Земля зомби. Два локтя по карте - Мак Шторм

мои желания были скромнее, я хотел быть полезным человечеству и найти спасение от зомби. Поэтому я остался один и, перебравшись на окраину города, начал собирать необходимые мне для исследования вещи.

Сейчас я понимаю, что мне чудом удалось выжить. Столько раз я попадал в, казалось бы, безвыходные ситуации, но всегда чудом находил выход и выбирался живым. В итоге, как вы видите, зомбаки не смогли меня растерзать, а всякие бандиты не застрелили. Хотя не раз хотели, когда ловили меня с рюкзаком и рассчитывали ограбить. Вы бы видели их лица, когда вместо еды, патронов, золота и денег они обнаруживали в моём рюкзаке всякие медицинские инструменты и химические реактивы. Думаю, не убили меня только потому, что приняли за блажного, а таких, как я понял, даже они опасаются убивать.

Не знаю, сколько я так жил в одиночестве, собирая по школам, институтам и аптекам необходимые мне вещи, пока вся моя жизнь не перевернулась и я не встретил Полину Карповну. Она утверждает, что это всё проделки бога, я, как атеист, с ней не согласен, но то, что наша с ней встреча была судьбоносной для обоих — это факт.

Встретил я её абсолютно случайно, когда возвращался с очередного рейда в свою берлогу. Сначала услышал шум, а потом увидел, как небольшая группа людей вступила в сражение с толпой мертвецов. Граждане не были похожи на бандитов, поэтому я пришел им на помощь. К тому времени я уже умел проламывать зомбакам головы, так сказать, успел немного поднабить руку в своих поисковых рейдах.

Разобравшись с мертвецами, мы познакомились, и тогда я узнал, что Полина Карповна уникальна и очень ценна для человечества. Эта новость настолько потрясла меня, что я не раздумывая присоединился к группе, которая выбиралась из города, чтобы покинуть его и найти подходящее место для проживания в относительной безопасности.

— А в чем уникальность Полины Карповны? — не выдержал Виктор и перебил учёного.

Валерий Алексеевич посмотрел на Виктора недоуменным взглядом и с удивлением спросил:

— А вы разве не знаете?

— Мы знаем, что она ключ для создания лекарства или вакцины от зомби, но слишком много различных слухов ходит, вот и решили уточнить у первоисточника, чтобы установить истину и отсеять сплетни. — быстро проговорил я, стараясь выправить ситуацию, не хватало ещё, чтобы нас выперли отсюда, приняв за самозванцев, из-за неосторожного вопроса чрезмерно любопытного Виктора.

Ученый выслушал меня и ответил:

— Уникальность Полины Карповны в том, что ей укус зомби не страшен! Точнее, страшен, как укус обычной собаки, происходит повреждение и разрыв мягких тканей, кровотечение и она испытывает боль, но не инфицируется и не превращается в одного из них.

От удивления я открыл рот. Да и не только я, все, кто был со мной, замерли, пытаясь переварить услышанное, с подозрением смотря на ученого, пытаясь понять, не пошутил ли он так. Но Валерий Алексеевич был абсолютно серьёзный.

Первым опомнился Виктор, его глаза возбужденно блестели, подойдя вплотную к ученому, он заглянул ему в глаза и восторженно произнёс:

— Это невероятно! Вы пробовали перелить её кровь другим людям?

Учёный тяжело вздохнул и ответил:

— Естественно, это первое, что мне пришло в голову, но, к сожалению, не всё так просто, и обычным переливанием крови мне не удалось добиться иммунитета к заражению и мутации после укуса. Поэтому я и экспериментирую тут в поисках сыворотки на основе её крови.

— А может, она того… — встрял Кузьмич, позабыв про мою угрозу, но, видимо, в последний момент вспомнил и запнулся, подбирая более мягкое выражение. — Ну, соврала, что её укусили зомби и она не обратилась?

Ученый невесело ухмыльнулся и, окинув Кузьмича взглядом, ответил:

— Я понимаю ваш скептицизм, признаюсь честно, в какой-то момент и я начал сомневаться в её словах. Но с нами сюда пришло немало очевидцев, которые своими глазами видели, как мертвец впился в неё зубами, видели кровь. Я своими глазами видел на её теле шрамы от укусов. Поэтому я понимаю ваши сомнения, сам испытывал их после ряда неудач, но люди подтвердили её слова.

— Мы поняли, что Вам повезло встретить Полину Карповну, имеющую уникальную способность не превращаться в зомби после укуса. Может, покажете, что у вас ещё интересного в лаборатории? — спросила ученого Яна, которой, судя по всему, было неуютно в этом помещении, которое больше походило на пыточную маньяка, чем на лабораторию ученого.

Валерий Алексеевич, окинув помещение взглядом, согласно кивнул и произнёс:

— Ну что ж, пойдемте, я вам покажу, где мы содержим мертвый и пока ещё живой биоматериал.

Сказал он это вполне будничным тоном и, развернувшись, направился к выходу.

А я почувствовал, как от его слов у меня становятся волосы дыбом. Получается, что этот ученый муж с горящими глазами сейчас так вполне буднично обозвал живых людей биоматериалом? Похоже, не зря я в самом начале заметил его фанатичность и сравнил его с нацистским садистом, доктором Ме́нгеле.

Ангар, где содержались пойманные зомби, не вызвал никакого интереса. Мертвецов все уже успели насмотреться. А вот помещение, похожее на тюрьму, из-за сваренных из арматуры решетчатых клеток, в котором сидели люди, вызвало бурную и неоднозначную реакцию.

Сейчас тут было всего два человека: молодой парень с заплаканными глазами, который, завидев нас, сразу прильнул к решётке и начал умолять спасти его, и хмурый бородатый мужик, который только недобро зыркнул на нас исподлобья и продолжил сидеть, не шевелясь.

Валерий Алексеевич буднично посоветовал молодому парню заткнуться, иначе лишит его обеда, парень замолк, но продолжил смотреть на нас умоляющими глазами, полными слез. Ученый же, как ни в чем не бывало, проговорил:

— Живой биоматериал для меня представляет особую ценность из-за того, что, в отличие от зомби, его у меня очень ограниченное количество. Вы не подумайте ничего плохого, мы не ловим для опытов невинных людей на улице, к нам их сами привозят в виде наказания.

Ваше руководство кстати отказалось предоставлять нам своих преступников во имя науки, аргументировав это тем, что они Рынку принесут больше пользы, если будут висеть над въездными воротами с табличкой на груди.

Я рассматривал молодого заплаканного парня и поражённо молчал. Услышанная информация меня шокировала и была дикой даже для современных мерок, при которых человеческая жизнь и гроша ломаного не стоила.

В отличие от меня, Виктора данная информация только раззадорила. Его глаза блестели от любопытства, а сам он не мог стоять на месте и ходил