Встреча - Инди Видум

Но засесть за дело не получилось — к поместью мы подъехали почти одновременно с Беляевым. Был он не один, а в компании неизвестного господина, представленного Романом Григорьевичем Кованьковым. Магии у него не было, зато было инженерное образование и желание развивать автомобильную промышленность. На мою машину он сразу уставился так хищно, как будто хотел ее немедленно разобрать, чтобы понять, как она работает. После короткого представления он сразу же спросил:

— Петр Аркадьевич, могу я заглянуть под капот?

— Можете, — согласился я, — но имейте в виду, что двигатель там магический, вариант без магии нужно будет продумывать.

— Юрий Владимирович говорил, что в ближайшее время выпуск будет только автомобилей премиального качества, а в них желателен как раз двигатель на магии — это показатель качества, — пояснил он.

Я вопросительно глянул на Беляева, тот смутился и, когда Кованьков отправился изучать автомобиль с моего разрешения, тихо сказал:

— Петя, бога ради, не думай, что я принял Романа Григорьевича в обход тебя. Я его как раз и привез для знакомства и утверждения в должности с твоей стороны. Но дать человеку представление о том, чем им придется заниматься, я был обязан. Роман Григорьевич в настоящее время работает на производстве паровозов, но очень интересуется темой автомобилей, даже что-то собрал. К сожалению, моих знаний определить, насколько хороша его поделка, мне не хватает, но я уверен, что его автомобиль намного хуже твоего, поскольку он и выглядит менее представительно, и двигается медленней. Но мне показалось предпочтительней взять на эту должность человека, имеющего опыт крупного производства и представление о том, что такое автомобиль. Пожалуй, это лучший вариант из найденных. Но решать, разумеется, тебе. Если он не подойдет, есть еще две других кандидатуры. Один очень увлечен именно автомобильным делом, но самоучка и без опыта производства. Еще один — тоже инженер, но только недавно выпустившийся, утверждает, что имеет сродство к механике, но документа не предоставил.

После перечисления кандидатур Кованьков мне тоже показался самым вероятным для утверждения. Единственный минус — что нашел его Беляев, тем самым сделав этого господина своим человеком. Но делить с Беляевым я ничего не собирался, обманывать он меня не будет, а самому мне искать кого-то… Нет ни времени, ни желания. Клятв на Кованькове не было, поэтому если после разговора у меня не будет сомнений в его профессиональной пригодности, то я соглашусь с его назначением. Тянуть дальше с началом производства не стоит.

— Я доверяю вашему мнению, Юрий Владимирович, — ответил я. — Разве что хочу лично переговорить с ним, убедиться в его профессиональных качествах.

Хотя, судя по тому, как восторженно горели глаза Кованькова, рассматривавшего внутренности автомобиля, работать он будет не за страх, а за совесть. Энтузиазм — дело хорошее, но знания к нему всё равно обязательны.

— Так что случилось с Лёней? — наконец задал отчим вопрос, ради которого он и приехал.

— Щепкины ему отказали в издевательской форме, заявили, что отдали бы за него дочь только, если бы он имел магию или был бы князем. Последнее, впрочем, тоже предполагает наличие магии. Вот Лёня и решил ее добыть самостоятельно. И ничего лучше не придумал, как оплатить подсаживание зерна Скверны.

— Что это такое и чем грозит?

— Это не магия, а ее имитация, — пояснил я. — Чем грозит? Те, кто принимает Скверну, сходят с ума тем быстрее, чем чаще практикуют. Он бы не выполнил условия Щепкиных и лишил бы себя будущего.

— Далась ему эта девица! — в сердцах выдохнул отчим.

— Юрий Владимирович, они друг друга любят. Анастасия согласна связать с ним жизнь без благословения семьи, но именно ваш сын хочет, чтобы всё было правильно, чтобы семьи она не лишилась.

— Если они поженятся без благословения семьи, княжеской поддержки лишится не только Анастасия, но и мы, — довольно резко ответил Беляев. — Потому что остальные княжеские семейства посчитают это вызовом для себя. И что будет, если для всей моей продукции закроют местный рынок?

— От князей так много зависит? Император над ними не властен совсем? — удивился я.

— В своих княжествах они достаточно влиятельны, закрыть для меня рынки могут.

— То есть чтобы выступать с ними на равных, денег недостаточно — вам самому нужно быть князем?

— Я бы не отказался, — криво улыбнулся он. — Это бы решило сразу кучу проблем. Жаль, что это невозможно. Как видишь, Леонид не мается дурью, он просто четко понимает последствия, пусть и не говорит об этом.

Обнадеживать отчима я не стал. Для начала нужно будет узнать у бога, как дать магию тому, у кого ее нет. И только если передача магии окажется делом возможным, заводить разговор о передаче соседнего княжества. Похоже, мне всё равно придется собирать все реликвии, а две реликвии контролировать нельзя, так что я лучше передам одну тому, кто этого достоин и сможет удержать власть.

Глава 10

Второй паук оказался куда обучаемей и получил клинки на манипуляторы уже через два дня, тем самым глубоко оскорбив 001, который втайне считал уже себя Гришей. Он пошел жаловаться Прохорову, тот почесал в затылке и пошел ко мне продвигать своего протеже.

— Петь, это ущемление паучьих прав, — уверенно заявил он мне.

— Гриш, это всего лишь механическое изделие, — напомнил я, — которое я могу отключить в любое время.

— Это ты Мите скажи.

— Митя — это особый случай. Митя — член семьи.

— О чем я и говорю. Один — член семьи, а другой, куда более аккуратный, — пасынок, отданный на откуп этому самому члену, который из зависти принижает его достижения.

На мой взгляд, принизить достижения 001 было практически невозможно, настолько они были микроскопическими.

— Почему-то у другого паука достижения не принижаются.

— А он не столь совершенен.

— Гриш, ты воспитываешь в 001 самолюбование и некритичное отношение к собственным ошибкам.

Этот паук уже несколько раз тайком приходил ко мне с жалобами на Митю. Мол, старший паук его задвигает из ревности, а так бы он уже всем показал. Правда, когда я попросил его вслух почитать абзац из книги, 001 заявил, что времени на ерунду у него нет, и заторопился на охрану поместья, которой нельзя пренебрегать. Мите я об этом говорить не стал, чтобы не вносить дополнительный раскол в паучью