полотеров. Хотя я претендовал конечно на должность посолиднее, все-таки мое образование позволяло, как минимум, стать менеджером дальних перевозок.

В багажной капсуле я должен был провести максимум сутки, после чего Чарли Труба придёт за мной и высвободит из заточения. Далее за небольшую сумму империалов он легализует меня на борту, и оставшееся время я проведу за палубной работой. Она позволит мне поднабраться опыта, который пригодится в дальнейшем найме.

В багажной капсуле оказалось тесно, но жить можно, по крайней мере, сутки, пока меня не освободят. Я поудобнее устроился и задремал. Проснулся я только тогда, когда капсула открылась, и я увидел склонившегося надо мной Чарли.

— Вылезай давай. Мы уже в космосе.

Как сильно меня размотало от нервов, что я целые сутки спал беспробудно.

И даже не почувствовал, как меня загрузили в корабль, как мы взлетели и покинули пределы планеты. Все это время я просто спал. С ума сойти можно. Да я никогда в жизни не спал так крепко.

Я выбрался из капсулы, разогнулся и только тут почувствовал, как сильно у меня затекло все тело, словно я в этой идрисовой капсуле с неделю провел. Я сделал несколько легких гимнастических упражнений для разгона крови, и сразу почувствовал себя лучше. Жить можно. С самой неприятной частью побега покончено, теперь осталось только легализоваться на корабле, и можно двигаться дальше. Но Чарли Труба заверил меня, что с этим проблем не будет, а Чарли Труба никогда не трубит впустую.

— Следуй за мной и не задавай лишних вопросов, — потребовал он.

Я подчинился. Хотя вопросы просто роились в