Мегасити - Ам Аль Гамма

стойкой цифрового магазина зевал уже другой японец. На вопрос «Куда подевался вчерашний бармен и что с моим заказом?» получил в ответ ухмыляющуюся мину. Понятно. Значит, вернем свои деньги другим образом, по законам Паджираша.

Последнее, что обнаружилось перед вылетом, это предложения о работе. Соответствующее табло молчаливо ютилось на одном из перекрестков и, если бы не толпа галдящих вокруг доски рабочих, я бы этот безликий серый экран даже не заметил. Быстро пролистав все доступные предложения, везде вписал свое имя, номер группы и пошел на взлетную площадку.

— Чертовы пустоши, — хором встретили приземление транспортника мигранты.

Очередная группа разнорабочих, молчаливым Комурой сформированная, уже дожидалась погрузки.

— И что мы там будем делать?! Во сколько назад? А нас покормят?! — вопросы сыпались один за другим, но единственным на всё ответом было «полезайте в кабину».

Угрюмый Комура был как всегда немногословен. Я тоже поднялся в салон. Бессменный коп молча меня поприветствовал, закрыл за мной двери. Набрав высоту и взяв приличную скорость, транспортник полетел к заставе. Через полчаса непрерывной болтанки и с трупами на борту мы приземлились в пустыне. Старуха нас уже ждала. По традиции выдав каждому по мешку, бабка погнала мигрантов за забор собирать пустырник. Четверым рабочим выдали лопаты, неожиданно приказали копать.

— Возьмите, — подошел ко мне андроид, протянул бутылку чистой воды, — это вам. Фуку-сан велела.

Впервые за все время мне дали здесь воды. Я удивленно посмотрел на сумасшедшую.

— Чего вылупился, мордатый?! — набычилась бабка. — Тебе что-то не нравится?! А ну бери этих арабов и марш за работу!

Я сунул бутылку в карман, пошел на выход.

— И это… — донеслось моих ушей, — телеприемник почини, пусть бормочет. А то уже как-то непривычно без него.

Практически весь день арабы копали. В десять часов прилетел второй транспортник и доставил ещё одну группу рабочих, уже с лопатами. Дело пошло быстрей и к одиннадцати часам почти мертвые от жары мигранты раскопали первую часть забетонированной взлетной площадки. Старуха явно намеревалась встречать чей-то прилет. Я же полдня ходил собирал мешки вдоль заставы, оттаскивал с железнодорожных путей свежие трупы и следил, чтобы рабочие не прекращали копать. В обед починил телевизор.

— То есть, по-вашему, Исикаве конец? — спрашивал диктор с экрана.

— Несомненно. Космическая программа Исикавы ничто иное как предсмертный вздох, «ТИ-ДИ-АЙ» станет лидером рынка.

— Всё дело в новом процессоре?

— Разумеется. Старые процессоры уже не способны обеспечивать Кьюриосити, вычислительной мощности давно не хватает. Кто первым предложит ИИ новую архитектуру, тот сможет диктовать ей свои условия.

— А как вы относитесь к обвинениям в шпионаже? Подозревают, что знаменитые «Panda_VIRUS» работают на TDI, обвал сетей и хакерские атаки на «Ишикава корпорейтед» не прекращаются уже третью неделю.

— Глупости. Зачем нам это? Грязные игры уже не имеют смысла. Исикава раненный бык и скоро ему придет конец. Зачем нам сейчас пачкать о них руки?

— Очень откровенно…

В восемь вечера прилетел транспортник. Впервые за эти три дня мигранты возвращались в Исикаву живые, большая их часть. Абсолютно вымотанные, голодные и полностью обезвоженные, рабочие с лютой ненавистью смотрели в мою сторону и бросали многообещающие взгляды. Причиной подобного поведения стал мой абсолютный контроль над ними. Весь день мигранты махали на солнце лопатами и только прилетевший в восемь часов джет корпорации прекратил эту бесконечную для них пытку, рабочие хотели меня убить. Я подобного настроения не понимал. Задачи в пустыне всем назначала старуха, она тут была главная и если бабка велела «копать», значит все будут копать. Какие ко мне претензии?

На базе меня встретил Хосе. Счастливый метис был вымыт, выбрит, от него приятно пахло, а на смену грязно-рыжему комбинезону пришел черный деловой костюм. Ещё у Хосе была шоковая дубинка.

— Пожелай мне удачи! — пробежал мимо меня счастливый метис, сопровождаемый завистливыми взглядами других разнорабочих, японец скрылся на первом этаже административного здания.

Меньше чем через минуту латинос вернулся обратно, но уже с кучей чемоданов в руках и в сопровождении Фишер-сан. Торопливо погрузившись в дорогой бизнес-джет, оба улетели в сторону центра. Я проводил Хосе завистливым взглядом.

— Ну что, вкусная в фонтане водичка? — многозначительно бросил мне ковыляющий мимо Комура, довольно хмыкнул.

Я намека не понял. Попив из фонтана, направился в пищеблок за бесплатной едой, но вместо вчерашних десяти подносов получил лишь миску сублимата и полстакана сока. Пластиковый официант поспешил объясниться, сказал, что у них тут лимит — не больше одной порции на человека — и выпроводил меня из помещения. Странно, вчера никакого лимита не было. Я вернулся, собрал со столов объедки. Так как посетителей было много, а вкус переработанной пищи нравился не каждому, я просто собрал чужие миски со стола и уселся в дальнем углу зала. Роботы нервно переглянулись. В два часа ночи, когда ничего не предвещало беды, а я доедал десятую по счету порцию, неожиданно сломался конвейер. Окно приема грязной посуды резко перестало работать, андроиды объявили технический перерыв и поспешили выставить всех за дверь. Назад уже никого не пускали. Я пошел в общежитие.

На полпути, между станцией метро и зданием корпоративных телесистем, на углу безлюдного перекрестка мое внимание привлек красный свет фонарей. Черного цвета реактивный джет, с пуленепробиваемым остеклением и фирменным логотипом «ISHIKAVA» на двери, неожиданно моргнул габаритами. Следом открылись двери, из салона вышел шрамированный японец, молодой и с сигаретой в зубах, уверенной походкой направился ко мне.

— Долго же ты ешь, — хмыкнул неизвестный, подошел, бросил недокуренный бычок в ближайшую урну.

Я достал бычок обратно, внимательно осмотрел говорящего. В том, что передо мной по меньшей мере коп, сомнений не возникало. Возможно, оперативник, судя по фирменному логотипу на автомобиле. Чей-то охранник на худой конец.

— Меня Ёсиока зовут, — поморщился японец, проследил как я докуриваю его сигарету. — Работа интересует?

— Нет, не интересует, — пошел я дальше в общежитие.

Я не для того устроился в корпорацию, чтобы снова вернуться на темную сторону. Ничего другого мне этот коп предложить не мог.

— Постой! — догнал меня Ёсиока, вытащил из нагрудного кармана цветную ламинированную картонку. — Посмотри сюда.

Японец покрутил блестящей карточкой перед моими глазами:

— Пропуск на химический завод Исикавы: пять дней высокооплачиваемой работы, двухразовое питание, чистая койка, душ. Всё легально. Если повезет, и заведешь себе правильные знакомства, эта работа сможет стать для тебя постоянной. Заманчиво, да?

— Да, — не стал я скрывать, — заманчиво.

Легальная работа мне нужна, нет смысла это скрывать.

— Получишь его, когда сделаем дело, — японец спрятал картонку обратно в карман, поправил на себе деловой костюм. — В пятницу будь готов, я за тобой заеду.

— Почему я? — посмотрел я в