Система дефрагментации - Сергей Сергеевич Мусаниф

— Добрый вечер, – сказал Федор.

— Скажите, мистер Сумкин, вам нравится у нас учиться?

– Да, очень, — сказал Федор, и ему уже не понравилось такое начало разговора.

– И вы подаете надежды, – сказал Ниссен. – Да что там, вы не только подаете надежды, вы делаете успехи. Предложенная вами поправка на ветер помогла увеличить эффективность заклинания "огненный шквал", – он заглянул в бумаги. – От двадцати пяти до семидесяти пяти процентов. Неплохо.

Вообще-то, там были все семьдесят восемь процентов, но искушенный дипломат где-то глубоко внутри Федора подсказывал ему, что с исправлениями сейчас лучше не лезть. Лучше вообще заткнуться и надеяться, что ничего плохого не произойдет, и что ректор вызвал его сюда, просто чтобы похвалить.

Что, конечно, на Ниссена было совсем непохоже.

— Более того, – продолжал Ниссен. -- Вы – один из самых перспективных наших учеников за последние десяток лет. И точно самый перспективный из текущего набора.

– Спасибо – сказал Федор.

– Мне известно, что при поступлении вы оплатили свое обучение на год вперед.

– Да, это так, – сказал Федор.

– И хотя этот год едва начался, я все же вынужден думать о перспективе, – сказал Ниссен. – Я наводил о вас справки. Очень вероятно, что сумма, заплаченная за обучение, это практически все ваши деньги, и у вас не будет средств, чтобы оплатить дальнейшее пребывание в наших стенах.

– Все верно, – сказал Федор. – Но я рассчитывал, что за этот год приобрету навыки, необходимые не только для выживания за пределами этих стен, но и… Собственно, я думал, что смогу зарабатывать при помощи магии, и как только накоплю необходимую сумму, то сразу же вернусь.

– Похвальное стремление, – сказал Ниссен и вдруг спросил без всякого перехода. – Что вы думаете об эльфах?

Федор задумался. К эльфам здесь относились очень по-разному. Кто-то их боготворил, кто-то ненавидел до дрожи в коленках, а кто-то был попросту равнодушен. Последних можно было не принимать во внимание, но первые терпеть не могли вторых, вторые отвечали первым взаимностью, и все вместе они презирали третьих, и их споры зачастую выливались не только в перебранки, но и в потасовки, а иногда даже и в магические дуэли. Проблема была в том, что Федор понятия не имел, какую позицию разделяет ректор.

В целом, это был довольно скользкий вопрос, и Ниссен должен был это понимать.

– Это скользкий вопрос, я понимаю, – сказал Ниссен, словно прочитав его мысли. А может быть, он и на самом деле прочитал… – Нет, не прочитал. Говоря без ложной скромности, я неплохо владею ментальной магией, но в данном случае она совершенно не нужна человеку, который умеет читать по лицам. А я умею. Вам нужно лучше контролировать свои эмоции, мистер Сумкин. Кто ваш наставник?

– Профессор Гартен.

– Передайте ему это мое замечание, – сказал Ниссен.

– Да, обязательно, – сказал Федор.

– Тогда вернемся к эльфам, – сказал Ниссен. – Ради вашего душевного спокойствия я перефразирую вопрос. Доводилось ли вам когда-нибудь сталкиваться с эльфами в неспокойной, скажем так, обстановке? Например, в бою?

– Вроде бы, нет, – сказал Федор, но его нехорошие предчувствия внезапно усилились и принялись вгрызаться ему в позвоночник. Бой, эльфы… Ведь что-то такое точно было, но какое это имеет отношение к его обучению здесь?

– Итак, вы не уверены, – заключил Ниссен. – Скажите, а такое название, как Дом Красных Ветвей вам о чем-нибудь говорит?

– Вот тут точно нет, – сказал Федор.

– А вот они о вас знают, – сказал Ниссен. – Более того, они вас не любят. Они вас ищут… Хотя нет, это неверно. Они вас уже нашли.

– Э?

– Примерно через месяц после вашего поступления со мной связался представитель их Дома, – сказал Ниссен. – И потребовал, чтобы я вас ему выдал. Когда я поинтересовался, для каких целей вы ему потребовались, он сказал, что для свершения кровной мести.

Федор сглотнул.

– Разумеется, я ему отказал, – заявил ректор. – Никто не будет ставить ультиматумы Ниссену и никто не будет угрожать жизни его учеников, по крайней мере, тех, который оплатили обучение, – ректор улыбнулся. – В этих стенах вам ничего не угрожает, мистер Сумкин.

Федору стало легче, но совсем чуточку. Смертный приговор не отменили, его исполнение просто отложили на несколько месяцев, но угроза, о существовании которой он пять минут назад даже не подозревал, никуда не делась.

Кто бы как ни относился к эльфам, но все сходились в одном. Эльфы крайне злопамятны и склонны тянуть свои кровавые разборки веками.

– Однако, вы должны понимать, что, как только вы покинете Академию, я не смогу вас защитить, – сказал Ниссен. – Кстати, поэтому за все время обучения вы не будете привлекаться к полевым работам. Это слишком рискованно и может поставить под удар других учеников.

– Да, я понимаю.

– Я держу руку на пульсе событий и не мог не заметить, что в последнее время Дом Красных Ветвей переживает не лучшие времена, – сказал ректор. – Но такова жизнь эльфийских домов. Одни возвышаются, другие падают, чтобы через некоторое время подняться вновь, и эта круговерть длится от начала игры. Рассчитывать на то, что они про вас забудут, что им станет не до вашей скромной персоны, я бы не стал.

– Угу, – буркнул Федор. – Но я же не делал ничего такого, что могло бы… э… спровоцировать кровную месть.

– Если бы вы знали эльфов так же хорошо, как я, вы бы понимали, что это вовсе необязательно, – сказал Ниссен. – Может быть, кто-то из ваших предков это сделал, может быть, кто-то из вашего окружения, может быть, вы просто проходили мимо в какой-нибудь неудачный момент.

– Звучит не очень справедливо.

– У эльфов свои понятия о справедливости, – сказал Ниссен. – И на не-эльфов они, как правило, не распространяются.

– Спасибо, что предупредили, – сказал Федор. – Теперь я буду заниматься еще усерднее.

– Вряд ли это поможет, – заметил Ниссен. – Списочный состав клана на данный момент насчитывает чуть больше семи тысяч эльфов. Вы