Мегасити - Ам Аль Гамма

в ладах с собственной нервной системой, весь дерганный, я подхватил с пола какую-то трубу и инстинктивно метнул. Болванка стальным снарядом пролетела до самых дверей и только чудо сработавшей автоматики спасло улыбающуюся дуру от моментальной смерти. Двери жилого блока резко закрылись, стальная труба разнесла электронный замок, отскочила к мексиканцам и застряла в боге-огнетушителе.

С криками и воплями пакистанка умчалась в неизвестном направлении, все, кто был в помещении, повскакивали со своих мест. Я тоже вскочил, быстро застегнул комбинезон, накинул куртку. Растолкав Хосе, показал заспанному метису упитанного кучерявого саудита, особо сильно скрипевшего кроватью.

— Узнай чем занимается и куда ходит, — дал я Хосе установку. — В разговоры не вступай, рядом не ходи, просто понаблюдай за ним.

— Зачем это? — сонно похлопал глазами японец, с недоумением на меня уставился.

— Просто так, — не стал я вдаваться в подробности, зашнуровал кроссовки и вышел из блока.

Внутренний двор Исикавы был абсолютно пуст. Над Мегасити только-только зарождался рассвет, повсюду горели неоновые фонари, в воздухе витала приятная прохлада. Я прошел до административного здания, порылся в ближайшей мусорке, достал недокуренный бычок. С сигаретой в зубах и с желанием привести нервы в порядок, я отыскал припрятанную ранее метелку, докурил и начал подметать двор. Твердо решив освоить эту пока ещё непонятную для себя профессию, я ходил от здания к зданию, однотипно махал веником и думал над аугментацией. Без качественных имплантов и правильной экипировки в Исикаве мне делать нечего, это факт. В ближайшее время игиловец сделает очередной ход, учтет предыдущие ошибки и шансов не подохнуть в канаве станет значительно меньше. Но аугментация в Мегасити запрещена, и не каждый хирург возьмется пришивать тебе бионическую конечность. Нужно какое-то другое решение. Легальное, если я не хочу иметь проблем с полицейскими.

В моих руках громко треснуло. Разбросав на бетон ветки и сучья, надвое развалившись сухим черенком, уже вторая по счету метелка приказала долго жить. Некачественный здесь инвентарь. Я быстро подобрал все обломки, спрятал куда подальше. Избавившись от деревяшек, затерев следы причиненного ущерба, вернулся к административному зданию. У центральной площадки меня поджидала группа в серых комбинезонах.

— Привет, хочу с тобой познакомиться, — разглядывая меня пустым безжизненным взглядом, вяло протянул руку неизвестный.

Я осмотрел эту чахлую компанию: синяки под глазами, бледная кожа, нескладная фигура. Худые, побитые. Кажется, дунь на них и придется бегать-собирать этих заморышей по всему Мегасити, так хлипко они стоят-покачиваются на своих двоих. Не такие обдолбанные как это часто бывает и с фирменным логотипом «ISHIKAVA» на груди, тем не менее, передо мной стоял самый редкий и дорогой вид хакеров из ныне живущих — красноглазые «анонимус». Умеет Исикава подбирать сотрудников.

— Куродо, — ещё раз представился бледнокожий, в очередной протянул мне свою виртуальную ладонь.

Я с сомнением в глазах посмотрел на эту цифровую модель.

— Ох, прости, — почесал в затылке доходяга, выключил иллюзию, — привычка.

Японец стянул с правой руки кожаную перчатку, обработал ладонь дезинфицирующей салфеткой.

— Чистая, никаких вирусов, — заверил меня так называемый Куродо, вяло улыбнулся.

Я коротко осмотрелся. На площадку понемногу стекался народ, заходили по посадку первые джеты, неподалеку стояла группа уборщиков. Вчерашние, из Е12. Судя по жадному взгляду и кабелям в руках, арабы следили за анонимус, поджидали их, но в моем присутствии приближаться побаивались. Я заметил Комуру. С планшетом в руках и недовольной миной, старик возник на площадке, начал ходить между транспортниками и считать по головам мигрантов. Нужно было поторапливаться.

Я тяжело вздохнул. Понимая всю подоплеку дела, протянул хакеру руку. Амбалы из Е12, заметив рукопожатие, свалили в туман.

— Сломал… — удивленно пробормотал анонимус, посмотрел на свою обвисшую конечность.

Тем не менее, хакер облегченно выдохнул:

— Нужен будет хороший код — обращайся, — заверил меня красноглазый.

Кивнув своим исхудалым товарищам, Куродо повел группу на работу. Я направился к недовольному начальнику, подошел к толпе рабочих.

— D4? — раздался удивленный скрип.

Разглядывая меня точно приведение, Комура притормозил напротив, озадаченно нахмурил брови. Его можно понять — никто из нашего блока на работу не вышел: ни египтяне, ни саудиты, ни даже исполнительные и трудолюбивые мексиканцы, что выглядело немного странным. Подозреваю, что D4 — это блок для безнадежных, для тех, кому больших свершений в Исикаве ожидать не приходится. Не удивлюсь если Комура уже махнул на нас рукой и просто ждет, когда мы растворимся в городских трущобах, выйдем за красно-белый шлагбаум и больше никогда не вернемся.

— А где второй? — просипел старик. — Где этот болтливый хафу — маменькин сынок?

— Я вместо него, — осуждающе посмотрел я на Комуру, — отработаю за двоих.

— Можно подумать ты кому-то нужен, — скривился дед, — метелку и ту держать не умеешь.

Планшет в руках японца неожиданно проснулся, моргнул входящим сообщением. Комура удивленно полез в экран, вдавил виртуальную кнопку. Пока озадаченный японец сверлил взглядом компьютер и по третьему разу перечитывал сообщение, на площадку приземлился запыленный джет, нагло растолкал всех при посадке. Погасив маячки, не выключая двигателей, транспортник завис над бетонной площадкой, открыл двери в салон. Из салона показался вчерашний коп, молча кивнул мне «залезай».

— К Фуку-тян на работы, — недоумевающе подтвердил Комура, ещё раз посмотрел в экран своего планшета, — на тебя пришел запрос.

— Не свезло жиробасу, — хохотнули ближайшие мигранты.

— Вы тоже летите, — обломал уборщиков старик, вырубил планшет, погнал мигрантов в салон перевозчика.

Я попил из ближайшего фонтана, пошел на посадку. Комуру аж перекосило. Казалось, ещё чуть-чуть и сделает себе харакири от увиденного. Не пойму, ему и воды для нас жалко? Во всей округе ни одного питьевого крана, какие ещё были варианты? Под недовольный взгляд старика я забрался в транспортник, сел, пристегнулся. Джет мгновенно набрал высоту, выбрал направление и уже через двадцать минут сумасшедшей болтанки мы были в пустошах, летели сквозь пески Паджираша к Фуку-сан и её заставе.

Старуха нас ждала. Не успел транспортник вытряхнуть последнего мигранта, как параноидальная хозяйка уже тыкала винтовкой всем в нос, угрожала вытрясти из арабов душу и велела андроиду побыстрее раздавать мешки. Я выпрыгнул последним: выслушал предупреждение полицейского, сверил часы и спрыгнул на запыленный бетон укрепления, выжидающе посмотрел на сумасшедшую.

— Чего вылупился?! — зыркнула на меня хозяйка укрепления как будто ничего и не было. — Понравилась что ли? А ну бери этих гавриков и марш за стену! И чтобы без рад-травы никто не возвращался!

Старуха вдавила кнопку, активировала заслонку. Пока мигранты нехотя покидали территорию, ко мне подошел андроид, встал рядом:

— Вон те, — взглядом указал киборг на трех иранцев, — группа электриков, прибыли час назад. Официально — чтобы отремонтировать защитный контур, но с вероятностью в