Бухгалтерша-попаданка. Хозяйка таверны для драконов - Диана Фурсова

Кайрэн молчал секунду. Потом сказал тихо:

— Я не умею играть.

Лада почувствовала, как у неё дрогнули пальцы.

— Я умею, — прошептала она. — Поэтому держитесь сценария.

— Какой сценарий? — спросил он.

Лада подняла подбородок и сказала почти злорадно:

— Вот этот.

Она быстро взяла его за руку — ровно настолько, чтобы это выглядело естественно, и повернулась к толпе:

— Итак! Победитель — тот, кто назвал ближе всего!

Толпа зашумела, кто-то засмеялся, кто-то выкрикнул: “Это нечестно!”

— Честно, — сказала Лада. — Потому что я считаю по правилам.

И в этот момент — когда её пальцы всё ещё лежали на руке Кайрэна, тёплой и сильной — Лада вдруг поняла, что держать его руку ей… не противно. Не неудобно. Даже приятно.

Она подняла глаза — и Кайрэн смотрел на неё так близко, что огоньки фонарей отражались в его зрачках.

На секунду всё вокруг стало тише: котёл перестал шипеть, люди перестали спорить, даже Эврина перестала улыбаться.

Лада не собиралась наклоняться. Она собиралась сказать что-нибудь язвительное.

Но Кайрэн наклонился сам — совсем немного, будто спрашивая разрешения не словами, а расстоянием.

Лада задержала дыхание.

И тогда кто-то резко толкнул её в плечо.

— Ой! Простите! — пискнул знакомый голос.

Рыжий. Он стоял рядом с огромным фонарём в руках и смотрел на Ладу такими круглыми глазами, будто видел её впервые.

— Я… я споткнулся… — пробормотал он.

Лада отпрянула так резко, что чуть не уронила мешочек с монетами.

Кайрэн выпрямился. Лицо у него стало снова каменным — как будто секунду назад ничего не было.

— Рыжий, — сказала Лада хрипло, — если ты ещё раз…

— Я больше не буду! — пискнул Рыжий. — Я клянусь печью!

Нисса за стойкой тихо простонала:

— Почему он всегда вовремя не вовремя…

Лада отвернулась, чтобы никто не увидел её лицо.

— Всё, — сказала она громко. — Победитель — вот вы! — она ткнула пальцем в первого попавшегося мужчину, который назвал цифру ближе всех. — Бесплатная похлёбка. И фонарь в подарок.

— Фонарь? — мужчина растерялся.

— Да, — сказала Лада. — Пепельный. Чтобы вы помнили, где было тепло.

Очередь зашумела ещё сильнее, и праздник снова покатился дальше, как колёсная телега: громко, весело, неповоротливо.

Но внутри у Лады осталось то самое мгновение — недосказанное, прерванное.

И почему-то оно жгло сильнее, чем пожар в кладовой.

Позже, когда толпа немного разошлась, к Ладе подошла женщина в сером платке.

Лицо у неё было обычное, руки — в мозолях, голос — тихий.

— Хозяйка, — сказала она, глядя в землю. — Можно слово?

Лада насторожилась.

— Если это не про приворот, — сказала она, — то можно.

Женщина подняла глаза.

— Про документы, — сказала она. — Про того, кто пришёл к тебе утром. Сивер.

Лада ощутила, как в груди снова сжимается узел.

— Что с ним? — спросила она.

Женщина оглянулась.

— Он не просто управляющий, — сказала она тихо. — Он… он был здесь раньше. До пожара. И видел то, что не должен был видеть.

Лада прищурилась.

— Кто вы?

— Тая, — быстро сказала женщина. — Я… я у прежней хозяйки стирала. Я не хочу беды. Я хочу… — она сглотнула, — чтобы ты не подписала.

Лада похолодела.

— Чего не подписала?

Тая дрожащими пальцами сунула ей маленький сложенный листок.

— Он готовит отказ, — прошептала она. — Чтобы ты отказалась от прав. И тогда тебя можно… убрать.

Лада раскрыла листок — и увидела несколько строк. Неровный почерк. Но смысл был понятен: “Отказ от претензий на таверну и землю”.

— Где вы это взяли? — спросила Лада тихо.

— Случайно, — Тая быстро моргнула. — Он уронил. Я подняла. Я… — она сглотнула, — я не хочу снова пожара.

Лада посмотрела на неё внимательно.

— Почему вы мне помогаете?

Тая опустила взгляд.

— Потому что ты… — она выдохнула, — ты не как они. Ты считаешь. А прежняя хозяйка тоже считала. По-своему. И её сожгли за это.

Лада почувствовала, как холод внутри превращается в злость.

— Спасибо, — сказала она. — Идите. И не подходите к “Чёрному Крылу” ночью.

Тая кивнула и растворилась в толпе.

Лада спрятала листок под плащ и резко повернулась к Кайрэну.

Он стоял у стены, будто видел всё и сразу.

— У нас проблема, — сказала Лада.

— У нас всегда проблема, — спокойно ответил он. — Какая сейчас?

Лада показала ему листок.

— Они хотят заставить меня подписать отказ, — сказала она. — И сделать это на празднике. Здесь. Среди людей. Чтобы никто не понял, что это насилие.

Кайрэн прочитал, и его взгляд стал холоднее.

— Значит, они уверены, что вы подпишете, — сказал он.

— Я не подпишу, — сказала Лада.

— Тогда они попытаются иначе, — ответил Кайрэн.

Лада подняла подбородок.

— Пусть попробуют, — сказала она. — Я люблю, когда кто-то пытается. Потом очень приятно видеть, как у них не выходит.

Кайрэн смотрел на неё секунду, потом тихо сказал:

— Не геройствуйте.

— Я не геройствую, — огрызнулась Лада. — Я защищаю активы.

— Вы — не актив, — сказал Кайрэн.

— Я всё равно в балансе, — отрезала Лада.

Она уже хотела повернуться к столу, когда кто-то коснулся её локтя.

— Лада, — мягко сказал знакомый голос.

Сивер Ранн.

Он стоял рядом с фонарями, улыбался так, будто сейчас предложит ей пирожное.

— Я искал вас, — сказал он. — Мы должны поговорить. Наедине. Тут шумно.

Лада почувствовала, как внутри поднимается предупреждение — тихое, бухгалтерское: “слишком красиво — значит, обман”.

— Не наедине, — сказала она. — Говорите здесь.

Сивер улыбнулся:

— Здесь слишком много… ушей. А наш разговор касается вашего будущего. И… — он бросил взгляд на Кайрэна, — ваших обязательств.

Лада прищурилась.

— Моих обязательств у меня и так достаточно.

Сивер наклонился чуть ближе:

— У меня есть то, что вас успокоит, — сказал он. — И то, что вас спасёт. Документ. Настоящий. Не тот, что вы думаете.

Лада почувствовала, как у неё сжимаются пальцы.

— Какой документ?

— О прежней хозяйке, — сказал Сивер тихо. — О пожаре. О том, почему “Пепельное Крыло” вернулось. Вы ведь хотите знать, да?

Лада замерла.

Кайрэн шагнул вперёд.

— Не идите, — сказал он тихо.

Сивер улыбнулся шире, но в глазах мелькнуло что-то острое.

— Лорд боится, что вы узнаете правду? — спросил он мягко.

Лада посмотрела на Кайрэна.

Её злость, её упрямство, её желание “документ” — всё это одновременно поднялось внутри, как кипящий котёл.

— Я пойду, — сказала она тихо.

— Лада, — Кайрэн произнёс её имя так, что оно стало почти просьбой.

Лада резко выдохнула.

— Я не одна, — сказала она ему, почти зло. — Я под крылом, помните? Так пусть крыло работает. Вы будете рядом. На расстоянии. Но я пойду.

Кайрэн задержал взгляд на её лице.

— Два шага позади, — сказал он.

— Один, — отрезала Лада.

Сивер поклонился.

— Прошу, — сказал он. — Тут недалеко. За лавками.