Режиссер Советского Союза 1-8 - Александр Яманов

наши граждане экономят каждый франк, хотя и получили достойные командировочные от принимающей стороны. Даже пришлось немного помочь Терентьевой, которую я отправил в магазин с одной из помощниц Дино. Та помогла нашей актрисе выбрать нормальную косметику и по вменяемым ценам.

В Шереметьево мне опять пришлось помогать Нонне. Поймал ей такси, помог перегрузить чемоданы с тележки носильщика и попрощался. Хорошо, что мы прилетели ранним утром, и в аэропорту не было столпотворения. Хотя насчёт большого количества людей я погорячился. Сейчас это небольшой терминал, который лучше назвать аэродромом. До сотен рейсов в день ещё долгие годы, так как страна только начала налаживать воздушное сообщение с остальным миром. Но таможня бдит, поэтому чемоданы наших туристов проверяли со всем старанием.

Клушанцев предложил меня довезти, так как его встречали на автомобиле, но я отказался. Просто поймал такси и поехал домой. Вернее, в уже опостылевшую квартиру своего товарища. Решил, что пора ставить вопрос ребром на ближайшей встрече с начальством. Как-то не прельщает меня более жить в «хрущёвке», ещё и чужой.

А затем начались серые будни, в которые я погрузился по самую макушку. Ну и, конечно, встреча с Фурцевой, где меня уже макнули лицом в одну субстанцию.

* * *

На приём к ответственной за культуру огромной страны меня вызвали через пять дней после возвращения из турне. За это время я успел встретиться с дочками и Аней. Ещё был прямой эфир на радио, где в нашей программе пришлось два часа отвечать на вопросы ведущих и телезрителей. Ажиотаж был немалый, так как подобных мероприятий страна ещё не знала. Народу было интересно всё, в рамках определённой цензуры, конечно.

Самое забавное, что отечественная пресса оставила наше возвращение без внимания. Никто не требует десятков журналистов, но подобное игнорирование сильно меня разозлило. Благо, на следующий день позвонила Капитонова и сообщила, что меня ждут на радио. Заодно на эфир прибудет сотрудник журнала «Культура», которому надо дать интервью. Светочка — дама умная и прекрасно понимает, что подобное событие надо всячески раскручивать. Вместо этого по телевизору опять рекордные надои, отчёты узбекских хлопкоробов, выполнивших план, и один бровастый товарищ. Хорошо хоть телевизионщики послушали меня, включив в передачу «Время» новости спорта и прогноз погоды. Значит, не всё так плохо. А в понедельник утром раздался звонок и меня срочно вызвали в «Минкульт». Я только пришёл на работу и готовил материал для стандартной планёрки, но пришлось всё перенести на завтра.

Хорошо, что Фурцева не имеет дурной привычки мариновать посетителей в приёмной. В этом плане она достаточно адекватна. Нормальный деловой человек должен ценить своё и чужое время. Ещё мне нравится, что Екатерина Алексеевна не любит играть словами. Обычно она говорит всё как есть, делая скидку на политические моменты. Сегодня была стандартная беседа.

— Алексей, давай сразу к делу, — начала министр, когда мы выпили чаю и я рассказал о поездке, — Ситуация неоднозначная. Ты же прекрасно знал, что Леонид Миронович — это креатура ЦК. Зачем было устраивать подобный цирк и злить человека?

— Мы обсуждали этот вопрос. Каждый человек должен заниматься своим делом. Этот фильм снимал большой коллектив единомышленников. И я не припомню, чтобы товарищ Пархоменко принимал участие в этом процессе. При этом он сразу попытался показать, кто в делегации главный и по чьему местечковому мировоззрению мы обязаны жить. Но даже тупой хуторянин, коим является это ничтожество, должен понимать сложившуюся ситуацию. Получил синекуру в виде загранпоездки с неплохими командировочными — просто не вякай и не мешай профессионалам заниматься своей работой. Только это идёт вразрез с его пониманием окружающей реальности. Ведь он начальник, а мы просто быдло, которое должно с придыханием ловить каждое его слово и бежать выполнять любое поручение.

Удивительно, но Фурцева не вспылила в ответ на мою сентенцию. Она внимательно меня выслушала и некоторое время молчала. По мимике нельзя было понять, о чём думает не самый последний человек в СССР.

— Значит, советская власть относится к народу, как к быдлу?

— Именно так, — сразу отвечаю на провокацию и вижу, как глаза Фурцевой наливаются кровью, — Только не власть, а часть чиновников. Не надо ставить знак равенства между этими понятиями. Паразиты, которые почему-то решили, что именно они являются солью земли, не могут быть олицетворением советской власти. И ладно бы, если они были от сохи и знали чаяния простого народа. Так ведь нет — новые баре, иного слова не подберёшь. Только пусти подобного товарища в свободное плавание, например, отправив их на завод или колхоз — то получится забавная картина. Как думаете, многие ли из них смогут прокормить семьи и принести пользу стране? Думаю, что девяносто девять процентов просто обгадятся и угробят любое дело. Они паразиты, умеющие только командовать — не руководить, прошу заметить. — Ну, знаешь, Мещерский! Это уже за гранью добра и зла! Ты там в своих эмпиреях совсем рассудком повредился, что считаешь советскую власть паразитарной!

— Вы не путайте паразитов и приспособленцев с товарищами, которые должны представлять наш народ. Я здесь намедни изучал Конституцию и узнал интересные вещи. Согласно статье три основного закона нашей великой Родины, вся власть в СССР принадлежит трудящимся города и деревни в лице Советов депутатов трудящихся. Объясните, какое отношение ко мне, трудящемуся города, имеет отношение навязанный прихлебатель? Ведь он даже не чиновник, а эксплуататор, использующий чужие достижения для собственного обогащения. Если вы со мной не согласны, то я могу попросить Верховный суд Советского Союза дать свою оценку сложившейся ситуации.

Всё-таки нахождение в высших эшелонах власти — это отличная школа! Фурцева даже бровью не повела на мои крамольные речи. Может, привыкла к моим выходкам и не реагировала столь бурно, как ранее. Министр только задала вопрос.

— Что ещё?

— Ничего, — отвечаю вполне серьёзно, — Всё что хотел, я сказал. Запрос о предоставлении мне выезда для работы в США вы получили. Про квартирный вопрос упоминать более не намерен.

— Тяжело с тобой, Алексей. Я понимаю, что ты опять переведёшь любой мой ответ к сравнению с Западом. Мол, там бы ты давно купил себе виллу с яхтой. Только мы живём в другой стране. И надо заметить, что советская власть всегда ценила деятелей культуры. В том числе режиссёру Мещерскому вскоре будет предоставлена жилплощадь. Ещё у тебя была возможность получить звание заслуженного артиста, но в нынешних реалиях это проблематично. Информация о том, как ты подговорил принимающую сторону и заставил жить заслуженных товарищей в ночлежках, уже дошла до самого верха. К тому же, твои демонстративные