Консультант - Александра Торн

– Когда она к вам приходила?

– Через день, после полудня.

– Вы знаете, где еще она работала?

Миссис Мерфи фыркнула:

– Уж известно где! Я не спрашивала, а зря…

– Сколько вы ей платили?

– Два фернинга в неделю.

Бреннон смерил вдовицу долгим взглядом. Женщина уставилась в пол.

– Вы на ней основательно сэкономили.

– Ну уж…

– И даже не запомнили ее имя?

– Не наше оно. Длинное, язык сломаешь.

– И вы, доверчивая душа, не записали нигде, кому платите ваши кровные фернинги? А вдруг бы она украла у вас ложки?

Миссис Мерфи с досадой наморщила покатый лоб.

– Может, и записала где… Поищу, глядишь, и найду.

– Поищите, – холодно сказал Бреннон.

Женщина посмотрела на него, поняла, что он не уйдет, и с недовольной миной скрылась в доме. Комиссар повернулся к ее сынку, который оставил в покое ставни и не сводил глаз с матери. Когда она ушла, молодой человек бочком-бочком подобрался к Бреннону.

– А чего с ней? – пробасил наследник пивоварни.

– Найдем – узнаем.

Мистер Мерфи стал еще багровей, чем обычно, и выдавил:

– Эт не я. Я ее и пальцем не того…

– А хотелось?

Парень отвел глаза и принялся копать снег ступней размером с футляр для скрипки.

– Ее Хильдур звали, – пробубнил он. – Фамилия черт-те какая… Я к ней по-доброму, да… Спросил ее – кто это с ней так. Сказал, найду недоноска – врежу.

– А она?

Брайан Мерфи шумно вздохнул.

– Поплакала и ушла. Деньги я ей отдал, вы не того… Не думайте! Матушке не говорите, – шепотом добавил он и метнулся обратно к ставню.

Из дома вышла миссис Мерфи и с мрачным видом сунула Бреннону клочок бумаги.

– «Хилтур Линвизд». – Лонгсдейл положил листок в папку. – Не думаю, что это ее фамилия.

– Я тоже. – Бреннон сунул руки в карманы и окинул хмурым взором тома регистрационных записей. – Грамота – не самая сильная сторона миссис Мерфи. Но тем не менее девушка с именем Хильдур и фамилией на «Л» прибыла в Блэкуит либо поездом, либо дилижансом, либо речным транспортом. Господа, – комиссар обвел широким жестом несколько столов, заваленных регистрационными журналами; полицейские напряженно притихли, – вот несколько тысяч страниц, среди которых вам предстоит найти фамилию приезжей иностранки по имени Хильдур. Приступайте!

– Линдгрен, Линдквист или Ланквист, – пробормотал консультант. – Она из Стернборна. Может, послать письмо в их полицию?

– С какой стати? Она может быть десятой дочкой нищего деревенского пьяницы из глухой провинции. Никто и пальцем ради нее не шевельнет. Нет, искать надо здесь, у нас.

– Но зачем вам записи? – спросил Лонгсдейл, пока комиссар заматывал шарф и застегивал пальто.

– Затем, что мы сможем узнать, откуда она. Кроме того, есть шанс, что девушка оставила след – например, попросила отослать ее багаж в какую-нибудь гостиницу.

– Тогда куда же вы?

– В клуб «Сыны Блэкуита». Наш труп – это Рональд Джоэл Киннан. Его опознал Бройд, а также жена и дети. В клубе остались его шляпа, шарф, пальто и трость. Его кучер прождал в ночь убийства своего хозяина до утра, приехал домой и поднял тревогу.

Лонгсдейл нахмурился:

– Но он умер не в клубе. Там вам скажут разве что время, когда он ушел.

– Я иду туда не за Киннаном.

– А зачем?

Бреннон уже сбега́л вниз по лестнице, но, поскольку консультант не отставал (и Здоровяк тоже), приостановился и снисходительно пояснил:

– Всегда показывайте все портреты всем подозреваемым. Никогда не знаете, где вам повезет. Девушка, похожая на Хильдур, через день мыла полы и чистила камины в клубе. И она же служила приходящей горничной в доме Мерфи.

Лонгсдейл переменился в лице, одним рывком преодолел лестницу и намертво впился в локоть Бреннона.

– Но ее же ищет утбурд!

– Именно.

– И вы идете за ней?!

– Надеюсь на это. – Комиссар на всех парах промчался через приемную, но консультант вцепился в него, как клещ:

– Вы с ума сошли! А если он найдет ее, когда там будете вы?

– И что?

– Что вы станете делать с утбурдом?

Бреннон остановился. Он уже распахнул дверь, и во дворе его ждала синяя полицейская карета. Лонгсдейл выпустил его локоть.

– Я иду с вами, – сказал он. – Искать ее только человеку слишком опасно.

– А вы, что ли, не человек? – буркнул Бреннон. Консультант удивленно поморгал. – Ладно, лезьте в карету. Только ради бога – ведите себя прилично!

Клуб для состоятельных джентльменов «Сыны Блэкуита» занимал элегантное серое здание на площади Восстания, в тени городского банка. Чтобы попасть внутрь, Бреннону потребовалось рекомендательное письмо от Бройда, однако на собаку швейцар попытался наложить строгое вето:

– Но сэр, это ведь животное!

– И слава богу. Или вы лично будете вынюхивать под креслами улики и следы преступления?

– К-к-какого преступления?

– Мистер Киннан был убит этой ночью.

– Но не в нашем же клубе! Сэр!

Но комиссар уже решительно отодвинул швейцара с пути расследования и бросил в руки шокированному лакею пальто, шарф и шляпу.

– Давай, Здоровяк, ищи. А вы доставьте сюда хозяина клуба, управляющего и соберите в кухне прислугу для допроса. – Швейцар задохнулся от негодования. – Лонгсдейл, за вами пальто, шляпа и прочие вещи покойного. К делу!

– Хорошо, сэр, – покладисто сказал консультант.

Здоровяк уткнул нос в пол и потрусил в большую клубную столовую. Бреннон, убедившись, что все при деле, последовал за собакой. Он не знал, что вынюхивал пес, но решил ему довериться. В конце концов, покойника он уже нюхал…

Здоровяк прошелся по всем местам, где побывал усопший, от столовой до уборной, но нигде комиссар не обнаружил ничего связанного с преступлением. Однако при этом Натан отметил, что Киннан шлялся по всему клубному зданию совершенно свободно, а не торчал безвылазно в столовой, курительной и бильярдной. Если он так вел себя всегда, то шансы встретить белокурую поломойку довольно высоки. Напоследок пес довел Бреннона до черного входа, неопределенно помахал хвостом и улегся на половичок, поставив точку в расследовании.

В кабинет хозяина клуба Бреннон поднимался в некоторой задумчивости. Люди здесь собирались из числа тех, кто может запросто отказаться отвечать, и крайне трудно будет их заставить. Другое дело – прислуга. Прислуга, которая, вопреки самомнению господ, видит и знает о них больше, чем исповедующий священник. Но начать тем не менее надо с хозяев. Хотя бы из вежливости.

В кабинете комиссара ждали трое: Лонгсдейл, хозяин клуба мистер Лири и управляющий мистер Ханна.

– Вещи, – коротко сказал консультант и кивнул на журнальный столик, где грудой лежало все, что забыл в клубе Киннан. – Никаких следов. Он совершенно точно не выходил в них на улицу