Мечтать не вредно, но иногда, опасно! - Вахтанг Глурджидзе

Мда, типичная представительница средневековья… Хотя и мы, люди 21 века, недалеко ушли от предков.

Я задумался, вроде такой метод уничтожения людей был описан в каком-то романе. Потом вспомнил — Артур Конан-Дойл в своём «Затерянном мире» написал, как обезьяно-люди таким способом убивали пленных.

Утром конвой вновь начал выстраиваться в колонну. Мы выдвигались в местный Париж. Прошло полтора часа, прежде чем капитану Иву удалось всех расставить по своим местам. Машины тронулись, выползая из города. Я посмотрел на карту, и понял, что я и Бьянка ошиблись в подсчёте расстояния между городами. Мы отсчитывали дистанцию по-прямой, а ведь дорога, на самом деле,извивается между фермами, и прямые участки имеет только на некоторых участках пути. То есть, если от Бреста до Парижа прямой путь — 300 километров, то по местному «автобану» мы пройдём около 500! Правда, тут через каждые сто километров — форт-заправка, но не думаю, что Бьянка полноценно отдохнёт после заезда.

— Когда ты начнёшь меня учить управлять автомобилем? — Спросил я свою спутницу. — Это сейчас расстояния не такие большие, а потом, ты ведь не сможешь вести машину три тысячи километров!

— Давайте, граф, начнём процесс обучения на остановках. Всё равно, колонна двигается довольно медленно, так что, если мы пропустим начало движения, догнать конвой мы сможем довольно быстро!

— Ладно, ты лучше знаешь. — Согласился я со своей спутницей.

Саванна, прерия, степь, пампасы, «тампасы», дебри, как можно ещё назвать тот бескрайний простор, который раскинулся во все стороны до самого горизонта, на середине пути от Бреста до Парижа? Бескрайнее море высоких трав зелёного, жёлтого, фиолетового цвета, колышущихся под лёгким ветерком, кое-где нарушаемое отдельно стоящими деревьями и невысокими одинокими холмами. Далеко, на горизонте, в бинокль, были видны огромные лесные массивы в непонятной красноватой дымке.

Яркое солнце, на выгоревшем до белизны небе, парящие птерозавры, временами, пикирующие на нашу колонну. Треск, зенитного пулемёта, установленного на одном из грузовиков в конце вереницы машин…

И узкая нитка накатанной дороги, рассекающая этот бесконечный простор. Полоска открытой земли, укатанная сотнями машин до состояния асфальта, только неровного и покрытого слоем мелкой пыли, поднимаемой колёсами машин, и оседающая на них, забивающаяся в салоны, скрипящая на зубах. Тут, на этом участке пути уже не встречались фермерские хозяйства и стада домашнего скота. В этом районе количество дорожной пыли зашкаливало. Иногда, когда ветер дует сбоку, её успевает сносить в сторону и на какое-то время появляется возможность подышать свободно, сполоснув сохнущие губы водой, нагревшейся в этом пекле. Но, вот дорога делает поворот, и пыль опять висит над ней, двигаясь навстречу автомобилю, и ложась на него новым слоем. Поначалу очень неприятно, но со временем привыкаешь. Так уж устроен человек, приспосабливается к любым условиям. Но дорога довольно прямая, и сейчас, после нескольких уроков управления автомобилем под руководством Бьянки, машину веду я.

Первые часы движения я только и успевал вертеть головой вслед за восхищёнными возгласами моей спутницы, замечающей вокруг всё новое и интересное. То стадо каких-то огромных оленей, то стаю птиц, кружащихся над трупом животного, скрытого высокой травой, то причудливо изогнувшееся дерево недалеко от дороги. Живности здесь было больше, чем по дороге между Потсдамом и Брестом, там всё же была железная дорога, и движение машин более интенсивное. Зато растительность там была зеленее, свежее. А здесь, чем дальше, тем она желтее и суше.

По рации раздаётся голос Ива, говорящий, что через десяток километров будет форт-заправка, на котором мы и заночуем. Заканчивается первый день нашего путешествия. Тяжёлый, и, в общем-то, скучный заезд– слишком однообразно, постоянная скорость, ни внезапных препятствий, ни резких поворотов, ни крутых спусков-подъёмов. Два с половиной часа размеренной езды, от которой даже начинает клонить в сон, получасовая остановка, для оправления естественных нужд, за которую мы с Бьянкой успеваем ещё поесть консервы из наших запасов, и выпить холодную воду

Откуда она у нас, среди всеобщей жары? Та золотистая штука, которая есть у Бьянки, если её сунуть в воду, охлаждает жидкость почти до нуля градусов! После первой остановки немного ускорились, вместо тридцати километров в час средняя скорость была уже около сорока. Потом ещё два с половиной часа, и двухчасовая остановка на отдых и обед. Готовить ничего не надо, обо всем позаботились заранее. Единственное, что сделали, это вскипятили воду для кофе, использовав дрова, оставленные предыдущей колонной.

— Ну, как я вожу? — Спрашиваю напарницу.

— Вы, граф, слишком осторожны! Да и в здешних местах много пыли, которой нет ни в Чемберстауне, и не в Потсдаме. Как спина?

— Терпимо, хотя, пыли могло быть и поменьше, а жара по слабее! — Засмеялся я. Зато, на основном участке нашего пути сможем заменять друг друга за рулём.

Солдаты Ива, видимо как всегда, натянули тент между двумя рядом поставленными грузовиками, и там уже стояли раскладной стол и стулья. Готовить они тоже не собирались, доставая из сумок термоса, свёртки, контейнеры. Кроме капитана, в команде было ещё пятнадцать мужчин, в возрасте от двадцати пяти до пятидесяти лет. Одеты наподобие нас, в пятнистую военную форму. Другие люди, переселенцы, сидели около своих машин группами, ели. Женщины внимательно наблюдали за детьми.

— Бах, бах!

Все вскочили. Оказалось, что один парень заметил, как к маленькому ребёнку из травы подбирается змея. Он разрядил в неё оба ствола своего дерринджера. Дробь разорвала пресмыкающееся на части. После отбоя тревоги, Бьянка поговорила с капитаном Ивом. Потом села рядом со мной в машину, и сообщила:

— Сейчас два часа отдыхаем, и ещё один такой переход. Идём даже чуть быстрее, чем я думала, несмотря на то, что кажется, как будто колонна еле плетётся. Мы прошли около ста шестидесяти километров. По прямой линии до Парижа ещё сорок миль, но через десять километров попадем в так называемый, Каменный проход со столбами из огромных булыжников, разбросанных по проезжей части. Там надо будет лавировать между ними на малой скорости. Машину поведу я. В Париж прибудем уже ночью.

— Понятно. Тогда немного потренируюсь, повожу нашу машину вокруг форта. Ты ведь мне поможешь?

— А куда я денусь от вас, мой граф! — Засмеялась моя спутница.

Поездив вокруг лагеря, мы ещё успели на часок прикрыть глаза. Проснувшись, я выпил ещё чашку холодной воды, и тут раздалась команда «по машинам». Вторая половина дневного пути ничем не отличалась от первой, разве что, во время слалома вокруг каменных столбов, случились аварии с одним автобусом и легковушкой. Никто из людей не пострадал, но поломанные машины, взятые на буксир, сильно тормозили нашу колонну. В