Еще не поздно 1-5 (версия 2012 года) - Павел Владимирович Дмитриев

он придумает, но пусть это будет его проблемой. Мне много хуже — мысли пришлось приводить в порядок несколько дней. Даже сноуборд забросил. Катя переживала, все время интересовалась, здоров ли, порывалась смерить температуру или отправить к врачу.

Теперь я очень хорошо представлял, как получить из СССР бандитскую Россию начала 90-х. Но это очень слабо походило даже на отраслевой феодализм нулевых и тем более на удобный для жизни капитализм демократического, или штатовского, типа. Стало понятно, почему вожди так медлят с рыночными реформами: ведь расплата за десятилетие смуты — крушение всего, во что они верят.

…Примерно через неделю по ВЧ неожиданно позвонил Шелепин. Поинтересовался здоровьем Кати, спросил, как растет дочка. Иногда кажется, что мы с ним и впрямь родственники, ну или как минимум — дети близкого друга. По крайней мере, относится он к моей семье последнее время просто удивительно благосклонно. Наконец дошло до дела:

— Говорят, ты с Казанцевым разговаривал?

— Было дело, — насторожился я. — Что-то не так?

— Да нет, все нормально, — как-то натужно засмеялся Александр Николаевич. — У нас тут с Павловым разговор зашел о «Факеле», он говорит, что комсомол должен показывать путь реформ… Да не важно! Напиши мне, пожалуйста, свою точку зрения по работе ребят!

— Разумеется. — Ох, как бы мне не влетело за «путь реформ», но ведь не откажешь: назвался экспертом по будущему, — будь добр соответствовать! — Насколько подробно нужно это сделать?

— Как сможешь! — закруглил разговор президент СССР.

Над текстом пришлось изрядно попотеть. Не виноват «Факел» в том, что советская экономика крива, как серпантин. Но и лукавить о будущей роли НТТМ очень не хочется, не хватало только увидеть шальные 90-е на двадцать лет раньше. С другой стороны, если Шелепин не разглядит иных вариантов развития и посчитает, что чем раньше начнешь ломать советский идиотизм, тем меньше проблем, плакать не буду: «жираф большой, ему видней». Так что изложил все «как есть», разве что особое внимание уделил выводу молодого новосибирца из-под удара, тщательно подчеркнул, что Саша Казанцев идет в правильном направлении и руководствуется благими целями, поэтому не может быть виноват в неочевидных капканах комсомольского бизнеса.

На следующий день сдал писанину вместе с плановыми бумагами фельдъегерю и более с «Факелом» вплотную не сталкивался. Хотя услышать еще пришлось не раз, уж слишком богата на коммерческие идеи оказалась земля Сибирская.

В марте министр финансов СССР рекомендовал Центробанку СССР усилить контроль за нецелевым расходованием наличных средств.[924] Реакция последовала незамедлительно, 16 апреля 1967 года «Электронбанк» СССР «предложил» своей новосибирской областной конторе прекратить выдачу и зачисление средств со счета Советского райкома ВЛКСМ и операции, связанные с деятельностью объединения «Факел».

Недоброжелатели потирали руки, предвидя как минимум серьезные «оргвыводы», шепотом заговорили о начатом следствии и скорых «посадках». Однако, к их удивлению, ничего похожего не произошло,[925] наоборот, участники эксперимента из райкома потихоньку потянулись хоть и в разные концы страны, но на явное повышение. Даже самому «Факелу» было предложено реорганизоваться в Пусконаладочное управление при АН СССР.

Глава 2

БОРЬБА ЗА РЕГИОНЫ

«Советский народ, сплоченный вокруг своей Коммунистической партии, успешно идет вперед по пути строительства коммунистического общества!»[926] — Подняв голову и усилив голос, Алексей Николаевич Косыгин наконец-то завершил отчетный доклад Совета Министров второй сессии Верховного Совета СССР 7-го созыва.[927]

Раздавшийся гром аплодисментов народных депутатов, еще не привыкших к лицезрению лидеров страны, оторвал от раздумий Председателя Президиума ВС СССР, секретаря и члена Президиума ЦК КПСС Александра Николаевича Шелепина.[928] Он обвел взглядом узкий и высокий кремлевский зал, в мягкое освещение которого справа, через прорезанные в два ряда полукруглые сводчатые окна, широкими лучами врывалось по-весеннему яркое солнце. «Осталось не больше пары часов, — подумал он. — Несколько ничего не значащих речей, и бессмысленная говорильня наконец-то закончится».

Из-за спины раздался негромкий скрип, и Шелепин с трудом удержался от поворота головы. Там, позади еще одного ряда кресел, в неглубокой нише стояла семиметровая статуя Ленина. Иногда казалось, чуть больше грохота оваций, и громадный бронзовый вождь сделает с постамента широкий шаг навстречу залу, ломая под собой сидящих в президиуме товарищей. Впрочем, этот символ эпохи Председателя не беспокоил. В отличие от покрытой поталью[929] «путеводной звезды» — помещенного почти у самого сводчатого потолка герба СССР. «Год назад его вид вызывал чувство гордой сопричастности, а теперь… — Шелепин перевел взгляд на плотно исписанный лист бумаги. — …прикидываю, как бы от него избавиться!»

Колосья пшеницы, перевитые лентой с названиями республик, порождали ложную иллюзию единства, которая в истории пришельца из будущего разлетелась осколками страны через каких-то два десятка лет. Ничуть не лучше агрессия серпа и молота на фоне земного шара, символ мировой революции, ставшей невозможной после изобретения ядерного оружия. Однако сама идея Страны Советов обрела удивительную материальную силу, никак нельзя съездом КПСС отменить то, что с ясельного возраста вдалбливалось в граждан страны газетами, радио и прочими митингами! Пусть реальные рычаги управления давно в руках партии, пусть прямо с трибуны Верховного Совета, вписанного в Конституцию высшим органом государственной власти СССР, не стесняются говорить, что список членов президиума согласован в ЦК! Это ничего не меняет.

Самый простой способ забыть про призрак распада страны — это разделить весь СССР на регионы, как сделали потомки в России. Хоть и непонятно, почему в 2010 году всего восемь федеральных округов, ведь по теории экономического районирования[930] РСФСР их должно быть одиннадцать. Но это, в сущности, не важно, ведь в подобном случае перед выходом из Советского Союза национальным лидерам придется для начала договориться между собой, а это уже настоящая фантастика. Всего-то нужно преобразовать Украинскую ССР в три округа, а республики Прибалтики, Закавказья и Средней Азии, наоборот, объединить.

Как приятное дополнение можно получить равномерное, очень удобное административное деление. А если пойти чуть дальше, кроме республиканского напрочь упразднить областной уровень да укрупнить районы — можно заметно сократить партхозаппарат. Тем более в стране строятся скоростные дороги, летают самолеты, средства связи с каждым днем все лучше