Императрица. Русско-японская война. - Вадим Владимирович Чинцов

— Я давно подумывала о замене Танеева. Его влияние на императора было велико. Широко образованный, выдающийся музыкант, очень умный и ловкий, Танеев вырос при дворе и достиг высшей ступени иерархической лестницы, наследовав должность главноуправляющего от своего отца. Очень близкий к Его Величеству, он, однако, тщательно скрывал свое влияние на него. Попытка влиять на меня у него провалилась сразу. Был он как истый царедворец человеком весьма льстивым, а я таких терпеть не могу. Его дочь Анна (по мужу — Вырубова), также увлекавшаяся музыкой, стремилась стать моей ближайшей подругой, что, конечно, усиливало бы позиции Танеева при дворе. Я же хоть и держала Анну при себе, никаких секретов ей не доверяла. Я составила о отце Танееве, который по наследству передал свою должность сыну, такое мнение: исполинской посредственности, действовавший по принципу «угадать и угодить». Самая ничтожная во всех отношениях личность, дошедшая до степеней известных только потому, что любят бессловесных. Самое изысканное подобострастие, соединенное с полною бездарностью, — вот справедливая характеристика этого канцеляриста, который не имел в жизни иной цели, как обделывание своих личных делишек вроде прибавки жалованья, устройства казенной квартиры или получения какой-нибудь орденской ленты'.

Николай удивленно моргнул — В чем его вина?

— Он решил отделаться от деятельного сотрудника, которого я лично направила в столицу, выдернув его из Варшавы, где он блестяще справлялся со своими обязанностями. Он полностью наплевал на мое мнение. Похоже он совсем берега потерял.

Николай хмыкнул, прочитав направление, которое подавалось как командировка титулярного советника непосредственно для связи императора со своей канцелярией в столице — Вот как! Действительно, Александр Сергеевич похоже возомнил о себе не Бог весть что!

Я решила воспользоваться моментом — Танеев собирает русские народные песни, потому я предлагаю назначить его председателем песенной комиссии для снаряжения экспедиций с целью собирания народных песен в Императорском Русском географическом обществе.

Николай оценил мое предложение — Да ты, Аликс, просто само коварство! А кого же мне назначить на место Танеева?

Я пожала плечами — Вроде как нынешний начальник Первого отдела, не столь льстив как его нынешний начальник. А я, сам знаешь, льстецов терпеть не могу. Дадим шанс проявить себя? А если и он не справится, то я обязательно вместе с Марией Федоровной займусь чисткой этих авгиевых конюшен. А чтобы тонко намекнуть всем о серьезности отношения к моим словам, предлагаю этого молодого человека назначить начальником Первого отделения с присвоением внеочередного чина Коллежского советника!

Иосиф при этих словах вздрогнул — за эту командировку он перескочил сразу через два разряда табеля о рангах. Шестой разряд приравнивался к армейскому полковнику и флотскому капитану Первого ранга.

Я пригласила свою секретаршу и та быстро подготовила указ о присвоении Джугашвили нового чина и о его назначении на новую должность. А так же указ о назначении нового главы Собственной императорской канцелярии и новом назначении Танеева. Николай подписал и передал бумаги молодому Джугашвили — Иосиф Виссарионович! Поспешайте немедленно в столицу и приступайте к своим новым обязанностям. Чиновник для связи с моей Собственной канцелярией здесь уж точно не нужен.

Я же задумалась о кадровых изменениях в этом важном государственном механизме. Функции трех первых отделений Собственной канцелярии согласовывались. На Первое отделение возлагалось общее руководство организацией гражданской службы. Второму поручалась кодификация законов империи, чем предполагалось достичь установления в сфере государственного управления хотя бы основ правового порядка. Началось все с издания Полного собрания законов Российской империи (хронологического) и Свода законов (систематического). Но как я считала, все это были полумеры. Третьему отделению (и подчиненному ему Корпусу жандармов) вменялось в обязанность наблюдение за правопорядком в стране и «общественным мнением» всех слоев населения. Своей важнейшей задачей руководители Третьего отделения считали «подавление происков бюрократии» — этого «гложущего червя», паразитирующего на обществе. Обеспокоенность состоянием чиновничества вызывалась двумя обстоятельствами. С одной стороны, тем, что в связи с введением в стране министерской системы численность гражданских служащих резко увеличилась за счет представителей социальных групп, не имевших права на государственную службу. С другой — несколько возросшей образованностью чиновников и обострением критического отношения их к действительности. Именно поэтому Третье отделение и было передано в МГБ в полном составе после проведенной чистки его рядов.

Дзержинский отдал последние распоряжения, паровоз подцепили к составу и Феликс приготовился вскочить на ступеньку своего вагона, как из штабного вагона на перон спустился Джугашвили.

— Что случилось, Иосиф? Тебе не нашлось места в поезде?

Ошеломленный Джугашвили покачал головой — Никак нет, получил назначение начальником Первого отдела Собственной его величества канцелярии и чин коллежского советника соответственно. Его величество приказал немедленно возвращаться в Санкт-Петербург.

Феликс протянул руку — Поздравляю! Глядишь таким темпом в следующем году статским советником станешь! А там и до действительного статского советника рукой подать!

Иосиф покраснел — Скажешь тоже! Мне теперь похоже в соответствии с новой должностью квартиру новую выделят. Приглашаю на новоселье, и своего Семена Буденного захвати. Я адрес, как только квартиру выделят, сообщу в МГБ, тебе обязательно передадут.

— Идет! Обязательно воспользуемся твоим кавказским гостеприимством. Удачи тебе, Иосиф! И еще раз поздравляю. Увы, но мне такой карьерный рост похоже не грозит.

Паровоз дал гудок и потащил вагоны. Дзержинский вскочил на подножку и поспешил в свое купе, однако прапорщик Буденный не дал ему осуществить намерение немного прикорнуть — Ваше благородие! Начальник охраны поезда потребовал немедленно вас разыскать — вас в штабном вагоне ожидает ее Величество императрица!

Дзержинский проверил свой мундир и, не обнаружив нарушения формы одежды, поспешил на вызов, недоумевая о причине высочайшей аудиенции.

Я выслушала доклад начальника охраны нашего поезда и приказала ему доставить ко мне капитана Дзержинского, от которого начальник охраны и узнал о грозящей мне и Николаю опасности.

Давненько мы виделись с несостоявшейся легендой ЧК! Хотя может быть он станет легендой в созданном мне МГБ. Я наблюдала за его карьерой дистанционно. Мне даже не нужно было прикладывать усилия для продвижения железного Феликса. Он заслуженно стал капитаном, предотвращая деятельность революционеров.

Вошедший Феликс, увидев меня в мундире с погонами генерал-лейтенанта, вытянулся по стойке смирно.

Я ему благосклонно улыбнулась — Докладывайте, господин капитан!

Дзержинский отрапортовал — Англичане помогли польским революционерам пересечь границу с паспортами Великобритании. Английский агент в нашем Генеральном штабе организовал изготовление документов, согласно которым поляки, возглавляемые Юзефом Пилсудским, получили статус прапорщиков, направленных служить в штаб вашей казачьей дивизии. Двоих из одиннадцати террористов, которым заплатили английским золотом за устранение вас и его Величества, удалось захватить и, допросив, по