Попаданка наоборот - Ольга Барыкина

Она проснулась раньше будильника и несколько секунд просто лежала, глядя в потолок и слушая привычные звуки квартиры: шум воды у соседей, редкие машины за окном, тихое сопение детей за стеной и гудение старого холодильника, который работал с таким трагическим надрывом, словно лично страдал от ипотеки, инфляции и коммунальных тарифов одновременно.

За последние месяцы эти звуки перестали быть чужими.

Теперь они означали дом.

Вейра медленно села на диване и поморщилась — спина неприятно ныла после бесконечных часов за компьютером, глаза до сих пор болели от таблиц, отчётов и цифр, которые последние недели буквально жили у неё в голове круглосуточно и, кажется, уже начали претендовать на статус полноценных соседей по квартире.

В империи после крупных проверок и сложных финансовых кампаний ей обычно полагались официальные благодарности, премии, закрытые приёмы и как минимум несколько дней относительного покоя, в течение которых люди старательно делали вид, что государственная система не держится исключительно на страхе, документах и нескольких очень уставших чиновниках.

В этом мире максимумом роскоши пока оставались горячий душ и возможность купить детям нормальные продукты без внутреннего ужаса от каждой цифры на кассе.

Хотя, если честно, последнее ощущалось значительно ценнее большинства придворных наград.

На кухне она автоматически поставила чайник, открыла холодильник и на секунду замерла, поймав себя на неожиданной мысли.

Он больше не был пустым. Даже такая мелочь всё ещё удивляла.

Теперь там стояли яйца, молоко, сыр, контейнер с супом, овощи и нормальная еда, а не случайные остатки, подозрительный майонез и дешёвые полуфабрикаты, состав которых, вероятно, нарушал несколько международных конвенций.

Пока варилась каша, Вейра машинально открыла банковское приложение и начала привычно пересчитывать расходы на ближайший месяц: коммунальные платежи, лекарства, школа, продукты, остатки долгов и ещё примерно двести мелких вещей, которые почему-то всегда требовали денег именно тогда, когда этих денег не было.

Цифры всё ещё выглядели неприятно, но уже не смертельно. А это в последние месяцы ощущалось почти роскошью.

Она как раз заканчивала расчёты, когда телефон неожиданно завибрировал.

Сообщение от бухгалтерии.

«Марина Викторовна, Алексей Андреевич просил зайти к нему утром.»

Вейра медленно прищурилась.

Подобные фразы редко означают что-то нейтральное.

Обычно после них либо добавляют работы, либо проблемы, либо новые проблемы поверх старой работы, потому что офисная жизнь вообще удивительно любит жанр многослойного страдания.

К девяти утра офис выглядел почти непривычно спокойным по сравнению с тем хаосом, который царил здесь ещё неделю назад.

Люди снова пили кофе, обсуждали выходные, жаловались на клиентов и работали без того обречённого выражения лица, которое обычно появляется у сотрудников бухгалтерии за несколько часов до нервного срыва или налоговой проверки.

Стоило Вейре войти в отдел, как Ирина Сергеевна сразу подняла голову от документов.

— О, вас уже вызывают.

Тон у неё был подозрительно довольный.

Очень опасный признак.

— Мне начинать нервничать заранее или можно после обеда? — спокойно спросила Вейра, снимая пальто.

— На вашем месте я бы скорее радовалась.

Вот теперь стало совсем подозрительно.

Вейра коротко постучала и вошла в кабинет Алексея.

Он сидел за столом с ноутбуком и документами, но при её появлении сразу поднял взгляд, и эта его привычка смотреть внимательно, спокойно и без снисходительности всё ещё удивляла. Потому что люди обычно либо давят, либо оценивают, либо заранее считают тебя проблемой.

А он почему-то разговаривал так, словно её мнение действительно имеет значение.

— Доброе утро, Марина Викторовна.

— Доброе.

Он несколько секунд молчал, будто подбирая формулировку, а потом неожиданно сказал:

— Аудиторы прислали официальный отчёт.

Вейра спокойно ждала продолжения.

— И?

— Они отдельно отметили работу бухгалтерии во время проверки.

Небольшая пауза.

— И отдельно — вашу.

Вот теперь стало действительно интересно.

Алексей слегка усмехнулся, заметив выражение её лица.

— Судя по всему, вы произвели впечатление даже на людей, которых невозможно впечатлить. А это, поверьте, почти научная фантастика.

Вейра сухо ответила:

— Значит, ситуация действительно была катастрофической.

Он искренне рассмеялся. И это опять оказалось приятно.

Алексей открыл папку и подвинул к ней документы.

— Компания утвердила премии сотрудникам, которые занимались аудитом.

Вейра автоматически посмотрела на цифру.

И впервые за долгое время действительно замерла.

Сумма была не огромной, но достаточно большой, чтобы закрыть часть долгов, спокойно оплатить коммунальные платежи, купить детям нормальную одежду и хотя бы временно перестать воспринимать поход в магазин как финансовую версию гладиаторских боёв.

В груди неожиданно стало очень тихо.

Настолько, что на секунду она даже перестала слышать шум офиса за дверью.

Потому что только сейчас по-настоящему осознала, насколько сильно всё это время жила в постоянном страхе нехватки денег. После целой жизни рядом с государственными сокровищницами.

Ирония была настолько издевательской, что ей почти захотелось написать жалобу самой судьбе.

— Вы заслужили её, — спокойно сказал Алексей, внимательно наблюдая за ней.

Вейра медленно закрыла папку.

— Я просто выполняла работу.

— Нет, — неожиданно серьёзно ответил он. — Вы спасли компанию от очень больших проблем.

Повисла короткая тишина.

— Благодарю, — спокойно сказала она.

Но внутри всё равно стало странно тепло.

Когда вечером Вейра возвращалась домой с пакетами продуктов, которые впервые за долгое время были куплены не по принципу «только самое необходимое», а с мыслью «детям это понравится», город вокруг почему-то выглядел иначе.

Не таким серым. Не таким враждебным.

Она купила нормальное мясо, хороший чай, фрукты, йогурты, шоколад, новые тёплые колготки для Сони и куртку для Лёши, потому что старая уже выглядела так, словно пережила несколько экономических кризисов и одну локальную войну.

И всё это — без привычного внутреннего ужаса после оплаты.

Поднимаясь по лестнице, Вейра вдруг поняла, что впервые за всё это время не боится открывать банковское приложение.

Дома её встретил привычный шум: спор детей, телевизор, запах чего-то жареного и голос Алины с кухни, которая явно пыталась одновременно готовить, воспитывать Лёшу и не сойти с ума.

Стоило Вейре войти, как Лёша сразу заметил пакеты.

— Ого… это всё нам?

Вейра начала спокойно выкладывать продукты.

— Нет, я решила открыть подпольный гастрономический картель прямо на кухне.

Мальчик немедленно засмеялся.

Алина подошла ближе и внимательно посмотрела на нее.

— Что случилось?

Вейра на секунду замолчала.

А потом неожиданно поняла, что хочет сказать это вслух.

Просто потому, что хорошими новостями тоже можно делиться.

— Мне дали премию.

Тишина длилась секунды две.

А потом Соня радостно