Кондитер Ивана Грозного 3 - Павел Смолин

Сигналы с шаров передаются при помощи двух красных флажков и простенькой системы команд. Обратно уходят так же. В который раз жалею, что оптических приборов у меня нет. Казалось бы — эпоха Великих географических открытий на дворе, должны же хоть подзорные трубы существовать? Нет, не должны — щурьте глазки, уважаемые, приглядывайтесь. Займусь сразу по возвращении домой.

— Может обмануть крымского хана? — сместился я к Ивану Михайловичу Висковатому. — Добавить в торг скажем так «служащий укреплению взаимного доверия жест доброй воли» с его стороны: прислать нам три десятка мастеровых и ученых людей.

— Откель у него столько? — презрительно фыркнул Никита Романович.

— Так это же не обман, — заметил глава Посольского приказа. — Ежели «жест доброй воли», — повторил я явным удовольствием.

Присоединит к своему дипломатическому лексикону теперь.

— Попробуем? — не стал я вдаваться в детали?

— Отчего же не попробовать? — пожал плечами Висковатый.

Не может при хане ученых да мастеровых людей состоять, будь он хоть трижды фанатик кочевого образа жизни. Брони чинить и сабли точить кто-то должен? Сёдла чинить и новые делать кто-то должен? Целебными отварами и ртутными мазями пользовать хана кто-то должен? Вот так подумаешь, и сразу в голове всплывает сотенка-другая людей, обеспечивающих бытовые и ремесленные потребности одному только хану с его ближниками. Даже если учесть, что масштабов уровня нашего Государя и нашего Центра, на который пашет полтысячи человек, хан позволить себе не может.

План сражения у нас простой, и «заточен» под классические тактики степняков. Когда наше войско почти построилось, а мы с «центровыми» сместились подальше, из зоны поражения — кроме двух главнокомандующих — татарва двинулась в атаку. От покрывшей противоположные холмы от горизонта до горизонта отделилось несколько волн поменьше, которые понеслись вниз по склону. Пошла потеха!

Глава 11

Стрелы врагов били в щиты и борта телег гуляй-города, но наши мужики (немного совестно, что я безопасном месте сижу, и это самого меня удивляет — тогда, на стенах монастыря, стоя плечом к плечу со своими людьми, я чувствовал что-то, чего мне не хватает сейчас. Той самой «соборности меча» не хватает) стояли крепко, и, как велели командиры, «на провокацию не велись». Степняки, остановившиеся на предельном для стрел расстоянии, постреляли десяток минут, а потом, убедившись, что никто на их примитивное выманивание не ведется, расстроились и решили усилить давление.

Наш авангард дождался, пока степняки подъедут поближе, надеясь увеличить урон от своего обстрела, и по гудению рожка разомкнули ряды да раздвинули несколько телег «гуляй-города», освободив сектора обстрела пушкам и стрельцам. Ногайцы, увидев бреши, решили то, что очень им хотелось: русские дрогнули и готовятся бежать. Волна врагов ускорилась, направляясь прямо к своей смерти — в бреши.

Залпов пушек было два — размер артиллерийского парка позволяет вести огонь по очереди, и вырвавшиеся из стволов ядра собрали богатую жатву. Залп третий пришелся уже в спины улепетывающей татарве, поэтому урона почти не нанес. Стрельцы же благодаря выучке и делению на шеренги пальнули аж шесть раз. Поражающий элемент их оружие во врагов посылало поменьше, но концентрация их позволила выбить во вражеской волне изрядные щели.

Войско наше издевательски заулюлюкало вслед развалившемуся на мелкие, лишенные порядка группки, почти уничтоженному степному авангарду, почувствовав свою тактическую прошаренность, на фоне которой потуги кочевников выглядели как откровенная глупость. Приятно чувствовать себя умным, чего уж тут.

Мурзы тактической гибкостью не отличались, поэтому еще дважды отправили к нам большие волны «застрельщиков» с неизменным как сами законы природы результатом. Пространство между лагерями украсилось ошметками плоти, кровью и сотнями трупов лошадей и людей. Почти целиком вражескими, мы здесь стоим крепко, и технологическое преимущество — арматуру добротную да огнестрел — реализуем великолепно. Стачивайтесь, уважаемые кочевники, свинца на всех хватит!

Три эти попытки спровоцировать нас на разрушение строя и глупую погоню обошлись ногайцам в тыщу-другую, ежели на очень выпуклый глаз, потерянных юнитов. Увы, этого хватило, чтобы в кочевниках пробудилась обучаемость.

Все это время я не забывал наблюдать за шарами и прикрепленными к ним лоскутками, которые показывают направление ветра. Увы — ветер дул в нашу сторону, и шары на натянутых веревках безобидно болтались над нашим лагерем. Экипажи, однако, о разведческой функции не забывали. Посмотрев мельтешение флажков, я лишь на секунду опередил специального человека, который занят исключительно просмотром сигналов:

— Артиллерию враги готовят, к склону тащат.

— Артиллерию враги готовят!.. — раздалось с «наблюдательного поста», являющего собой полутораметровой высоты вышку с сиденьем.

Весть передали по цепочке ближе к авангарду, туда, где находились командующие. Рожки разразились командами. Первая часть косвенно касается меня, вторая — сигнал к большому общему наступлению. «Косвенно», потому что когда Государь говорит, что будет рад посмотреть битву в твоей компании, ты не имеешь права отказаться. «Огненные войска», ныне ставшие отдельным элитным подразделением, справятся с задачами и без меня, но я бы все равно хотел посмотреть.

Где-то там, за спинами авангарда, обученные нами, новаторами в области смертоубийства люди взялись за работу, устанавливая и настраивая катапульты при помощи покрытых насечками реек и стараясь вычислить расстояние до врага поточнее. Другие готовили к применению наполненные огненной смертью горшки, коими при помощи катапульт армия будет кидаться в степняков, прикрывая свое наступление.

Авангард тем временем разбирал «гуляй-город» и перестраивался, прикрывая пехоту щитами и организовывая коридоры для нашей конницы. От применения последней, видит Бог, лично я бы вовсе отказался, отправив в татарву ощетинившуюся копьями, стволами пищалей и легкими пушками с картечью «черепашку» из щитов. Полагаю, легкая степная конница такое победить или хотя бы как следует потрепать способна только при кратном численном преимуществе. Сейчас враги нас числом даже не в два раза превосходят, и шанса у них таким образом нет.

Говорил я о достоинствах пехоты с «избранниками» и воеводами, но понимания не встретил — слушали вежливо, но потом так же вежливо напоминали о том, что в больших полевых сражениях лично я участия не принимал, а только оборону в крепости держал, и посему лучше мне от выводов и советов по ратному делу покуда воздержаться. Жаль — минимизация потерь в свете скорого продолжения похода и череды битв для нас очень важна. Впрочем, когда он не была важна кроме разве что моментов, когда у тебя кончились деньги, а твое наемники об этом пока не знают — вот тогда да, можно попытаться их «утилизировать».

Наемники в нашей